|
|
 |
Рассказ №21176
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 04/01/2023
Прочитано раз: 46720 (за неделю: 13)
Рейтинг: 59% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я почувствовал, как жар, влажный пульсирующий жар, обхватил головку со всех сторон тугим кольцом, и она вошла глубже, уверено раздвигая тетину плоть и, в тоже время, взрываясь где-то внутри, толкаясь и расширяя себе путь в пульсирующем сопротивлении. Пылающее кольцо резко сжалось, выдавливая из меня остатки желания, тетя вскрикнула и обессилено опустила ягодицы, насаживаясь все глубже и глубже пока наши тела не соприкоснулись полностью. Тетин курчавый треугольник плотно прижался к моей шерстке и еще несколько раз судорожно содрогнулся. Тетя, зубами, ухватила угол подушки......"
Страницы: [ 1 ] [ ]
Мягко придерживая меня за ягодицы, тетя прижимала к своим губам "отличие" , впуская в себя мое желание, Может показаться странным, но, именно в момент наивысшего блаженства, я подумал о ней. Наташка приревновала меня к тете, только за то, что я побежал в ее сторону, а не в Наташкину. А тетя? Она же тоже женщина и меня любит. По-своему, но любит! Мне запретила, а сама любит.
В Наташке играл обыкновенный юношеский дух соперничества, если бы вместо тети здесь был второй мужчина, - да, да, о себе я думал уже как о мужчине, - то не знаю, как бы я поступил, видя, что он обнимает Наташку. И дело тут не в любви, скорее проявлялось острое неприятие быть третьим, тем более лишним. Но тетя вовсе не собиралась соперничать с Наташкой. Наоборот, она всячески старалась, чтобы остаться третьей и постепенно лишней. И чем больше она старалась, тем больше я отдалялся не от нее, а от Наташки.
Возможно, это моя личная особенность, и у других мужчин все или частично не так, но и впоследствии, и сейчас, чем активнее меня женщина старается привлечь, иногда делая глупые попытки, а иногда очень даже интригующе пытается обратить мое внимание на себя, тем у нее меньше шансов, что я это сделаю.
Вспоминаются строки Пушкина:
"Нет, я не дорожу мятежным наслажденьем,
Восторгом чувственным, безумством, исступленьем,
Стенаньем, криками вакханки молодой,
Когда, виясь в моих объятиях змией,
Порывом пылких ласк и язвою лобзаний
Она торопит миг последних содроганий!
О, как милее ты, смиренница моя!
О, как мучительно тобою счастлив я:" , -
Или Бальзак, со своим определением, какая должна быть женщина в свете и постели, чтобы мужчина ее желал всегда.
Мое мнение - не люблю монахинь и вульгарных девиц. Точнее сказать, если вижу монахиню хочется немного распутства, с вульгарной не хватает ее скромности, с начитанной - простоты, с простой - начитанности. Общаясь с дамой щупленькой, я мечтаю об округлостях, с пышной - о леком изгибе бедер. В общем, все как у мужчин, чего нет, того и не хватает.
Я снова отвлекся. Ничего не могу с собой поделать, как вспоминаю женщин, так и несет меня, несет по воспоминаниям. Они - мои женщины, такие разные и в каждой есть то, чего в другой, и днем с огнем не отыщется. Но вернемся в то лето, когда, их я еще не познал и мое сердце, словно занозой скребнула мысль о тете...
Когда Наташка закричала, тетя подняла на меня глаза, увидела, как я припал к золотистому пушку, угодив языком в Наташкин бугорок. Оторваться от меня она не могла, "отличие" рвалось наслаждением, да и я не совсем видел глаз тети, скорее чувствовал ее теплые ладони на своих ягодицах, ладони, которые еще ближе, до упора, приблизили меня к себе. Я почувствовал, как тетин язык плавно обвел мою головку и, теряя упругость, она выскользнула из ее влажных губ.
- Не надо больше: - стоная, кричала Наташка, а сама сжимала мою голову обеими руками и не отпускала. Если б я даже хотел, у меня не хватило бы сил, отстранится от ее маленького бугорка.
Я-то думал, что Наташка хитрит и еще больше углубился в познании девочки через свои губы, язык. Но тетя поняла сразу - Наташку заклинило. Оказывается, так бывает от очень большого возбуждения. Оргазм за оргазмом истощали юное тело, Наташка была на грани потери сознания. Ступор. Не знаю, что бы делал, если бы не тетя. Я и сам начал задыхаться, так близко Наташка меня к себе прижала.
Тетя спешно разомкнула ее пальцы и буквально освободила меня. Глубоко хватая легкими воздух, я откинулся, Наташка почти хрипела.
