|
|
 |
Рассказ №16999
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Понедельник, 04/05/2015
Прочитано раз: 76392 (за неделю: 6)
Рейтинг: 51% (за неделю: 0%)
Цитата: "Зашёл, позвонил. Дверь открыла её мать: Любовь Семеновна. Они жили вдвоём, и я считал её старой, всё же сороковник разменяла, хотя её вид меня всегда возбуждал. Невысокая, довольно стройная для своих лет. Подтянутая с короткой прической и огромными прямо безразмерными грудями. И ещё. Она не носила дома лифчик, а все халаты были, как бы сказать со встроенным лифом, и большим декольте... Так что при любой возможности я незаметно заглядывал туда! Но, увы, самое большое моё достижение в этом было то, что я увидел один раз кусочек темного ореола около соска. Не сказать, что я хотел её трахнуть, но вот притягивала она меня точно!..."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Глава 1.
"Дорога в Ад выстлана
благими намерениями..."
Так оно и есть. Добро и зло, ад и рай... "Не будет зла, не будет и добра"! Всё взаимосвязано в этом бренном мире. А ещё сюда прилагается наша импульсивность и то, что мы до сих пор не приручили того зверя, который живёт в нас. Мы можем быть хорошими и добрыми, но потом вдруг...
Раз - что-то щёлкает в мозгах, и мы уже всё видим глазами спрятавшегося в нас эгоцентричного зверя.
Два - ты не можешь или не хочешь загнать его обратно туда, в глубину и он начинает брать верх.
Три - из-за своих желаний или похоти ты подчиняешься ему...
Ведь это так просто потом свалить всё на сложившиеся обстоятельства или состояние аффекта... И вот ты, уже действуешь не думая или как говорят думая причинным местом, без оглядки на нормы морали и цивилизованность. Именно так, как делали наши далёкие пращуры или делают животные, хотя, надо признаться, что и у последних бывает верность и подобие какой-то человечности.
* * *
Было 31 декабря, до Нового года оставалось всего ничего. Дочь, студентка первого курса собиралась встречать праздник с подругами. Конечно, я не мальчик и понимаю, что кроме подруг там буду и друзья. И что они там будут делать... Об этом лучше не думать.
- У неё есть хоть какая-то определенность, - подумал я, смотря, как хлопочет Леночка, собираясь на праздник, - ну а у меня как у Высоцкого: "Выхода нет, есть только вход и то не тот!".
Моё приглашение для встречи Нового года с друзьями подруги, аннулировано! Сам я разведен, а дочь живёт со мной. Почему? Видите ли, у меня слишком пуританские взгляды на взаимоотношения мужчины и женщины. И по мнению, моей уже бывшей пассии это проявилось, когда я застукал её в постели с тренером по фитнесу. Знакомые слова сих пор режут ухо:
- Это только секс, для снятия напряжения! А жить и быть я хочу с тобой... - притом, что она продолжала изображать ковбоя на его члене...
Я развернулся и ушёл. Она звонила несколько раз. Я не брал трубку. Потом мы встретились. Нет, мы не ругались, но и не миловались. А та пощёчина, когда я назвал её шлюхой, оказалась последним разорванным звеном в наших отношениях.
Итак, что у нас в пассиве:
- Я остался один!
- Мне не с кем встречать Новый год!
- Ну и "весёлые" выходные в количестве одиннадцати дней...
- И последнее, яйца прямо лопаются от напряжения и избытка спермы...
Каков актив:
- Бутылка водки и шампанского в холодильнике...
- Есть телевизор.
* * *
Решив, что мне уже ничего не может помешать начал разговляться. Приготовил нехитрую закуску: положил в блюдце икры, заморской кабачковой; начикал сала и колбаски; порезал сыра. Потом достал из холодильника тут же запотевшую водочку и налил стопку. Как это ни странно, пошла она хорошо. Закусив бутербродом с "импортной" икрой, налил себе ещё. Так и сидел около телевизора, помаленьку попивая водку, временами выходя на балкон покурить.
Не сказать, что я окосел, но меня стало пробирать. Где-то около одиннадцати вдруг позвонили в дверь. Никого, не ожидая, я вздрогнул. Потом пошёл и открыл дверь.
За дверью стояла Алина подруга дочери. Насколько я знаю, она жила в общежитии и как она здесь очутилась, я не понял. Она была вусмерть промерзшая, зареванная и выпившая.
- Что случилось? - поинтересовался я, отступая в сторону и давая ей зайти.
- А Лена дома? - сквозь слёзы проревела она, проходя в коридор.
- Нет, ушла к друзьям...
-... - ещё громче разрыдалась она.
