|
|
 |
Рассказ №10653
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Пятница, 12/06/2009
Прочитано раз: 51263 (за неделю: 26)
Рейтинг: 78% (за неделю: 0%)
Цитата: "Анна даже испытала чувство благодарности к Сабре, когда та, протянув Анне руку, произнесла: "Тебе пора на демонстрацию пояса", и вывела Анну из комнаты...."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ]
Глава 10.
Дверь в студию была услужлива распахнута, и Анна остановилась на пороге студии. Девушка, которая открыла изнутри, была немного ниже Анны ростом и выглядела пародией на горничную. Ее черное атласное "платье" выставляло напоказ ее обнаженные груди и туго охватывало тонкую талию. Оттуда оно плавно переходило в крошечную мини- (а точнее микро-) юбку, которая заканчивалось на бедрах, там, где у обычных горничных юбка только начинается. Ее промежность была прикрыта только миниатюрным белым передничком, который к тому же изрядно просвечивал, выдавая отсутствие нижнего белья. На голове у горничной была одета маленькая черная шапочка с золотым шитьем, вроде тех, в которых щеголяют служащие гостиниц. На ногах ее были черные туфли, в которых практически отсутствовала подошва, а носок туфли соприкасался с полом под прямым углом - казалось, горничная, как балерина, балансирует на кончиках своих пальцев. При этом на этих удивительных туфлях отсутствовали застежки- вместо них блестели металлические цепочки, намертво приковывавшие лодыжки к задникам туфель. Во рту у горничной алел ярко-красный шар кляпа, а на шее виднелся блестящий металлический ошейник. Наиболее шокирующей деталью ее гардероба был прямоугольный поднос с бокалами. Точнее, способ, которым его держала горничная. От углов подноса, примыкавших к телу горничной, отходила цепочка, пропущенная через кольцо её ошейника, а от углов, направленных на посетителей отходили цепочки, которые при помощи металлических зажимов были прикреплены к соскам девушки. Было видно, что от веса подноса ее соски вытянулись и набухли, груди налились кровью.
В этот момент Сабра протянула Анне один из бокалов с подноса и увлекла за собой внутрь помещения.
Студия занимала целый этаж и казалась огромной. Ближе к потолку стены переходили в огромные окна, за которыми уже виднелись ночные звезды. На счастье Анны выяснилось, что они с Саброй пришли одним из первых. Огромное помещение выставки было полупустым, но Анна, помня о своем унизительном внешнем виде, боялась поднимать глаза.
Сабра сунула ей в руки высокий бокал с коктейлем, предложенный другой горничной, что позволило Анне немного смочить пересохший от стресса рот.
Анна посмотрела вслед отошедшей горничной, которая шла по комнате, раздавая напитки гостям. Анне бросились в глаза ее абсолютно обнаженные ягодицы, не скрываемые при ходьбе вычурной юбкой. При каждом шаге горничная вынуждено выставляла напоказ холмик Венеры, а на ягодицах виднелась не только татуировка в виде сказочного дракончика, но и вполне реальные следы от порки в виде тонких красных полос, пресекавших ягодицы. В помещении было несколько горничных, бесшумно передвигавшихся между гостями. Все они были экипированы аналогично той девушке, которую Анна видела у входа.
Анна отпила большой глоток коктейля, и, собравшись с силами, оторвала глаза от пола и оглядела окружающую ее обстановку и людей. Стены были украшены огромными репродукциями черно-белых фотографий. Анна посмотрела на ближайшую к ней фотографию.
С фотографии на Анну смотрела удивительная женщина. Затянутая в кожаный костюм, с обилием блестящего металла на нем, она не выглядела фриком. Она выглядела именно так, как и должна была выглядеть, по мнению Анны, настоящая Dominatrix: потрясающе привлекательной с длинными черными волосами и повелительным взглядом пронзительных глаз. Dominatrix раскинулась на леопардовой шкуре, разложенной на мраморном полу. При этом на лиц ее была почти хищная улыбка. Было ясно, что такая женщина не потерпит никакого неповиновения - ее правая рука покоилась на рукоятке хлыста. Ее костюм скрывал обнаженную плоть, но давал понять, какие восхитительные вещи скрываются под ним.
Неожиданно, вглядевшись в картину, Анна заметила еще кое-что -на талии у Dominatrix был одет пояс из какого-то черного материала, сливавшийся с ее костюмом. Это был не просто пояс -это был пояс, увенчанный огромным искусственным членом. Освещение на фотографии было подобрано так. что не выдвигало страпон на передний план, но стоило не спеша всмотреться, как это становилось очевидно.