Тетя приложила к ее мокрому от пота лбу ладонь и прошептала:
- Все, все, Наташ... Все хорошо...
Одной рукой тетя стала нежно гладить ее груди, а второй прошлась по золотистому пушку, не дотрагиваясь до вульвы, и слегка коснулась Наташкиных губ своими. Я думал, что так возбуждают женщин, но оказывается, так можно и успокоить их, медленно выводя из состояния возбуждения.
Наташкины глаза стали проясняться и она шепнула:
- Он меня прямо туда поцеловал... Дурак! . .
- Я видела, Наташ. Он не дурак, просто не ожидал, что ты его прижмешь...
- Я не хотела!
- Знаю... Упокоилась?
- Еще в губы поцелуй, теть. Так приятно...
Тетя улыбнулась и нежно, ласково прикоснулась к ее губам своими.
Откинувшись на подушки, я сидел на кровати и ничего не понимал. Как не хотела? Когда так меня схватила - чуть не задохнулся! . .
Наташка уснула, теперь по настоящему - ажно засопела. Тетя тихонько вывела меня в большую комнату, посадила на стул около стола и проговорила:
- Пусть отдохнет...
- Она устала? - удивился я.
- Немножко - тетя широко улыбнулась. - Тебя же клонит в сон после того как прыснешь.
- А тебя? Тебе тоже после спать хочется?
- Так тебе и расскажи, что мне хочется!
- Я тебе все рассказываю.
- Тебе понравилось целовать Наташу? - взлохматив мне кудри, спросила она.
- Тебя обнимать мне больше нравиться.
- Почему?
- Ты нежная, ласковая. У тебя руки теплые и... - я покраснел и опустил глаза.
- Что - и?
- Губы... мне нравится, как ты его целуешь.
- Иди ко мне...
Тетя прижала меня к груди, я услышал ее бьющееся сердце, оно было словно посередине, - не под левой стороной груди, стучало гулко и быстро между холмиков с сосками, отдаваясь в моих ушах. Она обхватила мое лицо ладонями, подняла, заглянула в глаза и прошептала:
- Я не могу тебе этого дать, Горюшко...
- Что?
- Глупенький... Хочешь меня поцеловать?
- Хочу! - ответил я, и мои губы устремились к ее животу.
- Нет, нет... В губы поцеловать.
- Как ты Наташку?
- Как мужчина женщину...
- Хочу...
Тетя поднесла свои губы к моим, и я чмокнул. Нет, скорее клюнул, воровато и неумело. Губы тети были упругими, как две пружинки, это все что я успел почувствовать.
- Не так, - прошептала она. - Давай я тебя поцелую.
Я не успел, ни согласиться, ни отказаться. Губы тети приблизились к моим, от нее повеяло теплым дыханием, и она поймала мою нижнюю губу, своей верхней, немного приоткрыла мне рот, нежно проскользила по нему, охватывая теперь и нижней. Немного повернула голову в одну сторону, потом в другую. Ее упругие жадные губы, не отрываясь от моих, дразнили меня почти круговыми движениями, пока не замерли, плотно сблизились, слились. Наши уста буквально пили друг из друга наслаждение долгим поцелуем, и если у любви есть напиток, то тетя сполна им делилась со мной.
Я обнял тетю. Это у меня получилось произвольно, моя рука скользнула по ее ягодице и она вздрогнула. По моей ладони скользнули мелкие пупырышки, стирая их, я почувствовал, как тетя отдает моим пальцам себя. Она словно садилась ягодицей в мою руку, в сочетании с поцелуем это было так приятно, что я решил отблагодарить тетю и опустил вторую руку ей между бедер.
Тетя немного раздвинула ноги, ее вагина сама, избирательно, отсортировала мои пальцы и села на указательный и средний, третий - большой уперся в ее бугорок. Она стала ритмично приседать, выпрямляться. Моя вторая рука гладили податливое тело тети сзади и спереди, а ее губы хотели меня испить всего без остатка. Даже когда она замерла, я почувствовал, как мои, погруженные в таинство пальцы судорожно сжала влажная плоть, губы тети не покинули меня. Она подарила мне свой выдох желания. Он был таким прохладным.
На мгновение тетя откинулась, прогнула спину и тут же прильнула ко мне всем телом. Мое лицо, глаза, нос покрыли мелкие благодарные поцелуи.
Тетя шептала и целовала меня, целовала и шептала:
- Сладкий мой... Сладенький. Пойдем в твою комнату. Я тебя везде, везде обцелую, обласкаю губами, как конфетуличку... пойдем, мое Горюшко...
