|
|
 |
Рассказ №13156
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 09/02/2023
Прочитано раз: 95967 (за неделю: 15)
Рейтинг: 35% (за неделю: 0%)
Цитата: "Она не ответила. Я ушёл в спальню и стал от нечего делать смотреть в окно. Вдруг вижу: сосед Сашка (ему 4 года) и Танька Ивина (его ровесница) забежали за сарай. Сашка достал из штанов свою пипиську (размером, примерно, как теперешний тампон для девчонок) и стал что-то говорить Таньке. Она спустила до колен трусы и подняла вверх подол. Было далековато, и мне было плохо видно...."
Страницы: [ 1 ]
Как-то мой товарищ передал мне клочок бумажки, на которой было написано: иворкодубея.
- Это мне Марат дал! - (его друг)
- Я ничего не понимаю...
- Ха-ха-ха! А ты прочитай наоборот! Не понял?
Но я так ничего и не понял. То есть, фразу-то я прочитал, но, что она означает, было загадкой.
Я показал Ей. Но и Она только пожала плечами. Только потом, много лет спустя мы узнали, что это могло бы значить. А тогда, делая что-то очень невинное (хотя очень приятное) , мы считали себя невероятными преступниками и тщательно маскировались...
Сейчас у девчонок обилие всяких шмоток на разные случаи жизни, и есть некоторые правила, соблюдать которые надо неукоснительно. Например, девчонка в Америке не имеет права пойти на игровую площадку в платье, которое может вдруг задраться и покажутся трусы (о том, чтобы быть вообще без трусов, я молчу) : надо непременно панталоны длиной примерно до середины бедра. Я вспоминаю, что было раньше. Трусы девчонкам шили мамы или старшие сёстры из куска сатина или ситца - такие треуголки. Иногда даже резинки не было, трусы застёгивали на пуговицу.
Летом в жаркую погоду мы выбегали играть на улицу в одних трусах. Мальчишки обычно одевали несколько другие (это было похоже на теперешние шорты) , а у девчонок были "треуголки". У Неё - тоже. И вот однажды я смотрю, а Вовка Сайкин уставился куда-то взглядом, и у него под трусами этакий холмик поднимается. Я заинтересовался и тоже посмотрел. И сердце у меня заколотилось! Оказывается, это из-за Неё! Резинка на Её трусах, видимо, ослабла, и полосочка отодвинулась, а под ней... ну, вы догадываетесь! Я - быстро к Ней и шёпотом: "Подтяни трусы, письку видно!". А у самого - тоже всё торчком. Она быстрым взглядом "поймала" того, кто на неё смотрел, но письку прикрыла.
Возвращаюсь к Вовке, а он мне:
- Ты Её ебёшь?
Меня сразу в жар бросило, но я постарался показать, что мне всё безразлично:
- С чего это ты? Нет, конечно!
- А чё покраснел-то? . . Дело обычное. Мои-то - малышня, Тайке - всего 5. Я намедни её уговорил снять трусы, но без толку: пизда совсем маленькая, ничего не засунешь. А у твоей - просто блеск, самое то! (Ей только что исполнилось 7) . Слушай, у меня к тебе дело: постарайся Её уговорить, у тебя получится! Может, ей самой хочется, а ты, дурак, не догадываешься! Попроси хорошенько - не для себя, для друга. Если Она мне даст, проси у меня, что хочешь. Видишь мой ножик? Он - твой! . . Поговоришь?
Я кивнул. В общем-то, кивок - это ни да, ни нет - жалко что ли? . .
Когда вернулись домой, я Ей сказал:
- У Вовки Сайкина на тебя сегодня писька встала!
- Только у Вовки? Я всё видела. И твою, между прочим, тоже.
- Он просил меня с тобой поговорить.
- Да? О чём это?
- О том! Он говорит, что у тебя очень писька красивая...
- Ого! Разглядел? Ну и что?
- Говорит: ты её хорошенько попроси, может быть, она мне даст?
- А ты что? Согласен, как тогда? . . Вот позор-то был! . .
- Да, я - ничего... Может, тебе самой хочется...
- Нет уж, хватит с меня! Дураки! . .
Немного погодя я опять к ней подошёл:
- Ну, а со мной хочешь? . .
- Нет. Мне стих учить и арифметику делать.
- Я арифметику тебе сделаю, перепишешь, - и всё.
Она не ответила. Я ушёл в спальню и стал от нечего делать смотреть в окно. Вдруг вижу: сосед Сашка (ему 4 года) и Танька Ивина (его ровесница) забежали за сарай. Сашка достал из штанов свою пипиську (размером, примерно, как теперешний тампон для девчонок) и стал что-то говорить Таньке. Она спустила до колен трусы и подняла вверх подол. Было далековато, и мне было плохо видно.
- Иди-ка сюда! - крикнул я Ей. - Быстрей, а то не успеешь!
