|
|
 |
Рассказ №21678
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Пятница, 25/08/2023
Прочитано раз: 28773 (за неделю: 4)
Рейтинг: 48% (за неделю: 0%)
Цитата: "Первый к ней подскочил Витёк, он дрожащими от волнения руками стал застегивать нашей с ним матери, застежки бюстгальтера. А я стоял спереди и рассматривал великолепное тело сорокалетней женщины. Живота, который как правило бывает у рожавших женщин в возрасте, у Марины не было. Вернее он был но едва заметный и без складок, нежный и упругий, как у молодой женщины. Половина маминого животика, была затянута чёрными полупрозрачными колготками. Я вообще обожаю чёрное нижнее бельё на женщине, чёрные чулки, лифчики, трусики. Но чёрные колготки, были моей страстью. И сейчас видя полуголую мать, в чёрных полупрозрачных колготках, натянутых до пупка и с голой грудью. Я честно чуть не кончил, только от одного вида мамы Марины...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
За окнами было ещё темно, когда мать зажгла керосинку висевшую под потолком в зале и растолкала меня и брата в родник за водой.
- Вставайте лежебоки. Хватит дрыхнуть, так всё на свете проспите. Давайте принесите мне воды с родника. Я подмоюсь и поедем в город за продуктами... .
- говорила нам мама, тормоша меня и брата за плечи. Я то проснулся сразу и поцеловал мамину ладонь которой она меня будила. В ответ Марина ласково погладила меня по голове. А вот Витька спал и сладко посапывал во сне, свернувшись калачиком возле стенки. Старший брат ни как не хотел просыпаться, тогда мать шлепнула его ладонью пару раз по голой жопе, задрав ему трусы. И Витёк вскочил как ошпаренный, потирая ягодицы. Рука то у нашей атаманши тяжёлая.
- Подъём Витя, тут тебе не армия где ты днями и ночами спал у себя в хозвзводе. Я вас быстро к порядку приучу. А ну взяли ведра и бегом за водой, заодно и зарядку сделаете... .
- Марина стояла перед нами в короткой белой ночной рубашке, поставив руки в боки, знак того что мать сердита на нас. Я вскочил с дивана и лишь мельком глянув на соблазнительные мамины коленки под короткой ночнушкой, пошёл в одних трусах на терраску за ведрами. Брат следом за мной, боясь получить от мамаши ещё шлепок по жопе.
- Вот же сучка, больно дерётся зараза. Ну ничего посмотришь Костян как она сегодня заорёт подо мной, когда я ей до матки достану... .
- говорил мне Витёк возле родника набирая воду в ведро. Мать его больно долбанула и он то и дело потирал ушибленный зад.
- Хорош фигню говорить брат. Ты с ней не справишься, да и я тоже. Видел же вчера какая она "безбашенная"? Лучше пошли быстрее принесём ей воды... .
- сказал я Витьке, набирая в роднике, холодной ключевой воды. Брат в первые в жизни не стал со мной спорить, понимая мою правоту. Ведь наша смелая и безумно красивая мама с обалденными налитыми формами, не шлюха медсестра с отвислыми грудями. Которую брат ебал у себя в армии. Марина огонь, как и в жизни так и в постели. Я чувствовал её горячее тело, когда обнимал мать сзади пытаясь отобрать у неё веник, им она нас с Витьком шутя лупила. И я не сомневался что сорокалетния Мариша в постели, даст фору любой молодой девушке. Настолько сильна была в этой женщине, какая-то внутренняя сексуальная харизма, обаяние и шарм.
- Замерзли ребята? И зачем нужно было в одних трусах на родник бегать? А если заболеете то что мне с вами делать...?
- с неподдельной тревогой и заботой встретила нас мама, когда мы с Витьком зашли на кухню неся в ведрах, столь необходимую воду. Мать волновалась не зря, за ночь погода резко поменялась и на улице заметно похолодало. Наступили так называемые " черёмуховые холода" природное явление в конце мая. Выбежав по привычке во двор в одних трусах, мы с братом основательно продрогли. И умная Марина, отложив в сторону пистолетную обойму, которую она набивала патронами сидя за кухонным столом. Подошла к нам и обняв прижала к себе. На маме в это утро была только короткая белая ночнушка по колено и больше ничего. Привычных трусиков под ночной рубашкой сейчас на ней не было. Это говорило о том что у Марины закончились её " критические" дни и мамина писька " выздоровела".
- Мариша, ты словно печка греешь...
- сказал нашей матери Витёк, прижимаясь стояком к её крутому бедру и вовсе глаза рассматривая груди взрослой женщины в вырезе ночной рубашки. Они были считай на половину видны, тяжелые, налитые сисяры Мариши, томились под тонкой тканью ночнушки и просились на волю в руки молодых парней.
