|
|
 |
Рассказ №16364
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 28/02/2015
Прочитано раз: 49194 (за неделю: 1)
Рейтинг: 86% (за неделю: 0%)
Цитата: "В следующее мгновение его вновь пробил ледяной озноб - и при этом жесточайший жар: он осознал, как вся эта сцена выглядит со стороны, как всё это дичайше нелепо и противоестественно, как выглядят со стороны его собственные действия - то, чем он занимается на глазах у испытанной боевой подруги всех своих школьных лет, Гермионы Грейнджер, одновременно рассказывая, как ему хотелось бы её - фактически - изнасиловать. От лица его отхлынула чуть ли не вся кровь до последней капли...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Рон открыл глаза.
- Что-о?
Гермиона виновато посмотрела на него. Её пальцы, впрочем, как отметил Рон краем сознания, принялись неспешно скользить вдоль ткани брюк из стороны в сторону.
- Это просто ночные грёзы, Рон. Которые мне даже под действием Империуса никогда не взбрело бы в голову осуществить наяву. И потом, - голос её чуть понизился, а в глазах что-то неуловимо блеснуло, - разве тебе в своих фантазиях, касающихся меня, никогда не хотелось совершить что-то аморальное?
Рон почувствовал, как у него пересыхает во рту.
- Х-хотелось, - глухим, каким-то совершенно не своим голосом, признался он.
Гермиона вновь слегка склонила голову набок; глаза её засияли, а пальцы на причинном месте Рона чуть сжались.
- Например?
Он невольно приоткрыл рот. Обнаружив, что губы его также успели пересохнуть, поспешным нервным движением языка облизал их.
- Мне... я... представлял иногда, что будет, если одолжить у Гарри его невидимую мантию... и...
- И? . . - сладко протянула собеседница.
- Пройти поздно вечером за тобой в твою комнату. - Рон замолк на некоторое время; мысли его путались. - Потом... я бы мог наблюдать за... увидеть, как...
- Как я раздеваюсь, - негромко подсказала Гермиона.
- Да.
- А дальше?
Глаза Гермионы уже не просто сияли, а пылали, подобно двум эльфийским огням. Ладонь же её принялась неторопливыми движениями оглаживать материю вокруг возникшего на ткани брюк Рона бугра, в замедленном музыкальном темпе выписывая круговые виражи.
- Увидеть тебя голой, - выдохнул Рон. - Как тогда... в библиотеке. Увидеть тебя в кровати. Увидеть, как ты... как ты ласкаешь себя.
Гермиона вытянулась вперёд, наклонившись так, что Рон почти чувствовал на своей правой щеке горячую щекотку от её дыхания.
- Значит, меня тогда не обмануло то мутное ощущение, - мелодично произнесла она. Рона бросило в жаркий озноб. - Я почему-то чувствовала, что ты этого хочешь.
Она приблизила своё лицо почти вплотную к лицу Рона, глядя ему в прямо глаза.
- И как давно тебе этого хочется, Рон Уизли? - сладко шепнула она. - Когда в самый первый раз ты начал фантазировать о чём-то подобном?
Рон отчаянно заалел, не в силах отвести от неё взгляд.
- На т... на третьем курсе, по-моему. Или... - он осёкся, заалев ещё гуще. - Не помню.
- Ты никогда не говорил мне об этом. - Гермиона почему-то облизнулась.
- Н... нет.
Она немного помолчала, согревая переносицу и губы Рона своим горячим дыханием.
- А ещё? - вдруг спросила она. - Понаблюдать, как я раздеваюсь, увидеть, что я делаю с собой в спальне, - и это всё? Разве у тебя не было каких-нибудь других фантазий? На третьем курсе, на четвёртом? . .
От её слов и её близости Рона поочерёдно бросало то в жар, то в холод.
- Смелей, Рон, - шепнула она.
Кончики её пальцев щекотнули его под столом.
- Не бойся.
Рон вновь закрыл глаза. Ему было стыдно, нечеловечески стыдно, - от того, что первые приходящие на ум фантазии были мерзкими, гнусными и извращёнными.
- Я... не могу. Я никогда бы этого не сделал... я...
- Понимаю, Рон, - нежно прошептала Гермиона прямо ему на ухо, в то время как благодаря действиям её опытных пальцев ткань брюк уже лишь чудом не лопалась изнутри. - Это лишь фантазия. Расскажи о ней.
Рон приоткрыл рот. В первый миг - только чтобы глотнуть побольше воздуха.
- Мне думалось о том, что будет, если... захватить с собою под невидимой мантией колдограф, - проговорил он. - Сделать пару или тройку снимков тебя обнажённой... ласкающей себя. Чтобы просматривать их иногда.
