|
|
 |
Рассказ №1991 (страница 4)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 18/06/2002
Прочитано раз: 118201 (за неделю: 47)
Рейтинг: 85% (за неделю: 0%)
Цитата: "Настоятельница монастыря "Святой Женевьевы", строгая монахиня Матильда Краузе, склонившись над столом, просматривала тетради своих юных воспитанниц, подчеркивала красным карандашом обнаруженные ошибки. "Ах, как плохо пишут" - сокрушалась она, намериваясь сделать выговор матери Гортензии, преподававшей французский язык. Она хотела позвонить, но в это время одна из монахинь-надзирательниц подала ей на подносе для писем конверт. Разорвав его, Матильда Краузе прочла следующие строки:
..."
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ 4 ] [ ]
Не успели они еще поделиться мнениями, как все вскрикнули от удивления, видя, как фонтаном брызнула из "пальца" горячая струя, а потом другая, третья...
- Вот от чего появляется сырость и пятна, - сказала Клариса, вытирая руки платочком.
- Смотрите, не хочет больше..., ложится! - с огорчением заметила она, объятая желанием, видя, что у садовника "палец" стал мягким и бессильным.
Не стесняясь подруг Клариса стала тормошить его и затем, вскочив на все еще лежащего садовника, стала сама совать его член в свою горевшую безумным желанием "ямку".
- Не лезет, гнется, - шептала она в отчаянии, но вдруг почувствовала, как у садовника "палец" вновь выпрямился и погрузился в глубину ее маленькой "ямочки".
Ерзая взад и вперед, с блаженной улыбкой глядя на подруг, Клариса страстно шептала с восхищением:
- Ой, хорошо... хорошо... чудесно, - блаженно закрыла глаза.
Ксаверий, видя, что обе девочки хотят тоже и с мутным взором смотрят на подругу, притянул их к себе и начал обеим щекотать клиторчики. Это было ново и очень приятно. Скоро все четверо огласили вздохами, восклицаниями и сладкими стонами беседку. Кончила скорее всех Клариса, но она взяла себе за правило: не слезать с садовника, прежде чем не сделает два раза подряд... И на этот раз передохнув немного, она продолжила опять с азартом и пылкостью.
Ксаверий не доходил до конца, догадываясь, что предстоит еще дальнейшая работа. И действительно, Кларису сменила Сильвия, а когда кончила и эта, вскочила Тереза, а потом опять Клариса.
- Эта девочка достойна быть женой короля, - подумал Ксаверий едва приходя в себя от силы наслаждения, доставленного Кларисой.
Несколько месяцев забавлялись девочки с садовником и никто не знал, что делается в саду. Девочки, как будто еще больше похорошели и ничем особенным не отличались и не обращали на себя внимание. Только, чтобы их как-нибудь не хватились они решили бегать к садовнику по очереди, а другие давали знать, если их хватятся. Все шло как нельзя лучше, но к своему ужасу, Ксаверий однажды заметил, что Клариса стала как-то особенно полнеть. Очевидно отдавая ей больше предпочтения, чем другим девочкам, да и в последствии ее несдержанности и страсти, он иногда забывал ей вкладывать лепешку.
- Неужели никто не хочет заметить ее полноты? - тревожился Ксаверий.
По-видимому, не придавая этому значения, сама Клариса по-прежнему бегала к нему и все с той же охотой и страстностью ездила на нем. Ксаверий ошибался, думая, что никто не замечает растущего живота девочки. Матильда Краузе давно уже тревожно посматривала на девочку, и однажды, позвав ее к себе, сказала:
- Тебя осмотрит врач, ты наверно чем-нибудь больна. Не понимая причины вздутия живота и совершенно не зная что такое беременность, Клариса ничего не имела против осмотра, тем более, что девочек и раньше в случае болезни тщательно осматривали.
Врач - женщина ограничилась внутренним осмотром, и заявила настоятельнице, что никакой болезни не замечает.
Через месяц, однако, пришлось снова вызвать врача, так как живот Кларисы заметно округлился. Один Ксаверий знал в чем дело, он особенно тревожился за судьбу девочки, не зная что предпринять, чтобы отвести от ее головы надвигающуюся угрозу.
Сама Клариса была по-прежнему веселой и беззаботной, все так же бегала к садовнику, совершенно не подозревая о причине роста ее живота. Видя, что ей уже неловко и тяжело скакать на нем, Ксаверий помогал принять ей более удобное положение, когда запускал в нее свой "палец", от чего Клариса, даже беременная не могла отказаться.
Наступил вечер, когда женщина-врач с разрешения настоятельницы, привела Кларису в сонное состояние и стала исследовать ее половые органы.
- Вот так сюрприз, - прошептала врач, обнаружив признаки беременности. - Но странно, как это могло случиться? - думала она входя в кабинет Матильды Краузе.