- Да, что случилось?
- Он меня бросил... Променял на какую-то шалаву... Я убежала, а когда вернулась... Он ушёл с той стервой...
Посмотрев на её дрожащие губы почти синего цвета, я приказал:
- Давай проходи. Я тебе для сугрева налью и горячую ванну наберу. У тебя же зуб на зуб не
попадает...
- Я домой пойду... - завыла она белугой, но не двинулась с места.
- Не дури! Давай проходи, сто грамм и в ванну. Я сейчас воду пущу, снимай обувь...
Я перевёл взгляд вниз и у меня по спине побежали мурашки. (Я знаю, что вы подумали: красивые ноги; короткая юбка; в квартире никого...) ! А вот и нет! Эта молодая дурочка была в капроновых колготках! А ещё днём температура на улице упала до минус пятнадцати, а сейчас стала не меньше минус двадцати!
Она нагнулась, пытаясь расстегнуть красивые, но на "рыбьем смеху" сапоги. Только замерзшие пальцы не слушались. Я встал на колени, молодые любят преклонение, и, расстегнув, стащил сначала один потом второй сапог. Её маленькие ступни были не теплее рук. "Рыбий мех" и тоненькие носочки!
- Да о чём эти дуры думают, - пронеслось в голове, - им же ещё рожать! Простудят всё, а потом лечатся!
Провел её на кухню, посадил к батарее, щёлкнул чайником и побежал набирать ванну. Когда вернулся, она сидела, сгорбившись, положив руки на горячую ребристую поверхность батареи. Быстро прошёл в комнату и притащил свою закусь с оставшейся водкой. Для начала плеснул её почти полный стакан и заставил пить. Пару глотков она сделала, как будто не замечая, что пьёт. На последнем подняла глаза, и я увидел, как они расширились.
- Пробрало! - понял я.
Глотнув, она раскашлялась.
- Что это? - давясь, промямлила она.
- "Сибирская" , - ответил я, - сорок пять процентов спирта, самое то когда промёрз!
Не вступая в дальнейший разговор, плеснул водки себе на руки и стал растирать Алине руки. Когда она заскулила от боли, выдал:
- Давай снимай колготки, ноги тоже разотру.
Она приподнялась, а я, не говоря ни слова, залез под коротенькую юбку и, нащупав резинку, стянул колготки почти до колен. Вместе с ними из-под подола показались и трусики.
- Ой, - покраснела она, пытаясь натянуть трусики обратно.
А мне было не до её белья. Я, сняв и бросив на пол колготки, уже растирал водкой её ноги начиная со ступней.
Когда она начала вырываться, почувствовав боль, отпустил её и пошёл в ванну посмотреть как там вода. Набралось уже больше чем полванны, и я крикнул:
- Алина иди сюда! - а когда она приковыляла, показывая, продолжил, - вот полотенце, там всякие гели, но лучше просто садись в ванну и грейся. Будет чудо, если ты не сляжешь... - и, повернувшись, ушёл в кухню.
Уже оттуда я прокричал:
- Сейчас чайник закипит, и я тебе с малиной чайку намешаю!
Достал банку, положил малины в чашку, налил чаю. Вздохнул поплывший по воздуху аромат. Потянуло холодом из открытой форточки. Резко по ушам ударил вой ветра за окошком, и у меня всплыл в памяти, казалось, хорошо забытый инцидент. Я встал как вкопанный вспоминая. Тогда был неновый год, но тоже холодно. Как мне помнится, где-то середина февраля...
* * *
Я поругался со Светой, моей девушкой и на ходу натягивая осеннюю курточку, выскочил на улицу. Кстати, тогда то же похолодало и "одет, я оказался не по сезону", днём было тепло. Прошатавшись с час по улице, забрёл в забегаловку, где для согрева выпил две по сто. Потом добавил пива. Через час я так раззадорился, что решил идти выяснять отношения. Но вот решимость закончилась на полпути до её дома, и я долго слонялся вокруг, не смея зайти, пока не замерз вусмерть. Когда у меня застучали от холода зубы, я решился.
Зашёл, позвонил. Дверь открыла её мать: Любовь Семеновна. Они жили вдвоём, и я считал её старой, всё же сороковник разменяла, хотя её вид меня всегда возбуждал. Невысокая, довольно стройная для своих лет. Подтянутая с короткой прической и огромными прямо безразмерными грудями. И ещё. Она не носила дома лифчик, а все халаты были, как бы сказать со встроенным лифом, и большим декольте... Так что при любой возможности я незаметно заглядывал туда! Но, увы, самое большое моё достижение в этом было то, что я увидел один раз кусочек темного ореола около соска. Не сказать, что я хотел её трахнуть, но вот притягивала она меня точно!
