|
|
 |
Рассказ №22843
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 13/05/2020
Прочитано раз: 33736 (за неделю: 34)
Рейтинг: 55% (за неделю: 0%)
Цитата: "После поцелуев начиналась "торжественная часть". Оказалось, что есть много способов это делать. Можно было высоко поддеть ее ноги, подперев их своими предплечьями, или лечь на нее, оперевшись руками и вцепившись ладонями в ее нежнейшие сисечки, или сесть у ее ног на корточки, когда ее раскрытая писечка вся у него на виду. Можно было лечь на спину, и посадить ее на свой торчащий член, тогда дополнительный кайф шел от того, что работает она, а не он. Можно было поставить ее на четвереньки, она прогибалась, широко расставив ноги и касаясь щекой подушки, а он вставлял ей в широко разверзшийся зев ее писечки и работал, работал! Иногда она плашмя ложилась на живот и раздвигала ноги. Он ложился сверху, ее большая мягкая попочка приятно умещалась на его животе и бедрах. И еще куча других поз была ими пройдена на практических занятиях - на боку, на плечах, повиснув на нем головой вверх, головой вниз - и прочее, что придумывалось на ходу...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Я припал губами к ее писечке. Оказалось, что вульву можно забрать в рот, лизать и сосать. Она начала постанывать. Пленочки то у нее не было, и я сунул палец ей прямо туда. Она сладко ахнула:
- Еще, милый, еще, только не останавливайся!
Я сосал ее клитор, теребил языком губки, вставил в дырочку уже два пальца и водил ими там. Она уже ничего не говорила, только постанывала. Меня это заводило, и я старался еще больше. Но вот она сильно задрожала, выгнулась, застонала, потом расслабилась, опустила ноги, и потянула меня на себя, я поцеловал ее.
- А после того, как ты сделаешь это, ты заимеешь право, чтобы девочка тебе сделала то же самое. Просто покажи ей своего красавца, и поясни, как это сделать. Нет, мне не надо пояснять, я сама! Подвинься вверх!
Она легла мне в ноги, взялась руками за мой член и медленно взяла его в рот. Я даже не ожидал такого. Мне стало так хорошо, что, казалось, умру от счастья. Она дрочила мне рукой и в такт этому забирала в рот, иногда так глубоко, что доставала носом до лобка. Когда подкатило, я застонал, а она взяла на всю длину и подсосала. Моя сперма стала извергаться толчками, она не выпустила изо рта и все сглатывала. Когда все кончилось, он легла рядом. Я повернулся к ней, положив руку ей на грудь.
- Ну что, тебе еще никто такого не делал? - с улыбкой спросила она.
- Никогда.
- Ну вот, теперь, я думаю, девочки тебя без этого не оставят.
Мы еще с полчаса лежали молча, только целовались. Но вот я почувствовал, что мой член снова поднимается.
- Последние вопросы теории. Когда начнешь с девочкой трахаться, поинтересуйся, предохраняется она или нет. Если нет - обязательно надевай презерватив, иначе станешь папочкой в таком молодом возрасте. Купи презервативы и всегда носи их с собой. Не бойся, я предохраняюсь. И второе. Когда у тебя дойдет до первого раза с целочкой, обязательно ласкай ее до тех пор, пока из нее не потекут обильные соки. Она там должна быть совсем мокрой, иначе ей будет очень больно. Иногда для этого даже вход в дырочку смазывают. В первый раз с целочкой смотри, куда вставляешь. Положи ее вот так.
Она легла на спину и раскинула ноги.
- Сядь между моих ног на корточки. Видишь, куда вставлять?
- Вижу:
- Ну, так вставь!
И я вставил.
На другое утро - знакомая песня:
- Вставайте, господин Аксель! Доброе утро! Госпожа приказала вас разбудить и сказать, что все ждут вас завтракать!
Я попытался завалить ее на себя, но она строго шепнула:
- Ты что! Нельзя! Я вечером приду. На всю ночь.