Анна продолжала стоять, уставившись на фотографию, переключая свой взгляд между глазами женщины и пенисом-монстром.
"Ошеломляет, не правда ли?", спросила Сабра, выводя Анну из транса. "Это и есть наша Королева Труди. Она - художник, и это - ее автопортрет для выставки, открытию которой и посвящена данная вечеринка".
Сабра повела ее вдоль стен зала. Все вокруг был увешано черно-белыми фотографиями всех форм и размеров. Ни на одной из них уже не было самой Dominatrix - только ее "жертвы". Каждая фотография демонстрировала ту или иную молодую женщину (или нескольких сразу) во всевозможных видах порабощения или наказания.
Некоторые из показанных женщин были связаны, у других в рту был кляп, некоторые были запечатлены во время наказания, но в глазах каждой модели ясно читалось возбуждение.
Анна была очарована фотографиями. Вот исполосованная кнутом женщина, прикованная за руки и ноги к дыбе - ей прямо во влагалище рукояткой глубоко воткнут кнут, которым, видимо, ее и наказали. На шее у женщины тяжелый металлический ошейник с шипами - это ее единственная одежда. В ее глазах - мольба и, одновременно, похоть.
Анна задумалась: хотелось бы ей самой быть выставленной на всеобщее обозрение в таком виде. И почему эта картина так возбуждает её? Она начала чувствовать знакомое покалывание в низу своего живота. По мере дальнейшего изучения выставленных работ ее возбуждение только усиливалось. Она упивалась изображениями этих беспомощных женщин, каждое - все более шокирующее, чем предыдущее: порка всевозможными орудиями; проколотые соски и половые губы; беспомощные тела пленниц, беспощадно пользуемые скрытыми полумраком палачом. Анна осознала, что ни на одной из фотографий, ни в роли пленницы, ни в роли палача, она не видела мужчин.
В нижнем углу каждой фотографии виднелась подпись готическими буквами: "ТРУДИ".
Сабра дотронулась до ее плеча и понимающе улыбнулась. Анна с трудом оторвала глаза от очередной ошарашившей ее фотографии, где очередная доминатрикс (были видны лишь ее соблазнительные ягодицы и рука, сжимавшая плеть) заставляла связанную и стоящую на коленях пышную блондинку ласкать языком ее анус. Киска Анны окончательно и бесповоротно намокла. Она была сбита с толку и растеряна: все её мысли вращались вокруг тех ощущений, которые должно быть чувствовали эти женщины, когда их связывали и заставляли фотографироваться. Наручники на запястьях Анны позволили ей понемногу вживаться в эту роль, хотя Сабра явно не тянула на роль суровой доминатрикс.
Ей потребовалась несколько минут, чтобы понять, что Сабра говорит с нею. Она залилась краской и с трудом заставила себя вслушиваться в речь своей подруги.
"Королева Труди не только известный фотохудожник, но и один из лидеров сообщества "Sub Rosa". Ты скоро ее увидишь вживую".
"А мужчины не являются членами Сообщества?", спросила Анна и мучительно покрылась краской, боясь, что ее вопрос покажется Сабре двусмысленным.
Но Сабра не стала её подначивать. "Почему же? Есть и доммы, и рабы, и даже гомосексуальные пары. Но сюда они не приглашены. "
Тут Сабра улыбнулась: "Хотя мне чертовски хотелось бы увидеть здесь одного из столпов Сообщества. Его зовут Барон Суббота. О нем ходят черти какие слухи".
"Какие?" с любопытством спросила Анна.
"Будто бы у него в подчинении находилась молодая семейная пара, с которыми он практиковал весьма строгое обращение, включающее постоянный бондаж и принудительное целомудрие. Но этим сейчас удивить сложно - у многих доминатрикс в подчинении есть сабы обоего пола. Так вот уверяют, что он почувствовал в молодом человеке сильную женскую составляющую, и настолько успешно развивал ее в нем, что полностью его феминизировал!"
"Как это?"
"Так, как это и бывает - вначале пояс целомудрия и практически полное отсутствие "разрядки" для его пениса, потом женские наряды, гормональные препараты, вагинопластика, искусственное увеличение груди и так далее... Проще говоря, теперь у Барона две очаровательных рабыни, и никто не может понять, кто из них бывший саб Барона".
"Ужас!", Анна побледнела.
"На самом деле, боди-модификации - вещь очень и очень распространенная в нашем Сообществе. Ладно, нам хватит болтать, мне нужно пообщаться с кое-кем из гостей".
