Рассказ №1056 (страница 2)

      - Если это большой грех, то мне жаль случившегося, но брат Петр этот грех был так приятен и если возможно то я не хотела бы избавиться от него.
      - О, это действительно большой грех, Анна, но ты так права он очень приятен и можно жить не расставаясь с ним. Только огонь зажженый в тебе, сейчас нужно обязательно притушить.
      - Усли это будет похоже на вчерашнее, то я очень хочу притушить этот огонь сейчас.
      Встав с кресла, брат Петр вышел из комнаты и я уже забыла о страхе с которым шла на исповедь.
      Нисколько не сомневаясь, что брат Петр вернется, я сняла трусики и сунула их в карман платья и стала ждать брата Петра. Он отсутствовал недолго. Войдя он держал какую-то баночку. Закрыв дверь на задвижку он подошел ко мне.
      - Сними все с себя, что мешает потушить пожар" - прошептал он.
      - Уже все готово" - ответила я, впервые улыбнувшись.
      - О, ты очень догадлива, Анна. Садись теперь на стол и подними платье.
      Не заставляя его долго ждать я мигом села на стол и , как только подняла платье, обнажив ноги и живот, как Петр распахнул сутану и я увидела его инструмент. Это, я как ожидала, была копия инструмента Роберта, но как мне показалось он был немного больше и жилист. Открыв баночку, брат Петр смазал содержимым головку инструмента. Провел этим же пальцем по моему влажному месту, взял меня за ноги, поднял и положил к себе на грудь. Я была вынуждена лечь на стол и инструмент Петра, вздрагивая, касался моего влажного тела. Наклонившись вперед и, взявши меня за плечи, он осторожно начал прижимать меня к себе. Его инструмент начал медленно входить в меня. Боли испытанной вчера, не было и меня охватило неистовое желание. Инструмент, пульсируя, погружался все глубже и глубже и вскоре я ощутила, что его комочек приятно защекотал меня своими волосами, на какое-то мгновение инструмент замер, а затем также медленно начал покидать меня. Блаженство было неописуемое. Я прирывисто дышала. Руки мои горячо ласкали брата Петра, обнимая за плечи, стараясь прижать его к - 4 - себе. Платье мое распахнулось, обнажив грудь с распухшими, торчащими сосками. Увидев это Петр впился в сосок страстным поцелуем. По моему телу пробежали мурашки. Инструмент двигался во мне все быстрее. От полноты чувств я извивалась всем телом, горячо шептала: "...быстрее, еще быстрее, еще быстрее..." Брат Петр следовал моему призыву. Мне казалось, что я вот вот потеряю сознание, от блаженства и в этот миг я почувствовала вчерашнее чувство, разлившееся по всему телу. Несколько минут мы не шевелились. Затем я почувствовала, как инструмент брата Петра начал сокращаться в размерах и выходить из меня. Брат Петр выпрямился и я, приподняв голову увидела небольшой мокрый и обмякший инструмент. Шатаясь Петр отошел от меня и сел в кресло. Опустив ноги на пол и, приподнявшись, я почувствовала как теплая влага потекла по моим ногам.
      - Ну, как Анна? Понравилось?" - спросил Петр.
      - Очень приятно было" - ответила я.
      - Ты еще многого не умеешь Анна. Хотелось бы тушить огонь с большим чувством.
      - О, да!" - воскликнула я и подошла к брату Петру, и села к нему на колени.
      - Почему ваш инструмент стал таким не красивым?
      - Он дал тебе свою силу, Анна. Но не унывай пройдет совсем немного времени и он станет таким как и прежде.
      Прошло немного времени в течении которого брат Петр нежно сосал мои груди, а потом страстно прильнул к одной из них губами, подчти втянув к себе в рот всю грудь. Раздвинув мне ноги и погрузив палец мне во влагадище, начал нежно ласкать его, нежно гладя инструмент его, я почувствовала от моей ласки он увеличивается в размерах и становится все тверже. Во мне снова пробудилось желание. Петр вынул изорта сосок и прошептал: "Сядь ко мне лицом, Анна". Почувствовав, что-то новое я пересела и плотно прижалась животом к инструменту Петра. Он крепко прижал меня к себе и, чуть приподнявшись со своих колен, неуловимым движением бедер, головка его члена оказалась между моих пухлых губок. Взявшись за мои плечи, он начал давить вниз. Колени мои подогнулись и инструмент, как мне показалось, пронзил меня, войдя в углубление во всю длинну. С минуту мы не шевелились. Я чувствовала, как инструмент, где-то внутри меня нервно пульсировал. Сквозь тяжелое дыхание Петр прошептал: "Теперь приподнимайся и опускайся сама, Анна, только не очень быстро." Взяв меня руками за ягодицы, он приподнял меня со своих колен так, что инструмент его не выскользнул из меня. Инстинктивно я быстро опускалась на его колени. Затем уже без его помощи старалась опускаться и приподниматься сама, стараясь конечно делать это медленно, но движения становились мои все быстрее. Я сквозь сон слышала гоос Петра: "Не торопись, медленнее, продли удовольствие, не так быстро." Однако я была в таком экстазе, что не обращала внимание на его просьбу и двигалась все быстрее и быстрее. Вскоре я почувствовала знакомое чувство неги, резко опустилась на инструмент, обхватила шею брата Петра и, угадав мой вопрос, Петр улыбнулся и сказал: "Ты поторопилась, милая Анна, мой инструмент полон еще силы и как только желание появится вновь повторим все сначала." Не помню сколько времени мы не шевелились, вдруг Петр взял меня за ягодицы