- Я же мать, как мне не согреть своих сыновей и любовников в одном лице... .
- засмеялась Марина, обнимая нас за плечи и прижимая к своему горячему как огонь телу.
- Я вчера их толком не рассмотрела у вас в темноте, а сейчас на свету гляну... .
- хихикнула Марина и спустив с Витька и с меня трусы обеим до колен, взяла в руки наши стояки и залупила пальчиками залупы. На улице уже расцвело и через большое окно в кухню проникал солнечный свет. И маме сейчас действительно было в сто раз лучше видно члены своих сыновей, чем вчера при тусклом свете керосинки.
- Вить, а у тебя всё же головка больше чем у брата. Толстенькая такая, с пупырашками...
- приговаривала мама, залупив пальчиками мне и старшему сыну залупы, внимательно их рассматривая. Ведь сегодня алая плоть её детей, войдет по очереди ей в вагину и будет натирать ребристые стенки влагалища. Которое до этого натирали залупы чужих мужчин. Но чувствовать в себе член своего ребёнка, не сравнимое ни с чем наслаждение. Мама может по этому внимательно рассматривала, залупы у меня и у старшего брата, водя по ним подушечками пальцев. И у меня создалось такое впечатление, что Марина опять нам подрочит члены, судя по движению её рук. Мама стоя перед нами в короткой ночной рубашке, обхватив наши стояки руками, стала легонько их массировать пальчиками смотря нам в глаза. И я было уже приготовился поймать запредельный кайф, от того что родная мать будет дрочить мне член своей ласковой материнской рукой. Как этот придурок Витёк все испортил.
- Марин, а у твоего бойфренда который тебя на семинаре трахал, небось побольше чем у нас с Костей хуй был... .?
- спросил у матери мой брат, не думая своей бестолковой головой. Ведь Марина ещё вчера утром сказала нам, что теперь мы её бойфренды а мужчины которые у неё были до нас, остались в прошлом. А Витёк опять напомнил матери о мужике который её когда то трахал. Ну какой женщине это понравиться?
- А это не твоё дело Витя. Тоже мне прокурор нашёлся, про размеры членов моих бойфрендов ему интересно... .?
- Марина выпустила из рук наши стояки, вернулась к столу и сев на стул, стала набивать магазин своего карманного " Вальтера" патронами. Причём рассерженная на сына мама, сидела на стуле плотно сжав ноги, лишив нас возможности лицизреть её великолепные ляжки.
- Костя, сынок поставь пожалуйста ведро воды на газ и чайник вскипяти...
- попросила меня мама и я выполнил её просьбу.
- Мам, а я в армии видел у офицеров, пистолет " макарова" и он похож на твой " вальтер"... .
- спросил у матери Витёк, он подлизывался к Марине, зная её любовь к оружию.
- Конечно похож, ведь наши конструкторы во главе с Макаровым. При создании знаменитого " ПМ" взяли за основу " Вальтер ППК ". Да и Калашников тоже свой " калаш" с немецкого автомата скопировал. Вот смотрите это эмблема " Локотской республики" 1943 год... .
- Марина развернула пожелтевший от времени листок газеты, взятый из ящика где лежали пистолеты и на ней действительно по мимо свастики в углу. Вверху был изображен герб русских колобрационистов, " Локотской республики. " Созданной немцами в тылу группы армии " Центр" наступавшей на Москву. На этом гербе были изображены вверху четыре автомата похожие на автомат " Калашникова" как две капли воды, а в внизу четыре немецких гранаты " колотушки" с длинными ручками.
- Это автоматы Шмайссера " Штурмгевер 44 " а Калашников свой автомат ещё не делал. Так что у нас всё скопировано у немцев и у американцев... . .
- ответила сыну Марина и ловко вставив полную обойму в пистолет. Взяла с плиты ведро с тёплой водой, держа в одной руке ведро а в другой пистолет, пошла в свой закуток за печкой подмываться. И хотя дверь в зал была открыта, мы с братом и не думали туда заходить боясь разгневать нашу атаманшу. Да и мужчина не должен видеть как женщина подмывается. Мы стояли молча, ждали когда Марина нас позовёт и я лишь показывал Витьке кулак. Ведь по вине этого придурка, мать не стала дрочить нам члены.
- Парни, идите сюда и помогите мне одеться...
