limona
эротические рассказы
 
Начало | Поиск | Соглашение | Прислать рассказ | Контакты | Реклама
  Гетеросексуалы
  Подростки
  Остальное
  Потеря девственности
  Случай
  Странности
  Студенты
  По принуждению
  Классика
  Группа
  Инцест
  Романтика
  Юмористические
  Измена
  Гомосексуалы
  Ваши рассказы
  Экзекуция
  Лесбиянки
  Эксклюзив
  Зоофилы
  Запредельщина
  Наблюдатели
  Эротика
  Поэзия
  Оральный секс
  А в попку лучше
  Фантазии
  Эротическая сказка
  Фетиш
  Сперма
  Служебный роман
  Бисексуалы
  Я хочу пи-пи
  Пушистики
  Свингеры
  Жено-мужчины
  Клизма
  Жена-шлюшка





Рассказ №17304

Название: Мой Крым. Часть 3
Автор: * Неизвестный автор
Категории: Случай, Ваши рассказы
Dата опубликования: Суббота, 11/07/2015
Прочитано раз: 48534 (за неделю: 77)
Рейтинг: 60% (за неделю: 0%)
Цитата: "Интересно, что полноценный акт, с проникновением, был ею запрещен категорически: она твердо собиралась подарить свою девственность мужу. При этом ей этого проникновения, явно, очень хотелось: она например, садилась на меня сверху, вставляла, что надо и куда надо - только неглубоко - и терлась и прыгала сверху, получая несравненное удовольствие. Если же я, если позволял себе (хоть чуть-чуть!) посильнее нажать, усилить давление - немедленно бывал выгнат чуть ли ни пинками, и какое-то время она лежала, надувшись, обиженная...."

Страницы: [ 1 ] [ 2 ]


