|
|
 |
Рассказ №11165
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Понедельник, 30/11/2009
Прочитано раз: 37185 (за неделю: 1)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "... Как прогулка превратилась в долгую ночь, не мог сказать никто из них. Просто в какой-то момент она остановилась, резко повернула его к себе и впилась в него жадным поцелуем. Почему она это делает, она объяснить не могла. Родька манил ее к себе, притягивал, завораживал. И ей было все равно, что мальчик еще совсем молодой, что у них больше четырех лет разницы, что завтра он, возможно, уйдет и забудет о ней......"
Страницы: [ 1 ] [ ]
Кем она ему приходится? Впрочем, какая теперь разница? Люда шла по улице, с трудом сдерживая слезы.
... А потом неожиданно начался дождь. И ей казалось, что у него невыносимо горький вкус. Особенно если вспомнить то, какими сладкими были капли, когда она целовалась с Давидом...
Потянулись унылые дни учебы. Один месяц сменял другой, а в ее памяти все еще оставались мгновения, так или иначе связанные с Давидом. Они не тускнели, а наоборот, по прошествии времени становились все ярче.
Давид ей часто снился. И сны эти были далеко не целомудренны.
В феврале Женя Камилова, озорная и веселая девушка из другой группы, поймала Люду за рукав.
- Так, мать! Ты мне не нравишься. Как вернулась из своих заграниц, так ходишь, будто в воду опущенная. Там что у тебя, друг сердечный остался?
Люда только усмехнулась.
- Да нет у меня там никого.
- А раз нет, так не надо делать такой вид, будто ты завтра на собственные похороны собираешься. Слушай меня. Сегодня вечером будет маленькая вечеринка. Много интересного народу придет, тебе понравится. И Родька, кстати, тоже будет.
- Кто такой Родька? - Подняла брови Люда.
- Ох ты ж, господи... Год не было тебя в стране, так совсем из жизни выпала. Родион-фокусник. Мальчик такое вытворяет, что Копперфильд, наверное, зубами скрипит от злости. Ребенок совсем еще молодой, но талантливый... Причем, как утверждают некоторые барышни, не только в области фокусов. Он уезжал надолго, но вот вернулся. - Женя многозначительно улыбнулась. - В общем, приходи. Будет весело.
Сначала ей не хотелось идти ни на какую вечернику. Даже с учетом фокусника это мероприятие могло перерасти в очередную пьянку, где все в итоге сводится к приставаниям и сальным намекам.
Но, трезво посмотрев на вещи, она все-таки поняла, что вечер с кем-то существенно лучше одинокого вечера в холодной общаге.
В семь часов вечера она уже постучалась в дверь квартиры, где собиралась компания.
- О, появилась наша Людка! - Радостно завопила Женя, затаскивая подругу в комнату.
- Родька! Теперь точно все собрались, - пророкотал басок кого-то из гостей. - Давай, маг и кудесник!
В центр комнаты вышел паренек лет семнадцати. Худощавый, темноволосый и темноглазый.
- Здравствуйте, - тихо сказал он. - Ну что, начинаем?
Ответом ему послужили одобрительные аплодисменты и свист.
- Хорошо, - улыбнулся Родька. - Итак... Ап!
Он хлопнул в ладоши - и неожиданно в его руках оказалась колода карт. Родька пару раз красивым веером перекинул ее из руки в руку, а потом снова хлопнул... Колода исчезла.
- На хороших картах обязательно сидит кто-то нецелованный, - с лукавой усмешкой объявил Родька. - Посмотрим, кого выбрала колода. Молодой человек, привстаньте!
Под общий смех со стула поднялся известный всему институту ловелас Петька Загибов. Тут же раздался вопль:
- Точно! Она у тебя под задницей!
Петька, сопровождаемый хохотом зрителей, передал колоду Родьке.
- Продолжим, - снова улыбнулся фокусник. - Сейчас мы с вами замахнемся на старика Ньютона. На него упало явно не то яблоко. Потому что...
Он вытащил из кармана три груши. В зале снова послышался смех.
- Да, - задумчиво проговорил Родька. - Что-то я напутал. Но сейчас исправлю.
Он положил груши на столик, стоящий рядом с ним, накрыл их платком, а потом резко сдернул, с легким поклоном продемонстрировав яблоки.
А дальше он легким толчком отправил их на землю. Но яблоки отказались падать, а зависли в тридцати сантиметрах над полом. Родька повел рукой вправо - и яблоки послушно последовали за ней. Потом Родька просто убрал руки за спину. Яблоки остались висеть.
