|
|
 |
Рассказ №12514
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 27/02/2011
Прочитано раз: 122109 (за неделю: 13)
Рейтинг: 77% (за неделю: 0%)
Цитата: "Между тем посол в ритме отбойного молотка насаживал Катьку на свой член, пока не погрузил его полностью в ее недра, а Катька, повизгивая и постанывая от удовольствия, подмахивала ему. Минут через пять ее накрыла первая волна оргазма и она заметалась, подавшись всем телом вперед, обхватывая ногами бедра посла, словно пытаясь запихнуть в себя его член вместе с яйцами. Посол с хриплым рычанием выдернул член из Катькиного влагалища, видимо в его планы не входило заканчивать так быстро. Моему взгляду открылась розовая широченная дыра с широко раскрытыми половыми губами, проделанная огромным членом посла. Мои яйца отозвались на это зрелище сладкой болью...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Это конкурсный рассказ на тему "Секс с другими".
Рассказы конкурса читайте начиная с выпуска от 29 января
 Мы с моей женой Катей заканчивали МГИМО вместе, на пятом курсе поженились. После института мне повезло - удалось сразу устроиться переводчиком в посольство одной африканской страны. Надо сказать, мои африканцы как работодатели были выше всяких похвал: помня свое колониальное прошлое работать старались поменьше, а и российские инпредкадры не особо утруждали работой, а платили весьма неплохо. Катюше же повезло меньше - ее "потолком" оказалась работа преподавателя французского языка, хотя и в элитном колледже. После полугода работы среди толстых теток-училок моя Катька совсем скисла и постоянно жаловалась на то, что безнадежно теряет уровень языка, вбивая знания в тупые головы тинейджеров. Поэтому, когда мои африканцы задумали с помпой отметить день независимости своей банановой республики, пригласив на праздник в том числе и русский персонал с женами, я решил развеселить Катьку и даже выделил запредельную для нашего семейного бюджета сумму на "обмундирование". Зато когда моя Катерина выпорхнула в своей новой амуниции из спальни, я сам уронил челюсть: куда только подевалась моя занудная студентка-отличница и скромная училка в строгих костюмах! Лихорадочно порывшись в памяти на предмет протокольного дресс-кода я все же решил, что Катькин наряд не очень выходит за его пределы и, что было важнее, почти полностью повторяет цвета национального флага моих африканцев, а значит, может быть обыгран как дань уважения к их освобождению от колониального рабства.
Надо сказать, что на празднование были собраны почти все мало-мальски значимые представители африканской диаспоры в Москве. Еще ни разу я не видел такого количества шоколадных, черных и оливковых белозубых физиономий, заключенных в оправу шикарных костюмов от Легельфельда, рубашек от Валентино и золотых запонок от Гуччи.
Моя Катерина не смотря на все великолепие африканцев, была звездой вечера, шутя и щебеча на своем безупречном французском.
Надо сказать, кому веселье, а кому - работа. Весь вечер я переводил тот взаимный дипломатический бред, которым обменивались приглашенные гости и мои африканцы, желающие вытянуть из этих гостей новые инвестиции в свою богом забытую державу.
Не удивительно, что к концу вечера я обнаружил, что потерял Катюху из вида, с удивлением обнаружив что больше не слышу ее заливистого смеха. Однако, приближался тот момент, когда согласно дипломатического протокола все посторонние и приглашенные должны покинуть резиденцию посла. Дальше празднование должно было проходить в узком кругу. Мой коллега-переводчик как-то пошутил, что когда гости расходятся, мои африканцы снимают свои безупречные костюмы, облачаются в набедренные повязки и мцебо (кто не знает - это такая афринанская спецодежда, надеваемая на член) и достают из кладовки тамтамы и барабаны. И тут же начинается самое веселье.
Как бы там не было, но нам с Катериной было пора уходить и я отправился ее искать. На первом этаже подругу жизни обнаружить не удалось, пришлось подняться на второй этаж - в жилые помещения. Мне показалось, что я слышу женский смех оттуда.
В холле второго этажа я замешкался - вообще-то наемному персоналу здесь появляться не полагалось. В приоткрытую дверь одной из комнат я увидел Катино красное платье и услышал ее голосок. Меня слегка шокировали те кокетливые французские фривольности, которые изрекала моя женушка. Но когда я увидел в щель ее собеседника, я окончательно растерялся. Мелькнула мысль: интересно, уволит ли меня посол за то, что несет моя слегка нетрезвая жена, или за то, что я вперся в запретную зону для еще стал свидетелем их диалога?
В любом случае врываться в комнату не следовало. Тем более что, если верить Шекспиру, ревнивец-мавр был чернокожим, а не белым. Следовало сохранять нордическую стойкость предков-викингов.