Тетя взяла меня за руку и загадочная пошла в комнату за тюль. Очень сложно описать женщину, только что трепетавшую в твоих объятьях, но не умиротворенную, а лишь раззадоренную, с желанием в глазах. Желанием любви и нежности, с искоркой наставничества. Тетя даже не жестами - мимикой лица, призывом губ, манила меня, она это делала всем своим телом. Все она, от макушки до пяток, вела меня к обещанному наслаждению поцелуями.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 60%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 48%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 69%)
» (рейтинг: 66%)
» (рейтинг: 75%)
|
|
|
|
| |
| | Пойдем, погуляем, предложил я Лешке. Лешка встал, как-то тяжело вздохнул. . сказал. . пойдем! Так мы подружились с Лешкой. Лешка на мою радость был хорошим слушателем. Я мог болтать часами, и он никогда не перебивал меня. Если я спрашивал его что-то, а особенно про его дом, семью, он отвечал не очень охотно и всегда переводил стрелки на меня, задавая вопрос обо мне. Как-то раз, мы с Лешкой договорились сходить на речку искупаться перед отбоем. Тот один час, который нам давали на водные процедуры, нам было мало! И вот мы уже идем по дороге к речке. Речка была рядом, каких-то метров 500 от лагеря. Были сумерки, но еще совсем не темно, надо спешить, не успеешь оглянуться, как протрубят отбой. Подойдя к речке, мы решили немного пройти дальше от открытой ее части: Мы пошли, где больше было кустов. Шли тихо, как бы боясь, что в лагере нас услышат. И вдруг мы услышали голоса. За кустами кто-то был. Подойдем поближе и посмотрим, сказал Лешке я. Может, пойдем назад в лагерь, заныл Лешка. Да мы только глянем и все. Подкравшись к кусту, мы заглянули... Наш вожатый Сергей лежал в одних плавках с Аллой Сергеевной. На ней был еще мокрый купальник. Сергей склонился над вожатой и целовал её как обезумевший. . руки, губы, шею все, опускаясь ниже и ниже: Мы словно остолбенели. Даже Лешка уже не хныкал: Стоял с открытым ртом и с большими от удивления глазами. Вожатый снял с Аллы Сергеевны лифчик. Я впервые вживую увидал женские груди. Они были не очень большими, но тугими с большим коричневыми сосками Я почувствовал, как у меня между ног мой тринадцатисантиметровый ровесник зашевелился и стал проситься на волю! Я попытался его поправить, убирая торчок, который выдавал меня. . В этот момент я уловил пристальный взгляд Лешки. Он увидел мой стояк!!?? Стоны нас снова заставили обратить свой взгляд туда, где были наши вожатые: Сергей раздел до гола вожатую и начал снимать с себя плавки. Из плавок вывалился огромный сантиметров двадцать член. Мы в один голос с Лешкой. . воскликнули Ух ты!!!! ! Вот это даааа! Нам было не видно как Сергей ввел свой член Алле Сергеевны, , так как они лежали к нам боком. Но член был виден отчетливо. Сергей начал трахать вожатую, та в свою очередь начала стонать и всхлипывать. . словно её кто-то обидел: Она высоко задрала свои ноги, и мы отчетливо видели как член вожатого двигался в ее влагалище: Темп нарастал, Серегина задница все быстрей стала дергаться и он завыл, как волк на луну: УУууууууууу: : Дернулся еще пару раз и затих на вожатой. Потом встал, и мы отчетливо увидели, как по его члену течет и капает сперма. Тут мы поняли, надо давать деру! Добравшись до лагеря и спальни, мы с Лешкой быстро разделись и бухнулись в свои кровати. Тихо: мы оба молчали. Было слышно только сопенье пацанов по палате. Вдруг Лешка мне прошептал. Вов, что это было? Я не знал как это объяснить проще, но ничего другого не нашел как сказать: ебались они. . понял? Снова тишина: минут через пять Лешка снова. Вов а Вов: А у тебя писун такой же большой как у вожатого? Да: член у меня был не из маленьких, как я всегда считал. В тринадцать лет тринадцать сантиметров это было круто. Да нет сказал я Лехе, он же старше меня и член у него больше. У меня конечно меньше. Леху как прорвало на разговоры. Днем слова от него не добьешься, а тут?? !! Вовка, а я видел, что у тебя писюн тоже торчал как у вожатого. Ты тоже хотел ебаться как Серега. . прошептал Леха. . Я не знал, что ему ответить и молчал. Вов, а Вов. . ну ответь донимал меня... Ну не знаю, просто приятно было и все: Ты. . это. . тише. . а то услышат нас. . сказал я: А можно я лягу к тебе, чтобы нас не было слышно: Предложение для меня было не обычным. Я за свои тринадцать лет никогда не с кем не спал, а тут