Анна, наконец, обратила внимание на гостей. Их становилось с каждой минутой все больше.
Анна чувствовала себя немного ошеломленной происходившим вокруг. Она поставила пустой бокал от шампанского на поднос проходившей мимо горничной бокал шампанского, и сообразила, что он уже далеко не первый для нее.
"Возьми и пойдем, " сказала Сабра, вручив ей новый бокал.
Сабра привела смущенную девушку в самый центр помещения. Сабра громко поздоровалась с двумя вновь пришедшими гостями: высокой рыжеволосой дамой лет сорока (Сабра назвала ее Келли) и худенькой молоденькой брюнеткой. Анна также смущенно поздоровалась с ними, безуспешно пытаясь спрятать наручники от их взгляда, но так и не удостоилась их внимания.
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |  | Я забилась в оргазме, сползая на пол, не в силах держаться на ногах. Мои ноги судорожно дергались, все тело сводило, а Артур продолжал сильными толчками двигаться во мне. Наконец, Артур спустил внутрь меня, вытерся полотенцем и вышел. Я осталась одна. Голая, с спермой двух мужчин в вагине и привкусом спермы во рту. Сил на то, чтобы принять душ уже не было. Я просто вытерлась полотенцем, повязала его на себе и вышла из раздевалки. Дверь в баню была открыта, и мужчины уже вернулись из бассейна. Когда я зашла, на их лицах были ухмылки и они смотрели на меня. Я поняла, что они слышали происходящее в соседнем помещении. Я не подала виду, и стала пробираться к скамейке "полковника" чтобы сесть рядом, но один из парней, имя которого я не знала, схватил меня за ноги и усилием посадил себе на колени. По взглядам остальных мужчин я поняла, что они все знают и все обсудили. Парень нагло снял с меня полотенце, достал свой член, который уже стоял, и стал усаживать меня на себя. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я быстро залезла головой под него и взяв его член в ротик стала вводить пальчик в его попку. Нащупав нужную точку, я просто держала его член во рту и трахала пальчиком его дырочку. Через минуту Костик застонал и стал толчками выплескивать сперму мне в ротик. Я послушно с радостью все проглотила. Вытащив пальчик из его попки и облизав его головку, уже вялого члена, я вылезла из под него и подала ему трусики. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Подхожу к двери, открываю, вхожу, закрываю... Мама! Она превратила свой кабинет в комнату пыток. Страшная картина. Здесь кресло с дырой на сидении и с ремнями на подлокотниках и на передних ножках, для того, чтобы приковать, можно еще приковать к стене, еще посреди стоит деревянный козел с ремнями на концах ножек... Она это все приготовила для меня. Я уже представила, как меня наказывают до полусмерти. Долго и страшно пытают, мучают... Мне уже мерещится моя же кровь вокруг мест для казни, а я вишу, прикованная к стене, с глубокими ранами по всему телу и даже на лице. Надо выбираться от сюда, пока не поздно. Я дернула за ручку двери, а она не открывается. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Это была моя последняя юбка. Падая, я оперлась руками об пол и теперь мои руки были по локоть в коричневой вонючей жиже. Роняя горькие слезы я торопливо вымыла их лимонадом и сняла юбку. Безнадежно! Я попытась намочить ее лимонадом и потереть. Кал только сильней впитывался в ткань. Из белой юбка стала грязно - коричневой. Домой мне предстояло возвращаться в трусах с торчащим из влагалища обрывком майки. В свой вагон я решила не возвращаться. Решила пройти в следующий, где меня никто не знает, упасть в ноги проводнице и попросить помощи. Открыв дверь, сверкая своими трусами я ринулась в соседний вагон. Какое счастье, следующий вагон оказался купейным, народу никого и о боже, открытый туалет. Я впорхнула в него и закрыла дверь. Воды не было и здесь. Зато валялся засохший обмылок. Изнемогая, я стала поливать юбку лимонадом и тереть мылом. Прошло часа два. В туалет всего пару раз стучались, но я молчала как рыба, стирая в кровь пальцы драила свое последнее прикрытие. Трижды мне пришлось отвлечься, залазя на унитаз и отправляя в небытие остатки злополучных пирогов. Через два часа я вышла из туалета в мятой, насквозь сырой, но более менее чистой юбке. Остаток дня я провела стоя в коридоре, смотря в окно, вспоминая и заново переживая все те унижения через которые мне пришлось перейти за этот долгий день. Поздно ночью я возвратилась крадучись в свой вагон и легла спать. Душу согревала мысль что утром моя станция, где мне предстояла пересадка на поезд до дома. |  |  |
| |
|