Минут 15 в запасе до "часа Золушки" у нас еще было. Катерина была предварительно проинструктирована мною о необходимости соблюдения протокола, а на каминной полке, на которую опирался ее обнаженный локоток стояли часы. Так что шанс избежать дипломатического скандала у меня еще был. Поэтому я решил еще минут 10 подождать в холле, и, чтобы не торчать столбом, опустился в глубокое кожаное кресло, стоящее в полумраке оконной ниши. В этот момент другая дверь, ведущая в холл, распахнулась и, не заметив меня, мимо прошествовали шесть "особо приближенных к посольству" представителей африканской бизнес-элиты. Нет, вопреки предположениям моего коллеги, набедренных повязок на них еще не было, но шикарные пиджаки и галстуки, по-всей видимости, были скинуты где-то в недрах посольства, вороты белых рубашек расстегнуты, а в руке каждый держал по бутылке "Мадам Клико". Видать ребята решили не дожидаться, пока гости окончательно разойдутся и горели желанием продолжить банкет в узком кругу.
Эта "шестерка вороных" скрылась в той же комнате, где моя женушка любезничала с послом. Угроза дипломатического скандала становилась все реальнее.
С другой стороны, я слегка позлорадствовал. Катюха была у нас на курсе "лучшим специалистом по протоколу" , как любил повторять декан. Я же всегда ходил в безнадежных троечниках, не в силах запомнить все эти дипломатические условности. Было интересно, как Катька сейчас будет выкручиваться в реальной ситуации. Супруга была не настолько пьяна, чтобы не отдавать себе отчет в своих действиях.
В этот момент я услышал звон бокалов и витиеватые африканские тосты, прославляющие красоту и ум моей жены и ее голосок, выражающий благодарность элегантным и галантным мужчинам. Видимо, я все-таки не дооценил степень опьянения своей жены. Ситуация выходила уже не только за рамки протокола, но и за рамки приличия. Я придвинулся к двери поближе и заглянул в щель. Увиденная картина меня порадовала: моя прелестница протягивала хозяевам вечера свою лилейно-белую ручку и выражала благодарность за прекрасный вечер и сожаления о том, что вынуждена их покинуть.
- Мадам Кати, всего один танец - и мы вас отпустим! - прикладывая губы к ее запястью, заверил посол.
Кто-то включил музыку. Пожалуй насчет там-тамов мой коллега был не так уж и не прав. Помещение заполнила вязкая, тягучая и ужасно эротичная музыка. Низкие басы порождали глухую вибрацию где-то внизу живота, а высокие звуки Moffou - африканской флейты, щемили сердце. Под такую музыку хотелось любить и плакать.
Ничего подобного Катька точно станцевать не смогла бы. Один из африканцев взял ее за руку и повел по кругу. Катерина шла за ним как сомнамбула, зачарованная звуками необычной музыки. На миг передо мной мелькнуло ее растерянное и даже слегка испуганное лицо.
Музыка нарастала мощным водоворотом, Катерину нежно и властно передавали из рук в руки, не выпуская из центра круга и вдруг, с последним аккордом музыки, семь пар черных рук взметнули ее вверх, подняв над собой как красный трепещущий факел.
- Пожалуйста, пожалуйста, отпустите меня! - лепетала супруга. Но ее уже никто не слушал.
Не спуская вяло вырывающуюся Катьку с рук, танцоры проследовали в соседнюю комнату. Видимо, это были личные апартаменты самого посла. Я же в свою очередь проскользнул вслед за ними в комнату с камином, благо последний из уходящих позаботился выключить в ней свет. Катьку опустили на шикарную кровать, застеленную алым атласным покрывалом. Нетерпеливые руки шарили по Катькиному телу, стаскивая с нее платье, чулки, трусики. Одновременно африканцы умудрились раздеться сами. Я мысленно присвистнул, увидев что скрывалось в их дипломатически безукоризненно отглаженных брюках. Мои собственные "твердые восемь дюймов" , которыми я так гордился, обозревая в бане чужие жалкие "пальчики" и "карандашики" , померкли в моих собственных глазах перед великолепием этих 30-ти сантиметровых толстенных черных палок. Надо сказать, ребята оказались не лишены эстетства. Один принялся вылизывать Катькину киску, пара других мяли груди, третий завладел Катькиной ножкой и один за другим облизывал пальчики, причмокивая от удовольствия. В это время один из африканцев установил на штативе камеру. Минут через пять Катька начала постанывать и выгибать спинку. Тогда посол подтянул ее к краю кровати, ухватил Катьку за бедра, раздвигая в стороны ее согнутые в коленях ноги и резко вошел в нее. Катька охнула и забилась на конце его исполинского члена. У меня мелькнула мысль, что, наверно, правительство моих африканцев раздает руководящие должности, ориентируясь именно на это достоинство кандидата. В моих штанах тоже стало тесно и я расстегнул ширинку, выпуская наружу свой жалкий восьмидюймовник.