вдруг. . можно я лягу. . Конечно. . после увиденного спать не хотелось и хотелось обсудить увиденное и я согласился: Ложись, только тихо, кроватью не скрипи: Лешка как пуля уже лежал у меня под одеялом: Его карие глаза блестели в темноте как два уголька. А рот улыбался, сверкая белыми зубами. . Что ты лыбишься спросил я его? Просто я вспомнил, как ты свою письку руками тер, когда мы были на речке, Да?! Удивленно спросил я! Значит, я не заметил, как мои руки начали гладить мой членик. Да, как тут заметишь, если впервые такое увидел! Тогда я спросил. . А что. . у тебя не торчал никогда. Леха натянул одеяло на лицо, и только глаза его были видны, и хихикал. Ну чё ты. . отвечай?! Ну, было. . когда маленький был и снова Хи-хи: Что ты врешь. . сказал я. . У маленьких он вообще не стоит: И в этот момент чувствую как мой член предательски начал подниматься... Я почувствовал сладкую истому. . там, внутри, где яички и внизу живота: О боже!!! Что сделать, чтобы Леха снова меня не поймал на стояке? Мой член окончательно уперся в трусы и одеяло. Бугорок над одеялом предательски выдавал меня. Мне пришлось согнуть колени, тем самым спрятать торчок: Интересно. . про себя подумал я: Если Леху так интересует мой писюн и спрашивает про него, то точно, его писюн тоже должен быть торчком: И тогда я спросил: А у тебя сейчас стоит. . выпалил я Лешке? Нет. . ответил он мне и как мне показалось начал сползать вниз. . как бы намереваясь шмыгнуть к своей кровати: Но я уже протянул руку к его трусам и поймал его за торчавший член! Ой! Вскрикнул Лешка и убрал мою руку. Ты что. . Лешка, да ладно тебе. . И у меня стоит тоже. . хочешь, попробуй, дотронься. . Лешка затих и как шаловливый кот начал тянуть свою руку к моему писюну. Вначале пройдясь по моей груди, потом по бедрам и все ближе приближаясь к заветному моему месту. Положив ладонь рядом с членом, он как бы начал барабанить указательным пальцем, тихо подбираясь ближе. Вот его пальчик коснулся трусов, где находились яички, потом все выше и выше. Бог мой, от дотрагивания к моему члену даже через трусы мой писюн словно вздыбился и начал дергаться, требуя чего-то большего, чем просто прикосновение рук! Лешка, обхватив руками мой член. . сказал. . Круто! Теперь давай я твой потрогаю, сказал я Лешке. . Лешка молчал, тем самым как бы давая согласие. Я протянул руку к его члену и стал через трусы обследовать его хозяйство. Трусы его были пошиты плавками и кроме стояка было ничего не понять. . | | |
| |
|
| |
| | Мишка полез в сумку, достал футболку и прикрыл ею торчащий член Санека. Тот благодарно посмотрел на друга и тоже улыбнулся. Машина уже подъехала к тому месту, где стояла девушка. Сашка притормозил. Наклоняясь через ноги друга, открыл дверцу машины. | | |
| |
|
| |
| | Решив рискнуть, она полностью раздевшись, некоторое время все еще нервно ходила по комнате, но потом, все-таки набравшись смелости, выглянула в коридор, и убедившись, что он по-прежнему сидит и читает в кресле, окончательно успокоилась. Сделав загадочное выражение лица, начинающая топ модель и будущая звезда нудистских пляжей, Юлия Олеговна Лобода, вышла в этом "наряде Евы" к нему в кухню и как ни в чем небывало легла на свой любимый диван животом вниз, усердно перебирая что-то в своих тетрадках и по привычке мотыляя ногами. Ее же полуодетый папулечка, предусмотрительно обмотавшись банным полотенцем, как ни в чем небывало продолжал сидеть напротив, неторопливо курил и читал какой-то заумный компьютерный журнал. В звенящей тишине кухни все делали вид, что ничего сверхъестественного не произошло. Вскоре, не выдержав его такого наглого безразличия к ее более чем потрясающему виду, в котором она впервые предстала перед ним, Юльча первой прервала эту гнетущую тишину и сделала свой первый шаг. | | |
| |
|
|
| |
| | Теперь ты мой, Аполлоша! Сквозь возбуждение подумалось мне. Я ускорила движения язычка до максимума и через минуту, по его головке пробежала такая знакомая мне дрожь и негромко вскрикнув он начал кончать мне в рот, струи его спермы били мне в нёбо, и стекали в глотку словно густой кисель. Кончал он, наверное с полминуты, и мне пришлось сделать пару глотков чтобы не поперхнутся. Я выпустила его головку изо рта, слизнула последнюю капельку, висящую на ней и села рядом с ним на скамейку. Мои губы и подбородок были все в слюне и спермы и я небрежно вытерла их футболкой. | | |
| |
|