     Она все развязала, а потом, так же сидя на корточках (встать в полный рост в палатке было нельзя) , вдруг, быстрым движением, повернула верх своего купальника на 180 градусов, так, что застежка оказалась спереди. Я тогда впервые увидел такой способ снимания бюстгальтера. Она молниеносно его сняла, потом, так же быстро сняла и трусики, все это повесила на продольную центральную веревку палатки, и (тут же!) юркнула в спальный мешок.
     Я стоял на коленях столбом. Она ехидно спросила: "Ты в мокрых плавках спать собираешься?". Тогда я тоже снял плавки (член уже стоял, как александрийский маяк!) , повесил их на ту же веревочку, и тоже залез в спальный мешок. Мы вдвоем там прекрасно поместились.
     Она была горячая-горячая: нагретая солнцем и выдубленная ветром. Пахло от нее тоже морем и солнцем: ничем не передаваемый запах свежести и какой-то свободы.
     Я стал целовать ее. Ни в губы, ни взасос, а медленно и нежно - в ушки, шейку, щечки, носик: Она тоже тыкалась в меня, как щенок.
     Потом, она быстро (у нее все получалось - быстро!) расстегнула наполовину молнию спального мешка, сползла вниз, и взяла член в рот. Стала двигать головой, и я - поплыл. Было заметно, что минет этот для нее - далеко не первый.
     Когда я уже не смог больше сдерживаться, я взял ее одной рукой за подбородок, а другой за затылок, и стал насаживать на себя ее голову. Кончил я ей в рот.
     Она вылезла вверх, и выплюнула всю сперму. Но выплюнула не так, как плюются, или харкают, а просто вытеснила ее изо рта языком. Спермы накопилось много, и она стекла ей не только на подбородок, но и на шею ниже. Я ревниво спросил: "Почему!?" , а она ответила: "Невкусно!". Больше я ей в рот не кончал. Кончал куда угодно, как Бог на душу положит: на ухо, на шею, на грудь:
     Когда я немного отдышался и пришел в себя, то решил, что надо отдавать долги, и, тоже, по шейке, грудке, животику, спустился к ее щелке. Она этого не ожидала: даже дернулась, сначала, когда я в первый раз прикоснулся языком. Но: Потом - вошла во вкус.
     Громкие звуки в палатке не приветствовались, понятно, - звукоизоляции-то - никакой. Поэтому ей пришлось закусить ладонь зубами, чтобы не выдать противнику суть наших развлечений.
     Она оказалась очень страстной: извивалась, выгибалась, разводила ноги - дальше некуда, и кончала очень быстро. Чуть ли не быстрее меня.
     Когда кончала -сначала резко выгибалась, а потом принимала позу эмбриона, от чего, выпихивала (довольно бесцеремонно) мою голову наружу, после чего, лежала в прострации, минуты две и лезла миловаться.
     Несколько позже, когда дядька был в лагере, а нам - не терпелось, мы брали мой спальник и уходили на вершину горы Алчак, в ту самую пещерку, в которой мы ночевали в первый раз: там не было ни души, и там мы предавались разврату. Она совершенно меня не стеснялась, резвилась передо мной, в чем мать родила, и я ее хорошо рассмотрел. Невысокого роста, она имела фигуру Олимпийской чемпионки по плаванию: широкие, почти мужские плечи, объемная грудная клетка, узкий, довольно, таз, и крепкие, длинные, будто сделанные из темного самшита ноги. Живот был настолько впалым, что трусики купальника, вися на косточках таза, оставляли с животом весьма ощутимую щель, в сантиметр, примерно. Раньше, пока у нас не было таких близких отношений, я часто пытался заглянуть в это пространство. Безуспешно, впрочем: там было совершенно темно.
     Грудь у нее была, что-нибудь, между первым и вторым размером, скорее - ближе к первому. Полушария груди были, практически, круглыми: они нисколько не провисали - настолько крепкими были у нее грудные мышцы. Довольно крупные ореолы сосков имели темно-бежевый цвет, слегка в детскую, такую, розовизну, а сами соски, выпирая несильно над ореолами, почти не увеличивались при возбуждении, даже если их было - потрогать. Наружные половые губки, тоже имели слегка розовый оттенок, хотя были и несколько темнее окружающей кожи.
     Странно, что у нее не было ОЧЕНЬ явной линии загара: вот - над купальником, а вот - под ним. Линия эта была какой-то смазанной, нечеткой. Видимо, из-за постоянного плавания и вылезания на гору, купальник ее все время слегка перемещался по телу, от чего и создавался такой эффект.
     В первую нашу ночь мы, наверное, совсем, не засыпали: не могли насладиться друг другом.
     Интересно, что полноценный акт, с проникновением, был ею запрещен категорически: она твердо собиралась подарить свою девственность мужу. При этом ей этого проникновения, явно, очень хотелось: она например, садилась на меня сверху, вставляла, что надо и куда надо - только неглубоко - и терлась и прыгала сверху, получая несравненное удовольствие. Если же я, если позволял себе (хоть чуть-чуть!) посильнее нажать, усилить давление - немедленно бывал выгнат чуть ли ни пинками, и какое-то время она лежала, надувшись, обиженная.
     Жаль, мы тогда ничего не знали про анал! А то бы - непременно попробовали. Но, за незнанием, занимались мы исключительно оральным сексом.
     После пограничников мы отрубились: Дядька из своей палатки к ним тоже не вышел, так что я решил, что девушка осталась у него.
     Тут, в первый раз, я заметил у своей Ассоль странное свойство: никакие служивые люди - от пограничников, до кондукторов в автобусах - ее нАпрочь не видели. То есть, смотрели на нее, как на пустое место. У всех проверяли документы, или билеты, там. У нее - никогда! Вот и тут - я протягиваю свою метрику сержанту, а она - уже сладко посапывает.
     И еще: Я ни разу не видел ее обутой! Она всегда была - босиком. И это ей очень подходило, надо сказать:
     Разбудил нас утром дядька: сначала пихнул меня ногой снаружи в ступню, как делал всегда, а потом залез в палатку, когда догадался, что ступней там, отнюдь, не две. Посмотрев на нас (мы лежали, прижавшись, вдвоем в спальнике) , потом, на развешанные, на веревочке плавки-купальники. Сказал: "Понятно" , а после: "Хотя это - совершенно не мое собачье дело!". Потом еще сказал: "Поднимайтесь, любовнички: мы все проспали!"
     Но, встать, естественно, мы сразу не смогли: утренняя эрекция, там и все такое. . , а когда выползли все-таки из палатки, завтрак был - готов. Дядька колдовал над котелком с пшеничной кашей (с манящим названием "Артек" , почему-то) , его подружки нигде не наблюдалось; и еще было - какао.
     Вот, за какао, дядька и сказал моейАссоль: "Слушай, дева! Ты можешь оставаться с нами, сколько твоей душеньке угодно, хоть пока не поссоришься с этим переростком. Но. Мне бы, например, не понравилось, если завтра-послезавтра, сюда явится орда твоих родственничков, да еще и с ментами, в придачу. И будут нас - вязать. Не мой это стиль, понимаешь?"
     Ассоль только хмуро сказала: "Не явятся, не беспокойтесь:" На чем тема и была, собственно, исчерпана.
     Впрочем, явились. Правда, совсем не те, на которых дядька указывал. Но, - другие. И гораздо более агрессивные: стайка местных парнишек, человек 7-8. От восемнадцати до двенадцати лет, по-моему. Самый старший считал себя парнем моей Ассоль. Мне так кажется.
     : Вот, только она так - не считала.
     Дело было в обед. Ассоль, как раз помыла и натирала крупной солью свежие огурцы. Парнишки встали на другом берегу высохшего ручья (метрах в 30-ти) и принялись нас задирать. Кричали, там, что-то обидное, бросались кизяками. Агрессивность их постепенно увеличивалась. Дядька, в конце концов, не выдержал, и уже взял в руку туристический топорик, а мне пальцем показал на острогу нашей нимфы. Я, потихонечку, незаметно, стал перемещаться в сторону этой остроги.
     Ассоль заметила эти наши перемещения, сказала: "Не надо ничего. Я - сама" , спрыгнула в русло, как была - босая и в купальнике, пошла к этим парням.
     Что, уж она им говорила, я не знаю - мы не слышали: далеко было, только агрессивность их все уменьшалась и уменьшалась, а когда, она, самому мерзкому из них, самому прыгучему и кидающемусякакашками, среднего, приблизительно возраста, изловчилась и заехала ногой в промежность, от чего он согнулся и начал кататься по земле: Весь инцидент был замят, для ясности: парни ретировались, утаскивая своего раненного подельника.
     Дядька сказал: "Однако!" , и Ассольокончательно влилась в нашу компанию.
     День на третий-четвертый, я наконец решился с ней поговорить, о чем мне было -боязно, но необходимо. Лежа, как-то утром, под спальником (мы его перестали застегивать, так было - удобнее) , после всех утренних утех, я сказал ей, что ТАМ ей, не мешало бы - постричь, поскольку мне - неудобно. Дело в том, что растительность у нее на лобке, в общем-то, очень даже аккуратная и не разросшаяся (темно-русого цвета, как я и предполагал) была сильно испорчена постоянными купаниям и трением о трусики купальника. Получались какие-то космы, торчащие в непредсказуемые стороны.
     Я сказал, что мне все время что-то лезет в нос, и вместо того, чтобы ласкать ее, я вынужден держать и приглаживать эти космы. Она сказала: "Ну, и в чем дело? Стриги!" - и откинула спальник. Я взял ножницы и постриг все очень бережно. Она попросила зеркальце, за которым мне пришлось бегать в дядькину палатку (я же еще - не брился) , она в него посмотрелась под разными углами, ипоцеловала меня в губы: понравилось.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]



