|
|
 |
Рассказ №18552
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 01/09/2016
Прочитано раз: 46199 (за неделю: 28)
Рейтинг: 30% (за неделю: 0%)
Цитата: "Иногда, не доезжая до дома несколько остановок, мы с ней выходили из трамвая, чтобы Наталья Анатольевна успела пробежаться по нескольким продуктовым магазинам до их закрытия. Я тоже сопровождал её при этом, а она не возражала, тем более, что я потом помогал ей нести тяжелые сумки до дома. В такие дни мы возвращались пешком уже вдоль автомобильной дороги, шедшей параллельно ж/д путям, шли по узким улочкам к нашим домам, тем более, что нам было по пути, они были на одной линии, у дороги. Мне этот путь больше нравился, так как я мог быть подольше вместе с Натальей Анатольевной. При этом я удивлялся, тому, что Наталья Анатольевна несмотря на свою полноту всегда ходила быстро и легко и как она не устает так бегать в туфельках или босоножках на каблучках, а она лишь посмеивалась в ответ и отшучивалась, что без каблучков она станет совсем низенькой и некрасивой...."
Страницы: [ 1 ]
Надо сказать, что Наталья Анатольевна довольно быстро завоевала расположение и уважение наших ребят и, особенно, девчонок. Через короткое время они уже вовсю шушукались с ней, бегали к ней за советами. Оказалось также, что в отличие от основной массы наших учителей, Наталья Анатольевна способна оценить юмор, розыгрыши и приколы, тем более, подростковые, а уж если наши приколы были совсем тупыми, относилась к ним с пониманием и бесконечным терпением. На неё также в школе возложили обязанности по организации всевозможных культурно-массовых мероприятий, поддержке контактов с другими школами, колледжами. При этом никто из наших ребят не замечал, чтобы она жаловалась на трудности или нехватку времени или отказывалась от поручений. И с каким бы вопросом к ней не обращались ребята или девчонки нашего класса, она старалась разрешить их в первую очередь, не взирая ни на что. Это также прибавило плюсов в глазах наших ребят и мы стали относится к ней с неподдельным уважением и с удовольствием помогали ей в её общественных хлопотах.
В общении она оказалась приветливой, жизнерадостной, коммуникабельной, бесхитростной, с ней запросто можно было поговорить на любую тему, в том числе очень личного или даже интимного характера, о чем заговорить с другими учителями или даже нам друг с другом, порой никто из нас не решался. Она неодобрительно относилась к любым проявлениям лжи, неискренности и, особенно, к всевозможным сплетням и пересудам в школе, и, общаясь с нами, не уставала напоминать нам, что обсуждать кого-либо или чьи-то поступки за глаза недостойно и унизительно.
Ученикам нашего класса всегда можно было заглянуть к Наталье Анатольевне домой, за советом или просто так, в гости. В доме у неё всегда царил порядок, вкусно пахло выпечкой, пришедших встречали тепло, поили чаем, кофе, угощали сладостями, фруктами. Она сама напоминала аппетитную, сдобную, зрелую пышечку, одновременно грациозную и легкую. Не знаю, как другие ребята, а я влюбился в мою учительницу, Наталью Анатольевну, что называется, по уши и неудивительно, что постепенно она стала главной и единственной героиней моих подростковых, юношеских эротических фантазий и вожделений (ничего не поделаешь, возраст полового созревания!) . При виде её или звуках её голоса у меня незамедлительно начиналась бешенная эрекция, как правило, в самый неподходящий момент, поэтому мне почти всегда приходилось носить плавки, которые хоть как-то сдерживали от неуемного подъема мой член.
Учеба и время шли своим чередом, мы постепенно привыкли к Наталье Анатольевне, а она к нам. Что касается моих с ней отношений, могу сказать, что она прониклась ко мне уважением, после того как она, узнав о моем увлечении электротехникой, обратилась ко мне с просьбой починить вывалившуюся из гнезда электрическую розетку в нашем классном кабинете, а когда я инициативно привел в порядок все розетки, а затем еще и потолочные светильники в кабинете и сменил прокладки у подтекающего водопроводного крана в подсобке, её искренней радости не было предела. Когда же я, школьник, юноша, позже, по её же деликатной, осторожной просьбе (она очень переживала, что вдруг подумают, что она эксплуатирует учеников в своих целях! ) устранил последствия короткого замыкания в электропроводке у неё дома, которое устроил её отец Анатолий Иванович, добродушный мужик, любитель что-либо мастерить или улучшать конструкции (смех сквозь слезы! ) , реанимировал пострадавшую от этого электрическую проводку в доме, стиралку и вдобавок, моторчик у её любимой швейной машины, от восхищения она меня, не долго думая обняла, прижала к себе и от души расцеловала! Надо ли говорить, что в тот момент я был на седьмом небе от счастья!