- позвала нас Марина из своего закутка и когда я и Витёк вошли с кухни во зал то прямо остолбенели от увиденного. Мама вышла к нам из за перегородки в одних чёрных колготках, под которыми белели просвечиваясь её светлые трусы. Груди у нашей атаманши были голые и манили к себе взгляд, своими налитыми формами и темными сосками. В одной руке мать держала щётку для волос а в другой бюстгальтер, под цвет трусов.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 33%)
» (рейтинг: 59%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 47%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 58%)
» (рейтинг: 62%)
» (рейтинг: 78%)
» (рейтинг: 38%)
» (рейтинг: 88%)
|
 |
 |
 |
 |  | Я видел, что мой ответ успокоил маму. Некоторое время мы опять шли молча. Потом я начал рассказывать ей всякие прикольные случаи из своей службы. Она мне рассказывала, как дела дома. Так мы гуляли, наверное, пару часов. Потом мама предложила: |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Приставленная к очку головка твердо проложила себе путь в его горячее нутро. Он выгнулся, взвизгнул, попытался вырваться, но я пригвоздил его к прилавку и застыл, давая привыкнуть к внедренному стволу. Его напряженное тело задеревенело, боясь любым движением усилить боль. Я знал, что потом будет легче. Я гладил его по спине, бокам, заднице, ногам. Я терся щекой о его бритый затылок. Постепенно он расслабился, затих, стал податливее. Еще пару моих попыток внедриться глубже он пресек стонами, но потом сам стал потихоньку подаваться навстречу. Едва заметные поощряющие позывы заставили меня двинуться вперед, но -медленно, щадяще. И он, наконец, раскрылся, жадно вовлекая меня в свое жаркое нутро. Я вжался в него, раздуваясь головкой от раскаленных объятий его эластичных стенок. Я за бока до отказа насадил его задницу на свой стержень. Он напрягся, вцепился руками в прилавок, задеревенел. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | У него был список десятка солдат, которые по разным причинам не прошли медосмотр. Операцию решили провести в воскресенье, чтобы было меньше офицеров. На звонок Виктора в санчаеть явилось семь солдат. Причину вызова они не знали и когда зайдя в кабинет оказывались перед фактом, деваться им было некуда. Первым вошел солдатик который сняв штаны подставил мне свою безволосую, почти детскую попку, и когда он по команде раздвинул ягодицы, я почти по матерински нежно смазала колечко ануса вазелином, и нежно приставив металлический инструмент ввела его в попку. Парень дернулся так, что мошенка сократилась. Виктор посмотрев в трубку, спросил в чем причина и парень ответил, что трубка холодная. Я сильно волновалась, и у меня дрожали руки. Дальше пошло проще. Заросшие попки сменялись голыми, свободные забитыми калом. Продезинфицировав трубку, Люба грела её в своем влагалище под халатом, а я уже действовала более уверенно. Я так возбудилась, от этой процедуры, что не дождавшись конца осмотра закрыла дверь, уложила Виктора на стол и села на его член. Когда я кончала, в анус мне уперся конец железной трубки. Так я впервые оказалось на двух концах и это не показалось мне извращением. Когда Виктор вышел в коридор, за очередным солдатиком, мы с Любой договорились и ему устроить осмотр. Отпустив пришедших, мы решили перенести осмотр на следующую неделю, и когда все ушли, мы выпили спирта и заварили кофе. Немного поболтав, я опять раздела лейтенанта и положив на себя сильно прижала к себе его ягодицы с силой раздвинув их пальцами. Когда он вошел в меня, я кивнула тетушке и та не мешкая приставила к его попке железный инструмент. Протеста не последовало, и тетушка продолжила процедуру медосмотра пока он кончил. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Залившись слезами, Зарина жалобно просила Макса остановиться, но он не слушая, продолжал свое дело, тщательно, плавными круговыми движениями раскрывая, в недавнем прошлом, узенькое, девичье "очко" Зарины, до новых широт. В грубых руках боксера, Зарина чувствовала себя тряпичной куклой, которую отдали на забаву жестокому ребенку, с ностальгией она вспомнила более толерантный хуй Ромы. Рома посчитал, что будущие родственницы должны познакомиться поближе и поручил Халун клитор невесты ее брата. Смущенно улыбаясь, пышногрудая горянка приложилась язычком и пальчиками к "киске" Зарины, та отчаянно вцепилась в волосы Халун, прижимая ее голову как можно плотнее к своему лобку. На другую руку она намотала длинные волосы Лейлы и до боли впилась в ее сладкие губки, испытывая неосознанную ревность и ненависть к лучшей подруге, которую глубокими амплитудными движениями драл раком Роман. Затраханные и обессилевшие девушки, еще долго лежали пластом, не имея сил пошевелиться, после того как х находчивые любовники, так же незаметно исчезли, как и появились. |  |  |
| |
|