Он замолчал на некоторое время; Гермиона, чувствуя, что это ещё не конец, меж тем поддерживала его энтузиазм рассказчика, то сгибая, то разгибая свои тонкие и невероятно умелые пальчики.
- Потом я подумал, что было бы, если бы ты узнала про снимки. - Рон сглотнул слюну. - Возмутилась бы, конечно. Но потом... захотела бы, чтобы никто не узнал, не увидел их. Готова была бы на всё, чтобы этого не случилось...
- Даже так, - недоверчиво протянула Гермиона, отсев от него чуть подальше - устранив при этом ладонь с его брюк - и уставившись на него с каким-то странным выражением на лице. Снисходительностью, что ли? - Шантаж?
Рон промолчал, ощущая, как невообразимо громко и гулко бьётся его сердце.
- Что ж... - задумчиво изрекла Грейнджер. Голос её вновь стал медоточиво сладким. - А что именно ты заставил бы меня сделать, Рон Уизли, угрожая иначе опубликовать снимки? Расскажи.
Она чуть-чуть приоткрыла губы, глядя Рону в глаза. Меж губами её проскользнул на миг розовый поблескивающий язычок.
- Поз... позировать для новых снимков. - Он ощутил себя водителем магловского автомобиля, на полной скорости несущегося в пропасть. Так или иначе, остановиться он уже не мог. - Стоять перед объективом... голой. Ласкать себя с помощью... разных предметов. Размазывать... по своему телу... едкую горчицу, слизывая её потом... из самых далёких мест.
- Да, - проговорила Гермиона.
Глаза её были мечтательно затуманены, а пальцы рассеянно теребили край мантии.
- Или втирать её... - добавил Рон, чувствуя, что если всё-таки остановится, то вряд ли сможет снова заговорить, - сильнее в кожу... чтобы зуд, раздражение, жжение заставляли потом тереть кожу ещё сильнее, опять и вновь.
- Рон.
Гермиона взглянула на него со странным томным выражением на лице. Пальцы её продолжали меж тем теребить край мантии.
- Ты ведь сейчас по сути фантазируешь. Как тогда. А мне... как я говорила, всегда хотелось посмотреть, как мальчики делают это.
Рон вновь вспыхнул, хотя, казалось бы, уже ничто не сможет его существенно устыдить.
- Просто закрой глаза, - предложила она, - и действуй так, словно ты в комнате один. Словно ты фантазируешь мысленно... рассказывая сам себе, что и как ты сделал бы с беззащитной Гермионой Грейнджер... к чему её принудил...
На миг она слегка куснула верхнюю губу.
- Пожалуйста.
Рон прикрыл глаза.
И, чувствуя, словно некая неосязаемо тонкая нить внутри него вот-вот готова лопнуть, провёл рукой по собственным брюкам.
На глазах у Гермионы.
- Скажи, что бы ты ещё вынудил совершить меня, пользуясь своей неограниченной властью? - Голос её был мягок, был сладок, успокаивая и ввергая в пик разгорячённости одновременно. - Ведь действие не ограничилось бы... порочными фотоснимками?
Судя по звуку, собеседница облизнулась.
Рона бросило в озноб от этого звука.
- Я... - начал было он. Запнувшись, неуверенно продолжил: - Приказал бы, чтобы ты встала на колени передо мной. Совершенно... обнажённая.
- А потом? - Тон Гермионы был полон мёда и ожидания.
- Поцеловала меня... туда.
- И? . . - Интонации её речи будто бы чуть-чуть позванивали от волнения.
- Открыла рот...
Рон поймал себя на том, что рука его, прежде лишь вяло потиравшая брюки, движется всё быстрее и быстрее.
В следующее мгновение его вновь пробил ледяной озноб - и при этом жесточайший жар: он осознал, как вся эта сцена выглядит со стороны, как всё это дичайше нелепо и противоестественно, как выглядят со стороны его собственные действия - то, чем он занимается на глазах у испытанной боевой подруги всех своих школьных лет, Гермионы Грейнджер, одновременно рассказывая, как ему хотелось бы её - фактически - изнасиловать. От лица его отхлынула чуть ли не вся кровь до последней капли.
Мгновением позже он услышал её лёгкий, подобный звону колокольчика смех.
Недоумённо распахнув глаза, он увидел Гермиону, подпёршую голову рукой и смотрящую на него не то с иронией, не то со снисхождением.
- Эх, Рон, Рон, - мелодично протянула она. - Если бы ты только знал, какие фантазии роятся у меня в голове со второго курса.
