|
|
 |
Рассказ №1115 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Среда, 15/05/2002
Прочитано раз: 41030 (за неделю: 19)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Наш князь Руслан был ё#орь знатный,
..."
Страницы: [ ] [ 2 ] [ ]
И всё накрылось, как п#здой.
Чем дальше в лес, тем интересней -
Вдруг из-под шлема вылез бес,
Он вид имел весьма чудесный -
Х#ями был обвешан весь.
Руслан раскрыл своё е#ало
При виде мерзости такой
И блеванул себе в забрало,
Плащом накрывшись с головой.
А бес запрыгал перед князем,
Держа х#и наперевес,
И домогаясь грязной связи,
В штаны руслановы полез.
Но тут Руслан, как тигр взъярился,
Рванул себя он за шнурок
И томным голосом взмолился:
"Не торопись, нежней, дружок..."
Кобыла ж, видя это дело,
Стоит ни жива, ни мертва,
И от стыда аж покраснела,
Услышав мерзкие слова.
А чёрт тем временем лютует,
Ему давно уж невтерпёж,
Руслана в жопу он целует
И х#ем пробует "крепёж".
А князь совсем размяк, бедняга,
И с грустью смотрит на сапог -
"Ведь надо ж стать такой бодяге,
Была б елда, а то шнурок..."
Он смог бы х#ем двухголовым
Рога все бесу отшибить
И той дубиною пудовой
Козлу хребтину перебить.
Но щас он вынужден смириться,
И завязав шнурок узлом,
Х#ями беса насладиться,
Уткнувшись в землю потным лбом.
Заплакал князь от тяжкой доли,
Поскольку бес уже залез...
И стонет он от сладкой боли
На весь дремучий жуткий лес.
А чёрт е#ёт неугомонно,
Х#ёв на нём, как вшей в бомже -
Воняет спермою зловонно,
И бедный князь визжит уже.
Тут аж кобыла встрепенулась:
Ну как хозяина спасти?
Сама хвостом бы повернулась,
Да страшно очень, чёрт возьми...
Но долг её сильнее страха -
И повернувши к бесу хвост,
Так перданула всею сракой,
Что отлетел у чёрта нос.
Опять деревья задрожали,
Огонь и вонь, и проча хрень,
Но чары б#ядские пропали -
Присел Руслан на трухлый пень.
Прикрыл глаза - припомнить страшно
Какую муку претерпел,
Когда меж ног шнурок ужасный
Замест елды он вдруг узрел.
Но сквозь противные виденья
Он слышит чей-то нежный глас:
"Е#и меня без промедленья,
Хоть ты теперь и пидорас..."
Руслан разинул свои очи,
Дивясь, кого опять е#ать
Среди бессонной длинной ночи,
Когда так хочется поспать.
И в это "чудное мгновенье"
Явился "гений ... красоты" -
Стояла шлюха в положеньи
Как раз для е#ли, сняв порты.
Была она под стать Руслану
И телом дивно хороша -
Получен в дар ей был от мамы
Огромный клитор в два вершка.
Как хер она его дрочила,
Зажавши крепко в кулаке,
И тёрла тёплым вазелином,
Качаясь голой в гамаке.
Она росла и хорошела,
В забавах балуясь с п#здой,
И так расширила все щели,
Аж залезала внутрь рукой.
Её прозвали "злое#учей"
В народе злые языки,
Ведь х#же гадины ползучей
Бывают наши ярлыки.
И Черномор, пердун вонючий,
Прослышав это, захотел
Её как следует отдрючить,
Но, как мы видим, не сумел.
И разозлившись, старый пидор,
Её в змею оборотил,
Оставив только чудный клитор,
Размер лишь вдвое сократил.
И вот, спасённая нежданно,
Она увидела судьбу,
Устав от сладких ожиданий -
С двумя золупами елду!
И в благодарность за спасенье,
И в предвкушении утех,
Готова дать вознагражденье,
Не видя в этом тяжкий грех.
И дева робко подступает,
Клоня к золупам свой пробор:
"Меня Людмилой величают,
И ё# меня тот Черномор...
И хоть неплох был старый ё#орь,
Не мог он должного мне дать
И засыпал, как хрыч, меж бёдер,
Забыв, что надобно е#ать.
Но вот теперь опять свободна,
Как лебедь-птица или б#ядь,
И с кем хочу, когда угодно
Могу без удержу гулять..."
Руслан от радости опешил:
"Ты девка, чё, обожралась?
Коль так, сейчас тебя потешим,
Чтоб от услады усралась..."
Его багровые золупы
Блеснули гордо на свету,
К ним Люда жадно тянет губы,
И вот уже сосёт во рту...
Людмила ласково мурлычет,
Хоть рот растянут до ушей,
П#зда давно уж соком брызжет,
И дрожь по телу всё мощней.
Елда ж всё пухнет и крепчает,
Руслан хрипит, едва живой,
И, рухнув, с воплем изливает,
Как из брандспойта, сок густой.