Увидев меня в таком состоянии, она заставила меня снять курточку и потянула в ванну. Пока наливалась вода, стала раздевать. Если честно-то в тот момент я был больше похож на новорождённого промёрзшего телёнка, а не на желанного кавалера. Когда дошла до трусов, воды было уже полванны.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 43%)
» (рейтинг: 71%)
» (рейтинг: 42%)
» (рейтинг: 61%)
» (рейтинг: 34%)
» (рейтинг: 50%)
» (рейтинг: 54%)
» (рейтинг: 84%)
|
 |
 |
 |
 |
 |  | Чего именно нужно ждать-я понял примерно через час, когда девушка совершенно опьянела. Сергей начал лапать ее незаметно от окружающих, она хихикала, и мое присутствие их совершенно не смущало. Я пошел искупаться, что бы немного успокоиться-меня все это здорово возбуждало. Когда я вернулся к ним, заметил, что эта Ира как-то хитро смотрит на меня, а Сергей подозвал меня поближе и говорит-не окажешь нам услугу, мы хотим побыть немного вдвоем в укромном месте, а ты покараулишь, что бы никто не пришел в это время. Я сразу все понял, Сергей подмигнул мне, а Ира глупо хихикала, думала, что я не понимаю о чем речь. Они выпили еще и мы пошли к пещере. Девушка уже неплохо напилась и Сергей поддерживал ее, что бы не упала, меня поставил с другой стороны. Она обняла меня за талию, так и шли втроем. В пещере Сергей не стал терять время-отдал мне сигареты, расстелил покрывало и уложил на него девушку. Сразу же раздел ее, разделся сам и начал ласкать. Я курил и смотрел на них-мое сердце готово было выпрыгнуть, член взвился-я никогда еще не видел голую женщину. А ей уже было все равно, она была пьяна, возможно и вообще забыла о моем присутствии. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Наступило утро... обычное утро обычного будничного дня середины зимы. В предрассветной темноте загорелись окна домов, на остановках начал собираться народ, открылись станции метро и толпы пролетариев хлынули вниз, торопясь к началу утренней смены. Прошёл ещё час, и из подъездов показались ондатровые шапки чиновников. Когда почти совсем рассвело, настал черёд студентов и школьников.
|  |  |
| |
 |
 |
 |  | - Попробую зайти в туалет, может очередь уже поменьше стала! - подумала она, прикидывая, что до дома минут семь ходьбы, а до моря, где она могла бы скинуть босоножки и юбку, забежать в воду и поссать от души - минут пятнадцать. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | И красавица, сделав словесный выпад в тему моего "расслабься", выдала почти идеальную сессию. Она, видимо, знала как вести себя перед камерой. Все позы, положения рук, наклон головы почти всегда были правильные, грамотные. Мне почти не приходилось ее поправлять. Я делал это скорее из желания прикоснуться к ней. Наблюдая за своей моделью в видоискатель, я вдруг поймал себя на мысли, что ее стервозность есть лишь средство защиты, от нас, мужиков. Сейчас, когда Кристина начала немного доверять мне, она стала более мягкой, и от этого еще более женственной. То, что она мне теперь хоть немного, но доверяет, для меня было очевидно. Девушка смотрела на меня с интересом и не отстранялась, когда я прикасался к ней, чтобы подкорректировать какую-нибудь позу. Я успел наклацать больше двадцати кадров, когда к нам приковылял колобок и, подхватив Кристину под руку, потащил усаживать ее в машину. Нужно было ехать в ресторан. Толстяк, усадив наше с ним яблоко раздора в Мерседес к молодоженам, по дороге к своему нисану одарил меня тяжелым, нехорошим взглядом и поиграл плечами. Мне стало одновременно и смешно и как-то горько. Смешно оттого, что он явно пытался меня запугать свом грозным видом. Чудак, блин. Прежде чем вот так играть остатками мышц, глубоко спрятанными под жиром, нужно хотя бы справки навести о сопернике. Моя репутация человека сдержанного, но конкретного заработана в тех немногочисленных, но предельно жестких махачах, когда-либо ты, либо тебя. И лучше бы ему не соваться ко мне с разборками, ибо репутация была действительно заслуженная. А горько было оттого, что я, по-видимому, не могу без этой разборки оградить от него девушку, в которую, кажется, влюбился. Да и вообще потому, что всегда найдется вот такое быдло, считающее, что все вокруг есть его собственность, которой он волен распоряжаться так, как ему захочется. |  |  |
| |
|