Рон изумлённо моргнул.
- Да, ещё со второго, - верно поняла его удивление она. - Тогда мой организм, вероятно, готовился перестраиваться к новому режиму, выходя на первый виток взросления, так что грёзы захлестнули мозг просто сумасшедшие - потом, когда это прошло, мне даже пару лет было стыдно за них.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 53%)
» (рейтинг: 51%)
» (рейтинг: 36%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 64%)
» (рейтинг: 35%)
» (рейтинг: 70%)
|
 |
 |
 |
 |
 |  | Она легла и я продолжил свои ласки постепенно добираясь к её писечке. Начал снимать ей трусики на которых внизу уже было пятнышко, она приподняла попочку помогая мне. Я люблю делать кунилинг и умею его делать. Всем моим партнёршам это нравилось и они после этого тоже воздавали мне сторицей. А тут... что такое писечка молодой, здоровой, красивой девки. Какой от неё уже возбуждённой идёт аромат. Это чудо просто. Волосиков у неё там было немного и они не мешали. Я обцеловал все складочки, проникая языком как можно глубже, обсасывая клитор, периодически целуя нежнейшую кожу внутренней поверхности бёдер. Девочка моя завелась не на шутку. Она прогибалась подставляя мне разные места и я чувствовал, что вот именно сюда мне следует её поцеловать или лизнуть, или чуть чувствительно прикусить. Решил таким образом для начала довести её до оргазма. И вот она еле сдерживая крик начала кончать, я не останавливаясь продолжал её ласкать пока не онемел фактически язык. Немного полежали, отдыхая и отходя. Она благодарно положила мне голову на грудь и замерла. Но я то был с возбуждённым членом и в джинсах и свитере, вот как ходил в магазин так после этого только куртку снял и обувь. Потормошил её и она всё поняла, давно, очень давно меня не раздевала женщина своими нежными руками. С женой секс давно превратился если не в рутину, то сами понимаете не могло и речи быть о таких острых отношениях. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Ты раздвигаешь ножки, открывая путь к твоей влажной щели... Я уже в тебе, я уже часть тебя, живу твоим пульсом, хриплым дыханием, вздрагиванием твоего тела... дрожью, она словно ток передается, проходит сквозь тело, она захватывает... Ты уже задыхаешься, переходишь на крик... Вот оно блаженство - сдерживать твой трепет своим телом, заражаясь его дрожью, одержимостью, и срываться, падать вместе с тобой на самое дно - дно океана, именуимым оргазмом... Кажется, что дно бездонное и никогда не кончится, но ничто не вечно, и оргазм тоже заканчивается, оставляя приятную истому во всех клеточках, отдаваясь покалыванием в подушечках пальцев, перестукиванием сердца и конечно сладкую усталость... Ты переворачиваешься на спину, оставляя позади море... хотя морем назвать это громко... скорее лужицу твоей и моей нежности... Я люблю тебя, и я хочу просыпаться рядом с тобой... каждое утро. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Заодно мы теперь могли предложить нашим красоткам изучить радости орального и анального секса, такие обычные в нашем таком далёком теперь мире. Жанетта, неуёмная, как и Жора, так даже предложила нам меняться - она обожает минет, а вот Виктории больше нравится анальный секс. Так что пару раз в месяц мы устраивали лёгкие оргии - я с большим удовольствием кончал в сладкий ротик Жанетты, а Жора - в упругую попку моей ненаглядной Вики. И девушки были в полном восторге - ведь они же такие современные! |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Игорь тоже не отставал от своих друзей. Рядом с ним была Наташа, желанная дочь друга Саши. Он, обняв девушку за тонкую талию, потянул её к себе и вонзился сочным поцелуем в её мягкие губы. Её полотенце непроизвольно съехало вниз на её бедра, высвободив её пленительные груди. Губы Игоря тут же перекинулись на её твердые бусинки сосков, при этом его рука проскользнула под опавшее вниз полотенце. Его пальчик сноровисто проскользнул во влагу ее влагалища и начала там скольжение. Наташа тихо застонала и стала слегка повиливать своим задом навстречу его пальца. Игорь скосил взгляд на свою дочь и, увидев, что его дочка Ксения уже на коленях лобзает член Сергея, отвлекся от тела девушки. Он показал Наташе взглядом на действие её подруг. Она сразу поняла этот намек и, спустившись возле кресла на колени, помогла мужчине раскрыть полы халата. Папа её подруги, дядя Игорь, откинулся в кресле, свободно расставив ноги. Крупный, поблёскивающий смазкой член оказался перед самым лицом девушки. |  |  |
| |
|