и начал медленно опускать и поднимать. Теперь Петр сам руководил движением: то опускал, то поднимал, то заставлял меня делать круговые движения. Когда инструмент был полностью во мне, он делал мне неописуемое блаженство. Движения становились яростнее, беспорядочнее. Вскоре мы оба обессилили. Сняв меня с колен, Петр встал, я же еле держалась на ногах, чувствуя полный упадок сил, я хотела спать. Немного отдохнув и, приведя себя в порядок, мы договорились о встрече в следующее воскресенье. Петр обещал пополнить скудные мои знания в нечастых с ним занятиях. Нежно, простившись, мы расстались. Придя домой, я узнала, что Роберт неожиданно уехал. Как я поняла он испугался последствий и поспешил скрыться. В течении недели ничего интересного не произошло, только отношения дяди Джима ко мне немного изменились. Он стал гораздо ласковее со мной. И когда мы оставались одни, я улавливала на себе его пристальный взгляд. Меня это удивляло, но не придавала этому большого значения. Я не допускала мысли, что ему может быть известно о моих новых занятиях. Наконец наступило долгожданное воскресенье. Придя в церковь к началу богослужения, я не нашла в ней брата Петра. Взволнованно и напряженно я искала его во время молитвы. Петра не было. После проповеди молившиеся начали расходиться, покидать церковь. Все еще надеясь на встречу с Петром, я последней направилась к выходу. Уже подходила к выходу, я услышала, как кто-то окликнул меня по имени, думая, что это брат Петр, я оглянулась. Навстречу мне шел совершенно незнакомый мне монах. Подойдя ко мне и, улыбаясь, он сказал: "Меня зовут Климент. Брат Петр очень жалел, что должен был уехать на три недели в город по важному делу и перед отездом просил передать эту записку". Он протянул мне запечатанный конверт. Сгорая от нетерпения, я вскрала его тут же с удивлением прочла следующее: "...Дорогая Анна, брат Климент мой хороший товарищ. Если у тебя будет желание познакомиться с ним поближе, не стесняйся его, он с успехом заменит меня в наших с тобой занятиях. Петр." Взглянув на Климента, я увидела, что он был довольно красив и строен. На вид ему было лет 28. Решив, что он действительно может заменить Петра, лукаво улыбнулась и спросили: "Знаешь ли ты содержание занятий, брат Климент?"
      - Нет, но брат Петр говорил о занятих с Вами.
      - Вы не догадываетесь, что это за занятия?" - спросила я.
      - Хорошо зная брата Петра мне нетрудно догадаться об их характере и если я буду знать содержание предыдущих занятий, то их нетрудно будет продолжить. Не пойти ли нам в исповедальню. Вы мне там расскажете о своих занятиях с Петром.
      - Брат Климент, вы догадываетесь каким инструментом брат Петр решал со мной задачи.
      Брат Климент распахнул сутану, схватил свой готовый инструмент и, потрясая им воскликнул: "Не этим ли!" Пораженная, увиденным, я незнала, что сказать. В руке климента был инструмент не шедший ни в какое сравнениес уже увиденным ранее. Это было что-то огромное, длинное сантиметров 22, багрового цвета, с очень большой головкой на конце. Самым выразительным было то, что чем ближе к основанию, тем он был тоньше, как конус. Видя мое изумление, Климент начал меня успокаивать, говоря, что все будет безболезненно. Я немого успокоилась и протянула руку осторожно дотронулась до инструмента. От моего прикосновения вены на нем вздулись и казалось, что он вот вот лопнет.
      - Не будем терять времени, Анна. Становись лицом к столу и облокотись на него локтями, остальное я сделаю сам" - прошептал Климент. Желание во мне бурлило и поборов страх, я выполнила его указание. Положив голову на руки, я увидела, что Климент подошел ко мне и стал с зади, подняв мне юбку, завернул ее на спину. Тотчас я почувствовала, как горячая рука коснулась моих ягодиц и влажное тело. Следом за этим его инструмент уперся в углубление, начал медленно в него погружаться. Первое мгновение я почувствовала боль и инстиктивно сжала ноги. Но по просьбе Климента расслабила мышцы и боль прошла. Инструмент плавно погружался в глубь. Затаив дыхание я почувствовала, как он заполняет меня всю, погружаясь все глубже и глубже. Наконец Климент прижался ко мне всем телом и прошептал: "Я ведь был прав, Анна, тебе не было больно?" От ощущения инструмента у меня захватило дух и не в силах вымолвить не слова, я отрицательно заматала головой. Ухватившись под платьем обеими руками за мои груди, Климент начал свою работу. Мне казалось, что все мое тело состоит из одного углубления, так было полно ощущение его - 6 - двигающегося инструмента. Не помню, но раз пять я испытала бессилие, пока Климент трудился. В отличие от Петра, движения Климента были плавными и темп от начала до конца был ровным. Только по его протяжному стону я поняла, что он обессилил. Когда он встал и вынул свой инструмент, то раздался како-то булькающий звук. Вслед за тем горячая влага потекла по моим ногам, но я сама настолько ослабела, что несмогла разогнуть спины. Климент сидел в кресле широко расставив ноги. Между ними лежал инструмент, подчти такойже огромный, только мягкий и с поникшей головкой. Устало улабаясь я подошла к нему.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ]

Читать также в данной категории:

© Copyright 2002 Лимона. Все права защищены.