И, потрепав меня за торчащий конец, согнала с постели.
4.
Для Акселя теоретические занятия с Рози кончились, начались практические. Она приходила к нему почти каждый вечер, он ждал ее уже с утра. Иногда она была одета в свою рабочую одежду. Тогда он раздевал ее до ниточки и аккуратно вешал ее одежду на спинку стула. Потом она его раздевала, и они шли в ванну. Они намыливали друг друга пенками, тщательно все смывали, особенно старательно - гениталии. От ее стараний он иногда не выдерживал и брызгал ей на живот горячей спермой. Она смеялась, размазывая ее по себе. После тщательного купания шло тщательное вытирание друг друга. Иногда же она приходила в халатике на голое тело, тогда халатик спускался прямо на пол, и она сразу прыгала к нему в постель.
Начиналось время поцелуев. Он уже сильно поднаторел в этом искусстве. Он целовал ее всю, на ней уже не было места, куда бы он ее не целовал. Начиная со лба, и кончая пяточками, он проходил губами ее лицо, губы, грудь, животик, жаркую, сладкую, влажную промежность. А ее попка, в мечтах о которой было когда-то израсходовано столько спермы, теперь была в его полном распоряжении. Он целовал ее, перевернув Рози на животик, и не мог оторваться. Он целовал ее, высоко подняв ей ноги. Однажды, когда он, стоя на коленях перед кроватью, целовал ее лобок, она вдруг сказала:
- А вот такой ты меня еще не видел!
И стала на четвереньки, широко раздвинув ноги и повернувшись к нему попкой. О, что это было за зрелище! Широко расставленные круглые, пышные ягодицы, между которыми бесстыдно обнажалась коричневая розеточка ануса, чуть приоткрывшаяся щель ее писечки - все это было настолько откровенно, что он чуть не задохнулся.
После поцелуев начиналась "торжественная часть". Оказалось, что есть много способов это делать. Можно было высоко поддеть ее ноги, подперев их своими предплечьями, или лечь на нее, оперевшись руками и вцепившись ладонями в ее нежнейшие сисечки, или сесть у ее ног на корточки, когда ее раскрытая писечка вся у него на виду. Можно было лечь на спину, и посадить ее на свой торчащий член, тогда дополнительный кайф шел от того, что работает она, а не он. Можно было поставить ее на четвереньки, она прогибалась, широко расставив ноги и касаясь щекой подушки, а он вставлял ей в широко разверзшийся зев ее писечки и работал, работал! Иногда она плашмя ложилась на живот и раздвигала ноги. Он ложился сверху, ее большая мягкая попочка приятно умещалась на его животе и бедрах. И еще куча других поз была ими пройдена на практических занятиях - на боку, на плечах, повиснув на нем головой вверх, головой вниз - и прочее, что придумывалось на ходу.
Он раньше гордился рано выросшей растительностью на лобке, считая ее признаком взрослости. Она уговорила его брить ее, и теперь член казался больше, а главное, когда она брала его в рот, волоски не щекотали ей нос, и не попадали ей в рот.
Вообще их оральный секс превратился в особый вид искусства. Он обожал лечь внизу между ее ног, и сначала любоваться ее писечкой, находя ее прелестной, а потом постепенно возбуждать ее языком, к концу уже полностью забирая в рот всю вульву и неистово терзая ее языком. Со временем он при этом стал засовывать ей пальцы не только в письку, но и в попку. Ей это нравилось, а когда она кончала, движение пальцев из попки приносило ей дополнительное наслаждение. Она тоже повышала мастерство. Теперь она научилась полностью забирать его член, пропихивая его глубоко.
Он узнал, что, оказывается, у женщин бывают месячные, и в эти дни ей туда ничего пихать нельзя. Она ему объяснила, что это такое, что от секса в эти дни она может заболеть, и что кровавые выделения "оттуда" имеют очень неприятный вид и запах. Когда это пришло впервые за время их отношений, он настолько расстроился, что она, рассмеявшись, утешила его чудным минетом.