Между тем посол в ритме отбойного молотка насаживал Катьку на свой член, пока не погрузил его полностью в ее недра, а Катька, повизгивая и постанывая от удовольствия, подмахивала ему. Минут через пять ее накрыла первая волна оргазма и она заметалась, подавшись всем телом вперед, обхватывая ногами бедра посла, словно пытаясь запихнуть в себя его член вместе с яйцами. Посол с хриплым рычанием выдернул член из Катькиного влагалища, видимо в его планы не входило заканчивать так быстро. Моему взгляду открылась розовая широченная дыра с широко раскрытыми половыми губами, проделанная огромным членом посла. Мои яйца отозвались на это зрелище сладкой болью.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
|
|
|
| |
| | Он встал и вытер грязные ладони о салфетки. Затем поглядел на мою уже расстегнутую ширинку и на член, очень похожий в тот момент на солдатика. Головка, если бы мы могли видеть ее цвет, поразила бы нас своим пунцовым цветом. В темноте же она грозно темнела и напоминала шарик мороженого в вафельном рожке. Он стал на колени и стал ласкать ствол члена. Я взмолился и попросил его дать мне поскорее кончить, но парнишка приподнял рукой мою мошонку и стал облизывать яички. У меня довольно крупные яйца и он по одному брал их в рот, а затем языком водил по члену, не касаясь головки. Мой член вздрагивал от биения пульса с невероятной силой, головка расширилась до невероятных размеров, а внизу живота было тяжело и остро требовалась разрядка. Когда он проводил языком вверх по стволу, то кончиком носа касался головки и в эти моменты я сотрясался от сладкой боли. Затем он языком лизнул в очень чувствительных местах в самом широком месте головки и я чуть не потерял равновесие от электрического разряда, который прошел от члена по всем мышцам. Он взял в рот лишь головку и этого было достаточно, что бы заставить меня застонать в предвкушении оргазма. Он понял, что сейчас я обкончаю его ротик и стал яростно облизывать головку круговыми движениями не выпуская ее изо рта. Я приподнял поясницу и стал неистово кончать. Наверное выпускал сперму раз 10. Он снова прижал головку к нёбу, и сузив отверстие в члене заставил сперму выбиваться с большой силой. Через 3-4 выстрела его рот был полностью наполнен и ему пришлось выпустить член изо рта. Остальные несколько раз я спускал на его лицо. Когда я увидел как первые капли орошают его губы и подбородок, то мой опадающий член вновь невероятно напрягся и последние почти холостые выстрелы выпустили пару капелек под напором. В порыве безумства я слизал всю сперму с его лица и при этом еще поддрачивал свой член, который не только не успокоился, а хотел новой разрядки. Мне пришлось гладить себя тыльной стороной ладони, которая не была испачкана землей, мой парнишка тоже тер мою головку и я снова очень быстро кончил, но уже выпустил лишь несколько капель. | | |
| |
|
| |
| | Член Санька скользнул внутрь легко, очевидно сучка потекла, нравилось eй грубое обращение и внимание взрослых парней. Санёк долбил грубо и беспощадно, вгоняя свой инструмент на всю длинну. Лена охала и стонала, кажется её пробрало, и бёдра девочки невольно двигались навстречу насильнику. Васёк же свой член сунул в рот, затыкая стоны, и стал ебать прямо в горло. Он так глубоко задвинул свой агрегат, что на тонком горлышке Лени образовалось вздутие. Оба парня долбили нежное тело в бешеном ритме, сладострастно охая и обзывая нашу подругу матерними словами: | | |
| |
|
| |
| | Без особой надежды я подошел к ней и приготовился отодвинуть ее ближнюю ко мне руку с одеяла. Я осторожно положил руку на ее запястье и поднял его. Я не встретил абсолютно никакого сопротивления! Я передвинул ее руку в сторону и опустил. Ее рука теперь свисала с края кровати, освободив одеяло. Я не мог поверить, что это было так легко. Это натолкнуло меня на мысль. Я подошел еще на шаг к кровати, приспустил вниз пижамные штаны и трусы, высвободив свой хуй, торчащий прямо в ее сторону. Я подошел к ее свисающей руке, разжал ее пальцы и вложил ей в руку свои яйца. Ощущение было невероятным! Я смотрел на лицо своей сестры и улыбался. Она не могла даже представить, какое наслаждение она мне доставляла, держа меня во сне за яйца! Я обхватил ее руку своей и подвигал ее пальцами, будто она перебирала мои яйца, я был близок к тому, чтобы кончить, настолько это были сильные ощущения! Но я пока не стал этого делать. Я повернулся и осторожно сел на край кровати Эллы, стараясь не разбудить ее. Я снова взял ее за запястье и положил ее руку себе на колени. | | |
| |
|
|
| |
| | Предварительно убедившись, что пассажиры автобуса заняты своими делами, он наклонился и принялся быстро сосать член друга, плотно обхватив его губами. За годы взаимной практики минета, ребята научились либо делать это быстро, либо оттягивать удовольствие. В данном случае нужно было торопиться, поэтому Вовка кончил быстро. Руслан принял внутрь всю порцию спермы друга, едва успевая глотать. Напоследок он еще раз вылизал член, убедившись, что спермы больше нет, чтоб друг не испачкал ей свои шорты. Это был для ребят привычный ритуал и никому из них не приходило в голову брезговать друг дружку. Закончив, мальчик сел откинувшись на спинку кресла. | | |
| |
|