А затем, повинуясь движению головы фокусника, они вернулись на стол. Снова платок, накрывший их, и... Под платком оказались сливы.
- Угощайтесь, очень вкусно, - засмеялся Родька, кидая сливы в зал.
Людка поймала себя на том, что неотрывно смотрит даже не на руки фокусника, как большинство в зале. Она наблюдала за его лицом. Назвать его красавцем было нельзя, но вся его внешность невыносимо притягивала...
Тем временем Родька превратил бумажный кораблик в хомячка, а хомячка в теннисный шарик.
- И еще один фокус, который дался мне крайне тяжело. Если что пойдет не так - не обессудьте, я не волшебник, я только учусь.
Он окинул зал внимательным взглядом и поманил к себе Люду.
- Девушка, подойдите сюда, пожалуйста. Возьмите со стола бумагу и сверните ее в трубочку.
Люда выполнила указания фокусника, хотя даже в этот момент она не отрывала от него взгляд.
- Сейчас девушка меня загипнотизирует и у меня ничего не получится, - заметил Родька. Снова раздались одобрительные хлопки.
- А теперь, - продолжал он, - мы попросим мою очаровательную ассистентку саму поставить в вазу эту бумагу и накрыть сверху вот этим ведерцем.
Он вынул из-под стола небольшое ведерко, которым обычно играют дети в песочнице.
После того, как Люда водрузила ведро на вазу, Родька повернулся к залу.
- Обычно разные фокусники просят стукнуть по вазе волшебной палочкой или произвести другие совершенно ненужные действия, но мы обойдемся без этих сложных манипуляций. Снимите ведерко.
- Ух ты! - Разнеслось по комнате, когда под ведерком оказался небольшой букет роз.
- Родька, ты гений! - Крикнул кто-то из глубины зала.
- Ну что вы, - развел руками тот. - Это же не я делал фокус, а наша очаровательная... Как ваше имя?
- Люда, - отозвалась девушка, невольно улыбаясь.
- Похлопаем Людочке, так успешно затмившей меня на этой сцене, - сказал Родька и первый начал аплодировать.
После того, как хлопки смолкли, он поклонился и крикнул:
- А теперь, дорогие зрители, фокусник хочет кушать!
Его слова были встречены одобрительным гулом. Вечеринка начала превращаться в обыкновенные посиделки, когда вино льется рекой, трезвых за столом все меньше, а пустых бутылок - все больше...
Люда хотела тихо выскользнуть из квартиры и вернуться к себе в общагу. Он вышла в коридор и накинула куртку.
- Настоящий фокусник должен уметь неожиданно исчезать, - прошелестел у нее за спиной голос Родьки. - И исчезну я не один. Пойдем!
Не дожидаясь ее согласия, он схватил ее за руку и вытянул на улицу.
... Как прогулка превратилась в долгую ночь, не мог сказать никто из них. Просто в какой-то момент она остановилась, резко повернула его к себе и впилась в него жадным поцелуем. Почему она это делает, она объяснить не могла. Родька манил ее к себе, притягивал, завораживал. И ей было все равно, что мальчик еще совсем молодой, что у них больше четырех лет разницы, что завтра он, возможно, уйдет и забудет о ней...
Она хотела - и она добилась своего. Желание, абсолютно звериное, не поддающееся логике, завладело ей совершенно неожиданно. И она знала, что никогда не пожалеет о своем поступке.
А потом, в общаге, они раздевались с какой-то невероятной скоростью, даже не задумываясь о прелюдиях и ненужных словах.
И, насладившись друг другом, долго лежали на узкой кровати. Она гладила его волосы и отвечала на поцелуи.
- Поздно уже. Мне пора. Отец будет сильно волноваться. Он у меня человек свободных нравов, но не надо дразнить гусей.
- Хорошо, я понимаю...
- Но завтра... Слышишь - завтра! Я снова хочу быть с тобой.
Она улыбнулась и поцеловала его в щеку.
- Обязательно. Я тебе обещаю.
На следующий день они встретились на автобусной остановке.
- Куда мы поедем?
- Ко мне домой. Сейчас отец за нами заедет.
- Вот как?
- У меня от него нет тайн. Когда вернулся, он долго расспрашивал, где я был. Ну... Я ему все рассказал. Знаешь, он так интересно на меня посмотрел, когда я узнал, как тебя зовут.
- А твоя мама ничего не сказала?
Он помрачнел.