Сначала она спала с ним почти каждую ночь, но ей нужно было вставать очень рано, и они договорились, что ночевать в его постели она будет пару раз в неделю, а в остальные дни может просто приходить к нему на пару часов.
Она все время повторяла ему, что готовит его для будущей девушки, а в самом начале призналась, что на ее родине у нее есть жених, и когда она подзаработает денег, она вернется домой и они поженятся. Все это не давало ему по-настоящему влюбиться в нее.
Как-то Генриетта вызвала Рози к себе, и после нескольких хозяйственных вопросов спросила, как у нее идут дела с Акселем.
- Все хорошо, госпожа.
- И что он теперь умеет?
- О, он умеет уже очень много.
- И как ты его оцениваешь, как мужчину?
- Он замечательный, госпожа. Счастливы будут его девушки.
- Ты часто кончаешь от него?
- Почти всегда. Он хорошо умеет удовлетворить женщину.
- Эти ваши занятия не помешают ему найти девушку?
- Я постоянно его приучаю к тому, что он ее найдет. Но если хотите, госпожа, я могу прекратить наши занятия.
- Нет-нет, Рози, продолжай, пожалуйста, если тебе это не в тягость. Я по-прежнему буду тебе доплачивать.
- Мне перед вами неловко, госпожа. Мне было трудно без мужчины, а теперь у меня такой славный мальчик, а вы мне еще и доплачиваете!
- Все в порядке, милая Рози, значит, это в интересах нас обоих.
Генриетта подошла к Рози и поцеловала. Та смутилась так, что сильно покраснела:
- О, как вы добры, госпожа, как повезло мне, что я к вам попала!
Генриетта отпустила ее. Да, ее Аксель становится мужчиной. Интересно, какой у него сейчас член? Она видела его уже давно, когда он был маленьким мальчиком, а она его купала. А сейчас вот так бы взяла в руку: Она потрясла головой, отгоняя видения. Артур ее не удовлетворял, он вообще был какой-то бесчувственный. Ей всегда хотелось в постели чего-то нестандартного, но у этого скучного человека попросту не было воображения.
Ощущение на губах: Да это же она поцеловала Рози! Интересно, а как она ему дает? Что они проделывают? Берет ли она в рот его член? А он, целует ли он ее между ног?
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 35%)
» (рейтинг: 60%)
» (рейтинг: 49%)
» (рейтинг: 67%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 73%)
» (рейтинг: 60%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 82%)
|
 |
 |
 |
 |  | Апофеозом их отношений с Алиной стали следующие случаи. Алина была экстремалкой и иногда предпочитала заниматься сексом в неожиданных местах. До сих пор Артур помнит, как они занимались любовью на последнем ряду кинотеатра. Сосед рядом это почувствовал и тоже принял в этом участие. Артур этого не заметил и только потом Алина ему сказала, что когда он ее трахал (она устроилась боком на сиденье, спиной к Артуру) , сосед вовсю играл ее грудями. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | - Я понимаю... Хотя в такие моменты можно и "инвалидом по мужской части стать" , такие обломы практически на пике. Я выхожу из машины, меня обдает холодный ночной ветер. Она подходит. Обнимает и целует меня. Постояв немного возвращаемся в наш "дом". В нем запотели все стекла, и чувствуется запах страсти, это что-то непонятное, неописуемое: запах разгоряченных тел и женского секрета. . Да, Серега, подумал я, что это с тобой? Так себя распустил, бросаешься на незнакомых женщин. Ход моих мыслей прервала моя невольная спутница, она еще раз мягко чмокнула меня, подарила свою озорную улыбку, положила голову на мои колени и. . заснула. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Зайдя в сарай, я приказал девочке быстро одеться. Марина подумала, что всё закончено и начала быстро натягивать на себя свои вещи. "Мы пойдём сейчас ко мне. Не бойся. Это тут рядом. Утром я приведу тебя к твоим родителям" - сказал я. "Я не хочу. Я не пойду" - начала хныкать девочка и сделала шаг назад, отходя от меня. Я взял её за шею и, немного сдавив, сказал ей, чтобы она делала то, что я от неё требую и не думала самовольничать. Это испугало девочку ещё больше, но видно она начала бояться меня теперь так, что передумала перечить. Мы вышли из сарая и пошли к даче моего друга. Дорога была длинная, но дошли мы быстро. На улице уже никого не было, так как было довольно поздно. Стало холодать и я видел, как Маришка трясёться. Она боялась и ей было холодно. Когда мы зашли на дачу моего друга, то я, оставив девочку у калитки, пошёл в дачу, чтобы поговорить со своим друганом. "У тебя же есть классно обарудованный сарайчик, где ты иногда тусуешся" - сказал я своему корешу, - "Одолжи мне ключик на ночь. Я привёл ту малолетку и хочу отдохнуть с ней в более комфортных условиях". Мой друган был человек понятливый. Улыбнувшись и сказав, чтобы мы вели себя тихо, он дал мне ключи. "Только ты там будь осторожней, а то я не хочу сесть как участник или пособник изнасилования малолених" - крикнул мой друг мне напоследок, но я уже ничего не слышал и бежал к Марине. Взяв её за руку, я повёл её к двери в сарай моего другана. В нём мы, когда были ещё подростками, тусовались и распивали пиво. Там же мы иногда устраивали party. Сейчас там должно было произойти что-то более интересное. Зайдя в сарай, включив свет и закрыв дверь, я осмотрелся. Да, это более походило на хорошо обарудованную комнату к туалетом, чем на сарай. Тут стояла кровать, стол, шкаф, два стула, имелся туалет. Тут было светло и уютно. Картину дополняли плакаты машин, висевшие на стенах. "Раздевайся" - сказал я Марине, начав сам скидывать с себя одежду. Когда девочка разделась, я толкнул её на пастель. Было холодно и немного сыро и я решил залезть под одеяло. Кровать была довольно удобная и большая. Лёжа под одеялом с мололетней девочкой и чувствуя тепло её тела, я начал опять возбуждаться. Член начал понемногу вставать и я надавил рукой на голову Марине, показывая, чтобы она ползла вниз и начала мне сосать. Головка Марины скрылась внизу под одеялом и вскоре мой член оказался в тёплом ротике. Одеяло начало медленно то опускаться, то подниматься и иногда в сарае раздавался чавкающий звук. Я положил сверху на одеяло свои руки и начал давить на одеяло, запихивая свой член в горло девушке. Из под одеяла начали доноситься уже знакомые мне кашляющие звуки, но на этот раз я не отступал и не давал девочке начать кашлять во всё горло. Я запихивал свой член каждый раз ей в рот, упираясь со стуком ей в горло. Господи, это был рай. Я чувствовал себя на седьмом небе. Я не знаю сколько это длилось. Мне казалось, что время остановилось. Но вот я начал кончать, не задумаваясь уже больше о девочке. Я испускал струи спермы, которой стало намного меньше, чем в первый раз. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Лихорадить тут же перестало, но что удивительно, приятные ощущения в паху резко усилились. Свист и вторая розга, еще больнее, хлестко опустилась на меня. Первый десяток я воспринял довольно терпимо, а вот дальше праздничное настроение быстро улетучилось, и каждая новая розга давалась все тяжелее и тяжелее. Секла Екатерина Ивановна, не спеша, давая возможность, как следует прочувствовать каждый полновесный удар. Впоследствии выяснилось, что она имела большой опыт (неоднократно порола дочь и внучку) . После каждого десятка, розга заменялась на новую. После сорокового удара, мне с большим трудом удавалось сдерживать себя, что бы не кричать от боли и не елозить по скамейке, из боязни показаться слабаком и получить отказ в следующей порке. Несмотря на дикую боль, в низу живота полыхал костер и я чуть было не кончил под розгами. |  |  |
| |
|