К тому же выяснилось, что нам с ней нравилось ходить по стихийному вещевому рынку, который располагался на дороге, шедшей мимо школы и наших с ней домов, каждые выходные, практически в любую погоду, особенно весной и летом. На этой барахолке можно было найти что угодно из техники или бытовых вещей, одежды и проч. и я частенько встречал на ней Наталью Анатольевну, после чего мы бродили там уже вместе. Народ там всегда толпился проходах между рядами и мы нередко пробирались через скопление людей вплотную друг за другом и даже иногда держась за руки, чтобы не потеряться. Честно говоря, в эти моменты я уже не смотрел на то, кто и чем торгует, а украдкой или не стесняясь рассматривал прелести вожделенного мною тела Натальи Анатольевны, предпочитая при этом держаться несколько позади неё, потому что так я мог наслаждаться, разглядывая неизменно плотно обтянутые платьем или сарафаном её увесистую попу, роскошные бедра, мягкие складочки на боках, переходящие в груди и время от времени, будто случайно, старался прикоснуться к этим сокровищам. Наталья Анатольевна, увлеченная разглядыванием продаваемых товаров, на мои прикосновения не обращала никакого внимания, тем более, что таких же как мы любопытствующих, толкающих или задевающих друг друга людей вокруг нас всегда было много.
К тому времени я стал увлекаться восточными единоборствами, хорошо окреп физически и даже подрос! Я ездил на тренировки в другой район города несколько раз в неделю, возвращался после них уже вечером и нередко на трамвайной остановке возле спорткомплекса встречал Наталью Анатольевну, которая в эти же дни, когда у меня были тренировки, как оказалось, возвращалась из районо, куда она регулярно возила из школы какие-то отчеты или наоборот забирала там для школы документы. Тогда мы уже вместе дожидались трамвая, садились в него, ехали, потом от остановки шли по домам.
При этом нам необходимо было пересекать железнодорожные пути по подземному пешеходному тоннелю, который никогда не был освещен, основательно замусорен и я замечал, что Наталья Анатольевна всякий раз с признательностью посматривает на меня, когда мы вместе проходили по нему в полумраке и тем более, когда нам на встречу попадались какие-то маргинальные, подозрительные личности. Потом как-то она мне призналась, что без меня она одна опасалась ходить по этому тоннелю не то что поздно вечером, но и днем ей из-за этого приходилось взбираться на насыпь, переходить рельсы или даже подлезать под вагоны, когда на путях стояли ж/д составы.
Иногда, не доезжая до дома несколько остановок, мы с ней выходили из трамвая, чтобы Наталья Анатольевна успела пробежаться по нескольким продуктовым магазинам до их закрытия. Я тоже сопровождал её при этом, а она не возражала, тем более, что я потом помогал ей нести тяжелые сумки до дома. В такие дни мы возвращались пешком уже вдоль автомобильной дороги, шедшей параллельно ж/д путям, шли по узким улочкам к нашим домам, тем более, что нам было по пути, они были на одной линии, у дороги. Мне этот путь больше нравился, так как я мог быть подольше вместе с Натальей Анатольевной. При этом я удивлялся, тому, что Наталья Анатольевна несмотря на свою полноту всегда ходила быстро и легко и как она не устает так бегать в туфельках или босоножках на каблучках, а она лишь посмеивалась в ответ и отшучивалась, что без каблучков она станет совсем низенькой и некрасивой.
Постепенно у нас сложились хорошие, дружеские отношения и поэтому в доме у Натальи Анатольевны я мог бывать чаще и в эти счастливые для меня минутки я старался как можно больше увидеть или узнать что-нибудь из её обычной, бытовой жизни. Так, мне иногда с удовольствием удавалось наблюдать, как она занимаясь чем-то по дому, ходит в простеньком коротком халатике или обтягивающем трико, босая или в легких шлепках на небольшом каблучке, задники которых при ходьбе звонко шлепали по её круглым ухоженным пяточкам. При этом она уже не очень-то стеснялась моего присутствия и если что-то делала, наклоняясь при этом, приседала на корточки или сидела у стола на стуле с раздвинутыми ногами и задравшимся гораздо выше колен подолом платья или юбкой, делала это в общем-то, не заботясь, о том, что мне при этом нередко становились видны её сливочной белизны полные ляжки, либо кусочек ткани её трусиков или сквозь полупрозрачные ткани её халатиков или сарафанов сами трусики, плотно облегающие ягодицы, а иногда и оттягивавшиеся под собственным весом шикарные груди без лифчика.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 33%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 74%)
» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 44%)
» (рейтинг: 66%)
|
 |
 |
 |