Читать из этой серии:

» Мой Крым. Часть 1
» Мой Крым. Часть 2
» Мой Крым. Часть 4

Читать также в данной категории:

» Законный брак, SOS (рейтинг: 39%)
» Искушение-7. Часть 1 (рейтинг: 50%)
» На спор (рейтинг: 88%)
» Он, Она и Секс. Часть 5 (рейтинг: 88%)
» Пазл (рейтинг: 49%)
» Мой первый анал (рейтинг: 29%)
» Я буду ждать (Продолжения). Часть 1 (рейтинг: 65%)
» История-03. Порнуха или моя первая секс энциклопедия (рейтинг: 54%)
» Семейная видеосъёмка (рейтинг: 82%)
» Тёща друга (рейтинг: 35%)







Иришка подвела к кровати Эмилио и стянула с него шорты. Взяла анальный крем, намазала палец и стала вводить его в попу подружки. Жаклин ойкнула. Ира взяла рукой член паренька и направила в анальное отверстие попы Жаклин. Эмилио дрожал, его член звенел он напряжения. Иришка придала мальчишке ускорение шлепком по попе. Эмилио дернулся и его член вошел в анальное отверстие Жаклин. Девочка замычала и зарылась лицом в покрывало. Паренек прижал к себе бедра девочки, несколько раз дернулся, всхлипнул и застыл с широко раскрытыми глазами.
[ Читать » ]  


