|
|
 |
Рассказ №9463
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 13/05/2008
Прочитано раз: 60238 (за неделю: 94)
Рейтинг: 86% (за неделю: 0%)
Цитата: "Решение о нашем выселении было принято сразу, как только Будыко сложил с себя обязанности инструктора горкома комсомола, оставив себе должность председателя КМО. Кто-то из руководства, очевидно, посчитал, что в правительственном здании не место общественным организациям. Сколько Сергей Геннадиевич ни бегал по кабинетам, все, чего он добился, было новое помещение в здании, которое располагалось в небольшом переулке, отходящем от Софиевской площади...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
После церемонии, состоялось традиционное чаепитие с конфетами и тортами. Один из канадцев обходил присутствующих с видеокамерой и брал своеобразные мини-интервью. Когда очередь дошла до меня, я вдруг начал отвечать на вопросы по-английски, и говорил так около пяти минут. Я рассказал, как меня зовут, откуда я, чем занимаюсь, и почему меня заинтересовало учение Баха-Уллы. В заключение, я выразил надежду на скорое вступление в ряды бахаистов, поскольку все яснее и яснее слышу зов Господа, настоятельно рекомендующего мне это сделать.
Лица канадцев просто сияли от счастья.
Потом я так и не смог взять в толк, что заставило меня сделать такое заявление. Уж не промысел ли Божий? А как же еще объяснить мою пятиминутную речь на английском языке?
Разве что усиленным вбиванием уроков английского языка с помощью советского конверсионного плеера.
После такого заявления мне надо было или немедленно вступать в новую веру, или прекратить посещать собрания бахаистов. Я выбрал второе. Никогда больше я не ходил на собрания последователей учения Баха-Уллы, да и вообще больше не слышал о такой религии. Но где-то в далекой Канаде есть видеокассета, на которой один киевлянин, очень похожий на меня, восторженно обещает высоко нести знамя истинного учения...
Регулярные встречи с канадцами в неформальной обстановке не только улучшили мой английский, но и освободили меня от комплекса боязни иностранцев. И это случилось как раз вовремя:
- У тебя все документы собраны на Данию? - спросил меня Будыко в начале ноября.
- Практически все, - подтвердил я.
- Приноси, будем готовить делегацию.
- А кто поедет старшим? - поинтересовался я.
- Вот ты и будешь руководителем делегации.
- Как же так, - растерялся я, - У меня пока с английским проблемы.
- Не переживай, - успокоил меня председатель КМО. - С вами поедет Алла Викторовна в качестве второго руководителя. Вот она и будет переводчиком.
Это было совсем другое дело, ехать с Аллой. К тому времени я узнал о ней немного больше. Она преподавала английский язык в высшей партийной школе. Надо заметить, что занять подобную должность в восьмидесятые годы было далеко не просто. Киев был переполнен преподавателями иностранных языков, и свежеиспеченным выпускникам романо-германского факультета рассчитывать приходилось только на место грузчика. Как Алла Викторовна попала на столь желанное для многих место, можно было только догадываться.
Совершенно неожиданным для всех, кто, так или иначе, сотрудничал с КМО, стало решение администрации выселить нас из здания с колоннами.
- Распишитесь, пожалуйста, - предложил аккуратно стриженый молодой человек в сером костюме при галстуке. Секундой назад, он без стука вошел в кабинет Будыко и сразу положил на его стол какую-то бумагу.
- Что это? - председатель КМО тупо уставился в документ.
- Распоряжение о сдаче помещения. Поторопитесь, послезавтра сюда въезжает другая организация, - с этими словами молодой человек спокойно вышел, совершенно не интересуясь нашим мнением на этот счет.
Решение о нашем выселении было принято сразу, как только Будыко сложил с себя обязанности инструктора горкома комсомола, оставив себе должность председателя КМО. Кто-то из руководства, очевидно, посчитал, что в правительственном здании не место общественным организациям. Сколько Сергей Геннадиевич ни бегал по кабинетам, все, чего он добился, было новое помещение в здании, которое располагалось в небольшом переулке, отходящем от Софиевской площади.
Собственно говоря, помещением это можно было назвать с большим трудом. Нам отвели половину широкой площадки между двумя лестничными переходами. Здание когда-то строилось для нужд партийных и комсомольских организаций, поэтому на лестничные переходы пространства не пожалели, а площадки между ними строились с расчетом устроить здесь небольшой буфет.
Проще говоря, нам предложили расположиться в коридоре.
Сергей Геннадиевич проявил недюжинную смекалку, придумав перегородку высотой два метра. Теперь наша часть коридора выглядела вполне просторным рабочим помещением с двумя огромными окнами и высоким, в два этажа, потолком. Его единственным минусом было то, что любой человек, поднявшийся по лестничному переходу этажом выше, мог видеть почти весь наш офис и, разумеется, слышать все, о чем мы там говорили.
- Будем работать в условиях гласности, - весело объявил Сергей Геннадиевич, когда все хлопоты, связанные с переездом, наконец, улеглись. - А это, Алексей Петрович, ваш стол.
- Мой стол? - удивился я.
- Конечно, вы же теперь - руководитель международной делегации!
Вечером я поделился последними новостями с Валентиной. Весть о нашем позорном переселении она пропустила мимо ушей, зато сообщение о скорой поездке в Данию восприняла восторженно.
- А как вы туда поедете, поездом или самолетом?