 |  | Я бросил тесные части одежды девочкам, которые взяли их с выражением радости на лицах. Я задавался вопросом, способны ли они самостоятельно одеться, входит ли это в их базовые знания: в конце концов, большинство людей вероятно, не выдали бы им одежды вообще. Но мой опыт подсказывал, что правильная одежда может быть более сексуальна, чем полная нагота. Но очевидно, они были настолько удивлены по характеру их новых одеяний. Они долго не решались взять их, чтобы надеть, но когда это было сделано, они начали позировали мне подобно супермоделям, без каких-либо указаний с моей стороны. Они показывали самоё сокровенное, что только мог пожелать пещерный человек: конечно, это заставило встать мой член. Приказывая себе успокоиться - у меня будет ещё много времени для неспокойствия позже - я пошёл вниз по лестнице, жестами приказывая им следовать за мной. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Продолжая стимуляцию сзади второй рукой доктор взял за стоявший член и сказал что это нормальная реакция на происходящее, у 90% мужчин возникает эрекция при массаже предстательной железы. Я его не особенно слушал, потому что возникли ощущения как при мастурбации и я чувствовал что вот-вот кончу, за этим дело не стало и прозрачная жидкость потекла прямо на вовремя подставленное доктором стеклышко, хотя это был не полноценный оргазм. Так у меня взяли анализ. Задний проход с облегчением вытолкнул настойчивый палец, хирург снял перчатку и стал заполнять карточку, а я со все еще не опавшим членом сел ягодицами на прохладную кушетку. Открыв форточку и закурив в кабинете врач что то неторопливо писал в карточке, потом как бы невзначай констатировал, что у меня достаточно эластичный и податливый анус и спросил не балуюсь ли я с мальчиками в попку? Я в изумлении только и смог что покачать в головой в виде отрицания столь сомнительного занятия сексом. Потом удостоился вниманием мой половой орган и я услышал констатацию факта о его необычной форме, хотя в длину он и не превышал 16 см, но был достаточно толстым, а головка и подавно резко выделялась по толщине. На это я ответил, что особенно не приходилось видеть другие члены и я думал что у всех примерно одинаково это. Врач поднялся из за стола, подошел ко мне и со словами "вот и не угадал" распахнул халат и из под приспущенных белых брюк показался предмет его мужского достоинства, в полуэррогированном состоянии. Само происходящее было столь непрогнозируемым, что я молча уставился на его член, он был потоньше моего, но длиннее. Он нетерпеливо покачивался в опасной близости от моего лица, принимая все более полные очертания, и со словами "желаешь попробовать его на вкус?" одной рукой он приподнял головку повыше, а другой подтолкнул мою голову навстречу себе. Горячая плоть с непривычно нежной кожей уперлась в мои полураскрытые от удивления губы, легкий толчок и его плоть погрузилась в меня. Первая мысль была отшатнуться и освободиться от столь не уважаемого в мужском коллективе занятия, но потом какое то чувство любопытства и смирения взяло верх и я пропустил его чуть глубже в себя, обхватив губами уже ствол члена. Ожидания не оправдались и ощущения были достаточно приятными, вот уже член стал совершать легкие возвратно-поступательные движения между моих губ и рука с затылка исчезла, переместившись к яичкам. Доктор стал давать короткие рекомендации что мне делать, и вот с ощущением того, что стал вафлером, я стал сосать его член, а потто и массировать упругие яички Гиппократа. Движения его участились, сам он и его член напряглись, и вот что то потекло по моей гортани, я даже не успел понять что он кончил мне в рот. Вкуса особенно не чувствовалось, просто чуть вязкая жидкость переместилась из его тела в мое. Доктор немного подержал свой уже опадавший орган у меня за щекой и неторопливо вынул его, похлопав под конец головкой по губам. Я сидел уже довольно покорный, облизывая губы и стараясь на него не смотреть. Его же настроение явно улучшилось, с легким смехом он сострил "первый раз не пи. . рас", достал из под стола емкость со спиртом, и стал разводить его водой, на приглашение отметить это событие я согласился. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Наташа помогла Алёше забраться на стол и быстро раздев мальчика догола, начала вытирать ему попу, изредка поглядывая, как новые нянечки возятся со своими мальчишками. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Она тщательно смазала конус и свой анус перед тем, как лечь на спину на диван и начать медленно вводить его себе в попу. Конус начал медленно расширять мышцы сфинктера. Мая максимально расслабилась и начала мышцами живота выталкивать его из себя, как если бы она тужилась в туалете. Так её учила Марта. В ней уже ничего не было, поэтому ей нечего было бояться испачкаться. Тужась вытолкнуть конус мышцами живота, она продолжала толкать конус, контролируя расслабленное состояние своего сфинктера. Конус начал входить всё глубже и глубже. Она не успела заметить, как он соскользнул внутрь и сфинктер захлопнулся на тонкой части, соединяющей ручку и конус. Теперь он был полностью в ней. Ощущение радости переполняло её. У неё это получилось! Ощущение действительно было странное. Она чувствовала себя как фаршированная индейка. Непрекращающееся давление в попе было возбуждающим. |  |  |
| |
|