- Я не знаю, как объяснить вам это, но девочка беременна, - сказала она настоятельнице.
- Святая Женевьева! Неужели правда? - побледнела Матильда Краузе, вы ошибаетесь, этого не может быть!
- Я и сама вначале сомневалась, - сказала врач, - так как девственность девочки не нарушена, но тогда, как это могло произойти? Трудно сказать. По всей видимости, сношение с ней имел мальчик с неразвитым членом, но с созревшим семенем.
- Невероятно, но у вас в обители нет мальчиков. Вы все же вероятно ошиблись, - сказала настоятельница.
- Я утверждаю, что виновником был мальчик, - возразила врач.
- Хорошо, хорошо, - холодно сказала настоятельница, - но я знаю, что вы ошиблись. В моем учреждении не может быть такого ужаса.
И, вставая, Матильда Краузе, с достоинством и гордостью подала врачу пакет, оплачивая не столько визит, сколько молчание.
Та с улыбкой поклонилась и вышла, предварительно приведя в чувство все еще спящую девочку.
Девочка все еще лежала на постели, когда Матильда Краузе вошла к ней, чтобы приступить к допросу.
- С тобой не случалось в последнее время, ничего, милая девочка?
- Неужели она узнала, что я бегаю к садовнику? - подумала Клариса с испугом, но в тот же миг решила не выдавать его, чтобы не случилось.
- Ничего такого, чего бы вы не знали, - ответила она с твердостью.
- Ну, например, как бы это сказать тебе... Ты становишься взрослой... - путалась настоятельница.
- Да, я уже большая, - согласилась Клариса. - Ну, так вот, - продолжала настоятельница, - пришло время открыть тебе тайну. Как, ты думаешь, появляются дети? - спросила она.
- Кажется их приносят аисты, но мне что-то не вериться. - И верно, - подтвердила настоятельница, - их приносят не аисты, а женщины.
- Женщины? - изумленно спросила Клариса, - как же это? - спросила она, заинтересованная тем, что детей приносят женщины, это было для нее новостью.
- Видишь ли, это трудно объяснить, словом тут должен участвовать мужчина, - бессвязно говорила настоятельница.
-Когда девушки выходят замуж, тогда появляются дети - дополнила она.
- Отчего же это? - спросила Клариса, начиная как будто что-то понимать.
- Это такой закон природы, мужчина близко соединяется с женщиной и тогда в животе у нее заводится ребенок.
Вдруг все осветилось в голове Кларисы, и она, вскрикнув, закрыла лицо руками.
- Говори, говори несчастная, как это случилось? - строгим голосом допытывалась настоятельница, треся за плечо девочку.
- Я и сама не знаю, как это случилось, - прошептала Клариса в смущении и со слезами на глазах.
- Говори, или Святая Женевьева поразит тебя громом! - тревожно произнесла настоятельница.
- Это было... это было давно, - начала захлебываясь от рыданий Клариса. - я зашла в глубину сада, никого не было вокруг. Вдруг вижу, какой-то человек спустился со стены и бросился на меня, - сочиняла Клариса.
- Это, наверное, был мальчик? - прервала настоятельница. -
Когда я очнулась его уже не было, я его не рассмотрела, испугалась и упала в обморок...
- Ну, ну, - торопила настоятельница, - ты на себе ничего не заметила особенного? - продолжала она, не подозревая лжи и твердо веря, что девочка осталась вполне непонимающей и невинной, и стала жертвой откуда-то взявшегося развратного мальчишки.
- Только платье было смято и расстегнуты кальсончики, - ответила Клариса.
- И ничего больше? - спросила настоятельница. - Ничего больше я не помню, - ответила Клариса, радуясь, что ее милый садовник не открыт.
- Дитя мое, - произнесла настоятельница, возложив руки на голову своей воспитаннице, - этот негодный мальчишка наградил тебя ребенком.
- Но как он мог сделать это, - задумчиво произнесла Клариса.
- Из капельки образуется человек, - ответила Матильда Краузе.
Клариса ничего не ответила, думая про себя: "Ничего себе капелька. Целые ручьи". - С тобой случилось несчастье, - продолжала настоятельница, - и долг нашей обители требует того, чтобы ты на время скрылась с глаз мира. Ты должна сегодня же ехать к матери Камелии, в ее отдаленный монастырь и там погостить, пока все будет улажено.
Клариса заплакала, видя, что ее разлучают с садовником. В этот же день тихонько от подруг, были уложены все вещи Кларисы и отдано было распоряжение приготовить карету. Как только стемнело, Клариса выехала из монастыря в сопровождении одной из старых монахинь. Правя лошадьми, Ксаверий, с сожалением и грустью смотрел на ссылку милой девушки, обвиняя себя в том, что не смог предохранить этот дивный цветок от зачатия.