- Поездом. Сначала доедем до Берлина, а потом пересядем в поезд Берлин-Копенгаген.
Слова "Дания", "Берлин" и "Копенгаген" моя подруга воспринимала, как непостижимо фантастическую сказку со счастливым концом. По правде говоря, мне и самому не верилось, что я туда еду.
- Привези мне какой-нибудь подарок, - попросила Валентина.
- Что, например?
Мой вопрос поставил ее в тупик.
- Чайник! - осенило ее, - Чайник со свистком.
- А сколько он может стоить?
- Недорого. У нас хороший чайник дороже трех рублей не бывает. Значит, там он будет стоить столько же.
Тем не менее, я решил заранее навести справки о стоимости чайников в Германии, и рассказал о своей проблеме в КМО.
- Я достану вам каталог, - предложила мне Алла Викторовна.
В некотором смысле, это не стало для меня неожиданностью.
Когда Будыко принял решение отправить нас в Данию, Алла, вдруг, воспылала ко мне самой нежной привязанностью. Мы ходили вдвоем везде - по делам, в буфет, в столовую. Она, еще теплыми, приносила мне в офис домашние котлетки из дома и неустанно стремилась предугадать любое мое пожелание.
- Каталог, какой каталог?
- Немецкий каталог, - пояснила Алла.
- Но мы едем в Данию.
- Товары везде одинаковы. К тому же, мы будем в Берлине. Может быть, там цены ниже, чем в Дании.
Благодаря любезности Аллы, уже через несколько дней мы с Валентиной смогли ознакомиться с немецким каталогом, который у нас мог бы называться "Товары почтой".
Оказалось, я такие каталоги раньше видел. В Советском Союзе они пользовались бешеной популярностью. Хотя в стране развитого социализма заказать из Германии ничего было нельзя, люди, все равно, с жадностью набрасывались на заграничные каталоги и разглядывали в них вещи, которые любой немец мог купить без всяких проблем, были бы деньги. А, по единодушному мнению "совков", деньги представляли собой просто пустяк в сравнении с доставшим всех товарным дефицитом, при котором нужную вещь можно было искать в магазинах годами.
- А вот и чайники, - радостно сообщил я, добравшись до нужной страницы, - Шестьдесят марок.
- Этого не может быть! - опешила Валентина.
- Почему?
- Шестьдесят марок - это моя трехмесячная зарплата!
Пришлось объяснить ей, что немцы в Германии зарабатывают немного больше, чем мы в Советском Союзе.
- Все равно, это какая-то ошибка. Не может чайник стоить шестьдесят марок.
- Может быть, в Дании цены ниже, - высказал предположение я.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 61%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 76%)
» (рейтинг: 42%)
» (рейтинг: 25%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 78%)
» (рейтинг: 82%)
» (рейтинг: 43%)
» (рейтинг: 56%)
|
 |
 |
 |
 |  | Зрелище было не для слабонервных, мой ствол, диаметром 4 сантиметра так растянул кожу вокруг ее дырочки, что казалось сейчас разорвет ее, кожа стала синей, а складочки ее половых губ приобрели багровый оттенок, это не было похоже на секс, скорее это напоминало сажание на кол, или средневековые пытки, когда бедным девочкам, раздвигали их девственные органы страшными вагинальными грушами. Влагалище было абсолютно сухим, о том, что бы девочка как то возбудилась, и ее влагалище стало выделять спасительную смазку не было и речи, и акт приносил пятикласснице максимальные страдания, это была настоящая пытка юного влагалища. Я удивлялся стойкости Оли, ведь даже я ощущал боль в сдавленном тугим влагалищем члене, но девочка не кричала, не просила пощады, только глухо стонала. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | В лифте гостиницы с нами ехало еще двое мужчин. Он бесцеремонно подошел ко мне и, не говоря не слова, сунул руку под юбку. Его пальцы оказались в моих трусах, а глаза заблестели, он прошептал мне на ухо: " Да ты настоящая профессионалка! Ты вся мокрая!". После этого он поцеловал меня. Мужчины с любопытством посмотрели в нашу сторону. А я все сильнее и сильнее заводилась. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Затем она дотронулась до моего торчащего под платьем члена, приложила палец к губам, улыбнулась и вышла, а я остался удивленный просто до крайности, а еще девушка мне определенно понравилась. Только вот проблема теперь, как впрочем, и всегда знакомится с девушками я не умею, даже более того, банально боюсь, но девушка мне понравилась и нас теперь связывала эта тайна из примерочной. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Работа в 4 руки у них получалась неплохо, я больше думала о руках мальчишки, чьи тонкие длинные пальцы ярко ощущались на фоне давления массивных ладоней его наставника, который занимался моим животом и грудью. На секунду я представила, что нечто подобное мог бы мне делать мой сын, когда мы вернемся в Москву, с каждой минутой я получала все большее и большее удовольствие, довольная улыбка была на моем лице и они это видели. Не скажу, что массаж проходил на грани дозволенного, но ощущение сексуальности происходящего не покидало меня приблизительно полчаса. Мальчишка приковывал мое внимание и фантазии. Думаю, если бы сынок узнал, как я восхищаюсь его ровесником, то приревновал бы меня. Я вышла из массажного салона и за спиной у меня были крылья - мужчины мне хорошо послужили и я педставляла себя королевой в мире мужчин - такого пристального внимания к своему телу я давно не испытывала. |  |  |
| |
|