Людмила с жадностью глотает
Пол-литра спермы дармовой,
И облегчённо воздыхает:
"Погладь мне попку, дорогой..."
А князю ж вовсе не до жопы,
Так сердце бешено стучит,
Дрожат все нервы, словно стропы,
И хер безжизненно висит.
Но наша милая Людмила
Желаньем пламенным горит -
Схватив елду со всею силой,
В свой анус всунуть норовит.
Так провозившись с пол-минуты,
Добилась цели наконец -
Сидит верхом, х#ём проткнута,
И в жопе пляшет молодец!
Тут князь немного оживился
И стал подмахивть елдой,
Аж пот по жопе заструился,
И Люда вздрогнула мандой.
Елда опять налилась кровью,
Приняв привычный свой размер,
И жопа Люды, как коровья,
Раздалась вширь, вобрав весь хер.
Людмила сладко застонала,
Весь х#й почувствовав в кишке,
Страницы: [ ] [ 2 ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 60%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 0%)
|
 |
 |
 |
 |
 |  | И красавица, сделав словесный выпад в тему моего "расслабься", выдала почти идеальную сессию. Она, видимо, знала как вести себя перед камерой. Все позы, положения рук, наклон головы почти всегда были правильные, грамотные. Мне почти не приходилось ее поправлять. Я делал это скорее из желания прикоснуться к ней. Наблюдая за своей моделью в видоискатель, я вдруг поймал себя на мысли, что ее стервозность есть лишь средство защиты, от нас, мужиков. Сейчас, когда Кристина начала немного доверять мне, она стала более мягкой, и от этого еще более женственной. То, что она мне теперь хоть немного, но доверяет, для меня было очевидно. Девушка смотрела на меня с интересом и не отстранялась, когда я прикасался к ней, чтобы подкорректировать какую-нибудь позу. Я успел наклацать больше двадцати кадров, когда к нам приковылял колобок и, подхватив Кристину под руку, потащил усаживать ее в машину. Нужно было ехать в ресторан. Толстяк, усадив наше с ним яблоко раздора в Мерседес к молодоженам, по дороге к своему нисану одарил меня тяжелым, нехорошим взглядом и поиграл плечами. Мне стало одновременно и смешно и как-то горько. Смешно оттого, что он явно пытался меня запугать свом грозным видом. Чудак, блин. Прежде чем вот так играть остатками мышц, глубоко спрятанными под жиром, нужно хотя бы справки навести о сопернике. Моя репутация человека сдержанного, но конкретного заработана в тех немногочисленных, но предельно жестких махачах, когда-либо ты, либо тебя. И лучше бы ему не соваться ко мне с разборками, ибо репутация была действительно заслуженная. А горько было оттого, что я, по-видимому, не могу без этой разборки оградить от него девушку, в которую, кажется, влюбился. Да и вообще потому, что всегда найдется вот такое быдло, считающее, что все вокруг есть его собственность, которой он волен распоряжаться так, как ему захочется. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Защепив большим и указательным пальцем по бокам подол своего сарафанчика, Лера начала поднимать его вверх, пока не показался белоснежный уголочек трусишек, плотно облегающих контуры складок в разрезе лобка. Зал замер в ожидании, что сейчас будет? Но нащупав резинку своих танга, Лера защепила её пальчиками через тонкую ткань сарафанчика, и вместе с подолом начала опускать вниз по бёдрам. Подол распрямился, и из под него словно пёрышком от крыла, лёгкие трусики начали плавно порхать по стройным ногам. Она слегка развела коленочки, и эти забавные плавочки, опустились к ступням. Лера переступила ногой, и подцепив краем носка своей туфельки, как обычно она всегда это делала, подкинула вверх, и как жонглер поймала рукой. Свернув трусики в плотный комочек, она кинула их прямо в центр стола, где сидели всё те же назойливые парни. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | А я хочу клизмить себя и как можно чаще. Я знал, что у бабушки есть клизма, поэтому на этот счет был полностью спокоен. Выходя из леса, завиднелась и заблестела речка. Она была довольно небольшая, шириной не более метров 25, но глубина в её середине была все же не малой, поэтому мне сразу после первого приезда к бабушке, показали именно то место, которое было довольно мелким. В центре речки на этом месте было более XX0 см высоты от дна. Уже тогда мой рост был в этих пределах, поэтому меня и отпустили без присмотра, что давало мне практически неограниченную свободу в действиях. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Когда она закончила, она заметила, что моча, практически не впитывается в перенасыщенный водой песок и растекается вокруг ее увязшей ноги и тела Кати, которое под действием веса девушек оказалось в небольшом углублении. Блондинка испытывала стыд и возбуждение - она только что специально описала лицо ничего не подозревающей, как ей казалось, подруги, а сейчас наслаждалась тем, как та лежит в луже мочи. |  |  |
| |
|