Она прибежала, и мы стали наблюдать, как Сашка пытается Таньке куда-то попасть. Было очень смешно, но у меня писька встала дыбом. Вдруг Танька нас заметила и сказала что-то всё ещё пристраивавшемуся Сашке. И они, сорвавшись с места, побежали. Танька на ходу натягивала трусы. Мы так и стояли у окна.
- А ты помнишь, как я тебе попадал? . . И тоже не сразу получалось. Может, разучился и не попаду? . . Встань-ка к шкафу! . .
Я сказал это просто так, безо всякой надежды на успех.
- Дурак! - сказала Она и вдруг встала спиной к одёжному шкафу, приспустила трусы и расширила письку...
Страницы: [ 1 ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 33%)
» (рейтинг: 59%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 47%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 58%)
» (рейтинг: 62%)
» (рейтинг: 78%)
» (рейтинг: 38%)
» (рейтинг: 88%)
|
|
|
| |
| | Я видел, что мой ответ успокоил маму. Некоторое время мы опять шли молча. Потом я начал рассказывать ей всякие прикольные случаи из своей службы. Она мне рассказывала, как дела дома. Так мы гуляли, наверное, пару часов. Потом мама предложила: | | |
| |
|
| |
| | Приставленная к очку головка твердо проложила себе путь в его горячее нутро. Он выгнулся, взвизгнул, попытался вырваться, но я пригвоздил его к прилавку и застыл, давая привыкнуть к внедренному стволу. Его напряженное тело задеревенело, боясь любым движением усилить боль. Я знал, что потом будет легче. Я гладил его по спине, бокам, заднице, ногам. Я терся щекой о его бритый затылок. Постепенно он расслабился, затих, стал податливее. Еще пару моих попыток внедриться глубже он пресек стонами, но потом сам стал потихоньку подаваться навстречу. Едва заметные поощряющие позывы заставили меня двинуться вперед, но -медленно, щадяще. И он, наконец, раскрылся, жадно вовлекая меня в свое жаркое нутро. Я вжался в него, раздуваясь головкой от раскаленных объятий его эластичных стенок. Я за бока до отказа насадил его задницу на свой стержень. Он напрягся, вцепился руками в прилавок, задеревенел. | | |
| |
|
| |
| | У него был список десятка солдат, которые по разным причинам не прошли медосмотр. Операцию решили провести в воскресенье, чтобы было меньше офицеров. На звонок Виктора в санчаеть явилось семь солдат. Причину вызова они не знали и когда зайдя в кабинет оказывались перед фактом, деваться им было некуда. Первым вошел солдатик который сняв штаны подставил мне свою безволосую, почти детскую попку, и когда он по команде раздвинул ягодицы, я почти по матерински нежно смазала колечко ануса вазелином, и нежно приставив металлический инструмент ввела его в попку. Парень дернулся так, что мошенка сократилась. Виктор посмотрев в трубку, спросил в чем причина и парень ответил, что трубка холодная. Я сильно волновалась, и у меня дрожали руки. Дальше пошло проще. Заросшие попки сменялись голыми, свободные забитыми калом. Продезинфицировав трубку, Люба грела её в своем влагалище под халатом, а я уже действовала более уверенно. Я так возбудилась, от этой процедуры, что не дождавшись конца осмотра закрыла дверь, уложила Виктора на стол и села на его член. Когда я кончала, в анус мне уперся конец железной трубки. Так я впервые оказалось на двух концах и это не показалось мне извращением. Когда Виктор вышел в коридор, за очередным солдатиком, мы с Любой договорились и ему устроить осмотр. Отпустив пришедших, мы решили перенести осмотр на следующую неделю, и когда все ушли, мы выпили спирта и заварили кофе. Немного поболтав, я опять раздела лейтенанта и положив на себя сильно прижала к себе его ягодицы с силой раздвинув их пальцами. Когда он вошел в меня, я кивнула тетушке и та не мешкая приставила к его попке железный инструмент. Протеста не последовало, и тетушка продолжила процедуру медосмотра пока он кончил. | | |
| |
|
|
| |
| | Залившись слезами, Зарина жалобно просила Макса остановиться, но он не слушая, продолжал свое дело, тщательно, плавными круговыми движениями раскрывая, в недавнем прошлом, узенькое, девичье "очко" Зарины, до новых широт. В грубых руках боксера, Зарина чувствовала себя тряпичной куклой, которую отдали на забаву жестокому ребенку, с ностальгией она вспомнила более толерантный хуй Ромы. Рома посчитал, что будущие родственницы должны познакомиться поближе и поручил Халун клитор невесты ее брата. Смущенно улыбаясь, пышногрудая горянка приложилась язычком и пальчиками к "киске" Зарины, та отчаянно вцепилась в волосы Халун, прижимая ее голову как можно плотнее к своему лобку. На другую руку она намотала длинные волосы Лейлы и до боли впилась в ее сладкие губки, испытывая неосознанную ревность и ненависть к лучшей подруге, которую глубокими амплитудными движениями драл раком Роман. Затраханные и обессилевшие девушки, еще долго лежали пластом, не имея сил пошевелиться, после того как х находчивые любовники, так же незаметно исчезли, как и появились. | | |
| |
|