- Не люблю вспоминать... В общем, она умерла. Я живу с отцом и его женщиной. Не нравится мне слово "мачеха", да они и не расписаны. Мы с ней относимся друг другу уважительно, но без особой теплоты. Отец развелся с матерью давно, а когда она умерла, забрал меня к себе. Он хороший мужик, тебе понравится.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 42%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 59%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 30%)
» (рейтинг: 89%)
|
 |
 |
 |
 |  | Я видел, что мой ответ успокоил маму. Некоторое время мы опять шли молча. Потом я начал рассказывать ей всякие прикольные случаи из своей службы. Она мне рассказывала, как дела дома. Так мы гуляли, наверное, пару часов. Потом мама предложила: |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Приставленная к очку головка твердо проложила себе путь в его горячее нутро. Он выгнулся, взвизгнул, попытался вырваться, но я пригвоздил его к прилавку и застыл, давая привыкнуть к внедренному стволу. Его напряженное тело задеревенело, боясь любым движением усилить боль. Я знал, что потом будет легче. Я гладил его по спине, бокам, заднице, ногам. Я терся щекой о его бритый затылок. Постепенно он расслабился, затих, стал податливее. Еще пару моих попыток внедриться глубже он пресек стонами, но потом сам стал потихоньку подаваться навстречу. Едва заметные поощряющие позывы заставили меня двинуться вперед, но -медленно, щадяще. И он, наконец, раскрылся, жадно вовлекая меня в свое жаркое нутро. Я вжался в него, раздуваясь головкой от раскаленных объятий его эластичных стенок. Я за бока до отказа насадил его задницу на свой стержень. Он напрягся, вцепился руками в прилавок, задеревенел. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | У него был список десятка солдат, которые по разным причинам не прошли медосмотр. Операцию решили провести в воскресенье, чтобы было меньше офицеров. На звонок Виктора в санчаеть явилось семь солдат. Причину вызова они не знали и когда зайдя в кабинет оказывались перед фактом, деваться им было некуда. Первым вошел солдатик который сняв штаны подставил мне свою безволосую, почти детскую попку, и когда он по команде раздвинул ягодицы, я почти по матерински нежно смазала колечко ануса вазелином, и нежно приставив металлический инструмент ввела его в попку. Парень дернулся так, что мошенка сократилась. Виктор посмотрев в трубку, спросил в чем причина и парень ответил, что трубка холодная. Я сильно волновалась, и у меня дрожали руки. Дальше пошло проще. Заросшие попки сменялись голыми, свободные забитыми калом. Продезинфицировав трубку, Люба грела её в своем влагалище под халатом, а я уже действовала более уверенно. Я так возбудилась, от этой процедуры, что не дождавшись конца осмотра закрыла дверь, уложила Виктора на стол и села на его член. Когда я кончала, в анус мне уперся конец железной трубки. Так я впервые оказалось на двух концах и это не показалось мне извращением. Когда Виктор вышел в коридор, за очередным солдатиком, мы с Любой договорились и ему устроить осмотр. Отпустив пришедших, мы решили перенести осмотр на следующую неделю, и когда все ушли, мы выпили спирта и заварили кофе. Немного поболтав, я опять раздела лейтенанта и положив на себя сильно прижала к себе его ягодицы с силой раздвинув их пальцами. Когда он вошел в меня, я кивнула тетушке и та не мешкая приставила к его попке железный инструмент. Протеста не последовало, и тетушка продолжила процедуру медосмотра пока он кончил. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Залившись слезами, Зарина жалобно просила Макса остановиться, но он не слушая, продолжал свое дело, тщательно, плавными круговыми движениями раскрывая, в недавнем прошлом, узенькое, девичье "очко" Зарины, до новых широт. В грубых руках боксера, Зарина чувствовала себя тряпичной куклой, которую отдали на забаву жестокому ребенку, с ностальгией она вспомнила более толерантный хуй Ромы. Рома посчитал, что будущие родственницы должны познакомиться поближе и поручил Халун клитор невесты ее брата. Смущенно улыбаясь, пышногрудая горянка приложилась язычком и пальчиками к "киске" Зарины, та отчаянно вцепилась в волосы Халун, прижимая ее голову как можно плотнее к своему лобку. На другую руку она намотала длинные волосы Лейлы и до боли впилась в ее сладкие губки, испытывая неосознанную ревность и ненависть к лучшей подруге, которую глубокими амплитудными движениями драл раком Роман. Затраханные и обессилевшие девушки, еще долго лежали пластом, не имея сил пошевелиться, после того как х находчивые любовники, так же незаметно исчезли, как и появились. |  |  |
| |
|