Кончил я снова на грудь, вытерев сперму с груди и члена решил, что нужно лечь и дождаться Максима, а потом ему рассказать, что я всё слышал и знаю о нём и Игоре. Незаметно для себя я уснул. Проснулся я от того, что меня кто-то гладил по члену и яйцам, открыв глаза, я увидел, что это был Макс. Мы стали целоваться, затем Макс стал ласкат мои соски, постепенно опускаясь к члену и наконец взял его в рот, сначала осторожно, затем всё смелее, он стал делать мне миньет, левой рукой он массировал мне яйца, которые уже подтянулись к основанию члена и стали крепкими, как мячики для гольфа, ещё несколько секунд и я начал кончать в рот Максима, который еле успевал сглатывать то, что ему отдавал мой член. В этот момент я понял, что и Макс кончает, оказывается он, всё это время дрочил свой член, который стал выбрасывать порции спермы как раз со мной вместе, сперма летела на мои ноги, постель, на грудь Максима. Кончив я поцеловал Макса, обнял его, и он прилёг на мою полку рядом со мной, отдохнув около получаса, я решил, что неплохо было бы перекусить, Макс поддержал моё предложение и уже через 15 минут на столе было два стакана горячего ароматного кофе, (у Игоря нашлась кофеварка и натуральный кофе, что было просто супер) , четыре стаканчика йогурта, плитка шоколада, завтрак из такого набора продуктов нас вполне устраивал и мы приступили к трапезе. Затем когда пришла очередь кофе, мы умиротворенные сидели на одной полке и разговаривали с Максом, у меня сложилось впечатление, что я знаю Макса уже сто лет, вдруг раздался стук в дверь купе, она открылась и в проёме появилось милое лицо нашего проводника, Игорь лукаво улыбаясь спросил как наши дела, и получив ответ, что всё супер, сказал, что если будут проблемы можно обратиться к нему и он всё сделает, чтобы мы ни в чём не нуждались, и действительно, мы до конца пути не испытывали никаких проблем, так и добрались до пункта назначения. Как выяснилось Максиму негде было остановиться, он планировал снять квартиру по приезду, я в свою очередь предложил остановиться у своей тёти, зная что у неё большой дом у побережья и место ему найдётся, Макс согласился принять моё предложение и мы поймав такси рванули к тётке. Тётя Наташа встретила нас с огромной радостью, Максима я ей представил как своего друга и сказал, что хотел бы, чтоб он остановился у нас, возражений со стороны тёткки не последовало, учитывая то, что она вдова, её муж, был моряком и погиб в одном из плаваний, и теперь она жила одна с сыном в огромном двухэтажном доме, она ничего не имела против. Она показала нам большую комнату на первом этаже, окна которой выходили в сад, комната была очень светлой, недовно в доме был сделан хороший ремонт, стояла хорошая мебель, в комнате был установлен большой телевизор, короче нам с Максом все понравилось. Ма начали распаковывать свои вещи и распологаться, тетя тем временем ушла на кухню, накрывать на стол. Минут через 20 нас позвали к столу. Я спросил у тётки, где же Данила, её сын и мой собстаенно, двоюродный брат? Она ответила, что он с друзьям ушел в поход и должен вернуться завтра, я немного расстроился, очень хотелось увидеть Даника, как я его называл, думаю за последние пять лет он сильно изменился, последний раз, когда я его видел ему было всего 15, но уже тогда он был очень привлекательным, широкие плечи, узкие бедра, но всё-таки было заметно, что это ещё подросток, думаю теперь он превратился в настоящего красавца, у него были голубые глаза, светлые, цвета ржи волосы, длительные ресницы и вообще он был похож на античного бога. Тётя стала меня распрашивать о доме и родителях, Максим поблагодарив за обед и сказав, что хочет прилечь отдохнуть, ушёл в комнату, мы с тётей остались на кухне и продолжили беседу о моих домашних. Через некоторое время я тоже стал моргать медленнее и тётка заметив это отправила меня в комнату, настояв на том, чтоб я отдохнул с дороги.
[ Читать » ]  


И тут к вечеру - явление Христа народу, как выдал Толя. Идут-бредут наши еле живые девушки-медички. Голодные и смертельно уставшие! Как оказалось, майор повёл их на восток, а там точно немцы. Тогда они рванули обратно! И тут увидели на дороге мотоцикл. Тот младший лейтенант, что пришёл с майором, завёл его, майор сел в коляску и они рванули по дороге к своим, приказав девушкам выбираться к своим. И теперь они не знают, что им делать. А вышли сюда они, учуяв запах костра и чая. Девушки, раз я молчу, стали плакать - теперь они поняли, какие они были полные дуры и послушали этого толстого майора. А я ещё и усугубил, сказав, что я их не беру с собой, они склонны к предательству. Ну а раз вы котёл не бросили, то готовьте на нём сами... И опять слезы - а у них ничего нет!
[ Читать » ]  


Ну, что тут скажешь, когда сердце переполняют не слова, и даже не мысли... Ощущения, которые даже нельзя облечь в словесную форму. Когда каждой клеточкой своего тела чувствуешь прикосновение, которого не было в реальности. Но здесь оно существует и кажется самым желанным, как последний глоток воздуха для приговоренного к смерти. И где это здесь, за какой гранью? Тихий шепот, когда даже не разобрать слов, а дыхание обжигает, обещая все радости потерянного рая. Губы так близки и манящи, какую тайн
[ Читать » ]  


© Copyright 2002 Лимона. Все права защищены.

Rax.Ru