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ 4 ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 74%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 57%)
» (рейтинг: 51%)
» (рейтинг: 74%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 64%)
» (рейтинг: 68%)
» (рейтинг: 52%)
|
 |
 |
 |
 |  | Она выдавила себе на пальчики прозрачный крем и стала покрывать им мою попу, крем приятно холодил, а мне анус и когда она мне его смазала, ее пальчик вошел мне внутрь покрывая смазкой анал внутри, затем она выдавила еще крема себе на ладонь и покрыла им страпон. - Лада, положи ножки мне на плечи. Я сделал как просила Света, поднял ноги вверх и положил их на плечи стоящей на полу у кровати девушки. Мое тело вибрировало от охватившего меня возбуждения, и Света почувствовала это: - Сейчас милая я удовлетворю тебя, - пообещала Света, обхватывая рукой мое бедро, а второй рукой взяв страпон направила его в мою дырочку. Почувствовав его прикосновение к своей попе, я подался ему навстречу. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | С этими словами, он галантно поцеловал руку Тане, крепко пожал мою и, получив наше согласие, в котором никто из присутствующих, конечно же не сомневался, увлёк мою жену в сторону своего кресла. Его рука при этом сразу же легла на Танину талию, а комментарии по поводу тех или иных приборов, рычажков и прочего производились в полголоса на ушко, почти интимно. Второй пилот и штурман, обнялись с Ириной и Мариной, которые стянув с них галстуки и фуражки, принялись без прелюдий целоваться в засос. Инга, прижавшись своим упругим бедром ко мне, поглаживая спину пальчиками, несильно возбуждающе царапая ноготками, повела меня к креслу второго пилота. Когда я был усажен в кресле, которое было гораздо удобнее пассажирского, краем глаза я успел лишь заметить, что Таня уже сидела в кресле командира, а он, продолжая ей что-то нашёптывать, всё чаще касался губами мочки уха, щеки, шеи, постепенно переводя поцелуи на грудь. Она, в свою очередь, одной рукой ласкала член командира, толчками пульса поднимающийся и твердеющий, а второй рукой за галстук всё сильнее притягивала его к себе. За спиной уже раздавались характерные звуки начавшегося полового акта, но взглянуть назад мне не позволила нога Инги, поставленная на подлокотник, раскрывающая перед моим взором более интересную картину. Между стройных, словно это две Эйфелевые башни, ножек находились гладко выбритые, припухлые от переполняющего их возбуждения, бугорки половых губок, к которым невозможно было не припасть в страстном поцелуе. Ощущая на своем члене ласкающий ротик Инги, я в ответном порыве прильнул к её промежности, сразу же проникая языком вглубь насколько мог. Двигая им в разные стороны в желании обласкать всевозможные уголки, некоторое время я ещё пытался подстраиваться к движениям Инги, но в конце концов нетерпение брало верх и я буквально начинал насиловать девушку своим языком. К реальности меня вернул командный голос командира: |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Предложение было заманчивым, обещающим кучу новых ощущений, но уж очень отдавало голубизной. А этого правильный пацан должен бояться как огня. В то же время кроме нас тут никого не было, а уж мы друг друга не сдадим. Пока я так размышлял, Лехина рука обхватила мой член у корня и настойчиво ползла вверх, заставляя меня убрать собственную руку. Я ему не препятствовал. Завладев членом, он перехватился поудобнее и принялся двигать вверх-вниз. Я расслабился, почувствовав разливающуюся по телу приятную дрожь и протянул руку к нему, нащупывая твердый напрягшийся орган. Пальцы ощутили чужой ствол, каменной твердости, покрытый легко сдвигающейся теплой бархатистой кожицей. Обхватив его, я повел руку вверх, до соприкосновения с головкой, затем обратно... Кончить у нас почему-то не получалось, несмотря на все наши старания. То ли для этого требовалась привычная собственная рука, то ли окружающая обстановка так действовала на нас... |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Юля крепко вжалась в кресло, и теперь мысли о далёком будущем её совсем не волновали, - только ближайшем: поскорее доехать до подруги. Но мысли о Саше, даже в таком состоянии не покидали её голову, напротив, - чем сильнее ей хотелось в туалет, тем больше она испытывала к нему ненависть. Теперь она была полностью, что он виноват в том, что с ней происходит. Она больше не могла спокойно сидеть на месте, и чтобы хоть как-то отвлечься, достала телефон, и стала яростно набирать текст в твитер: "Тупое пиво, почему от него хочется в туалет?!?!?!" , но на этот раз ей никто не отвечал и советов не давал. А меж тем, ей казалось, что она испытывает все муки ада, но что делать в такой ситуации не знала. Она смотрела в окно, и на неё нахлынуло такое отчаяние, что снова захотелось плакать. Ком горечи подкатывал к горлу, и слёзы готовы были вот-вот брызнуть из глаз. А меж тем, на неё давно уже обратил внимание молодой человек, сидящий напротив неё... |  |  |
| |
|