|
|
 |
Рассказ №12534
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Пятница, 04/03/2011
Прочитано раз: 67048 (за неделю: 11)
Рейтинг: 76% (за неделю: 0%)
Цитата: "Она сама опустилась на колени и припала губами к его ступням. Нежно разув ноги своего начальника, Оксана Ивановна стала ласкать их, погружая в свой влажный рот попеременно каждый палец...."
Страницы: [ 1 ]
Это конкурсный рассказ на тему "Секс с другими".
Рассказы конкурса читайте начиная с выпуска от 29 января
 Сидя на диване и дымя дорогой сигарой, Павел с удивлением рассматривал стоящую перед ним женщину.
Он намеренно не предложил ей сесть, и сейчас упивался ее явным стыдом, и униженным положением.
- Это же надо до чего ты докатилась, Оксана! А я дурак еще пытался за тобой ухаживать. А тебя надо было просто загнуть раком и выебать, как сделали эти мальчишки!
К подобному обращению Оксана Ивановна уже начинала привыкать, но слова из уст всегда до этого вежливого с нею начальника, били ее наотмашь.
- Павел, Вы же знаете, что все произошло случайно... Я никогда не была такой... Я этого не хотела...
- Не хотела? Ко мне, сучка!
Когда Оксана Ивановна приблизилась к Павлу, он запустил руку ей под передничек, сразу же нащупав умелой рукой клитор женщины. Пальцами он поводил по клитору, ущипнул за него, а затем погрузил руку в ее щелку.
- Не хотела? Да у тебя же уже вся пизда мокрая, погляди!
Павел продемонстрировал Оксане Ивановне свои пальцы, действительно обильно покрытые ее выделениями.
Спорить с этим было глупо, Оксана Ивановна и сама ощущала, что вместе с ее нынешним вечным спутником - стыдом, ее наполняет и вечное теперешнее желание.
Павел вытянул ноги, красноречиво посмотрев на Оксану Ивановну. Он еще ничего не сказал, но женщина каким-то приобретенным за последнее время шестым чувством поняла, что он хочет.
Она сама опустилась на колени и припала губами к его ступням. Нежно разув ноги своего начальника, Оксана Ивановна стала ласкать их, погружая в свой влажный рот попеременно каждый палец.
Такого Павлу никогда не делали даже проститутки, и он почувствовал, что его член сейчас выпрыгнет из штанов.
Только теперь он осознал, что с этой женщиной теперь можно делать абсолютно всё, чего только можно пожелать, и чего нельзя делать ни с кем другим.
И раньше ему всегда больше всего в этой красивой женщине, нравился ее крупный, мясистый зад. Сейчас, глядя, как женщина ползает перед ним, отклячив свою пятую точку, Павел хищно усмехнулся.
- Встань раком, шлюха!
Оксана Ивановна, дыша как паровоз от собственного возбуждения, стоя четвереньках, послушно развернулась своей тяжелой задницей к мужчине.
Павел овладел ею прямо на своем роскошном ковре, легко войдя в горячую, сочащуюся от женских соков, щель Оксаны. Комнату наполнили чавкающие и хлюпающие звуки, от чего стало ясно, что внутри Оксаны Ивановны мокро, словно в болоте.
Накачивая Оксану, Павел погрузил палец в аккуратное колечко ее ануса. Как-то так получилось, что несмотря на ее более чем тридцатидневную сексуальную эксплуатацию, никто из ребят еще не удосужился отыметь Оксану Ивановну в попу, и сейчас этот пробел предстояло заполнить ее боссу.
Смазать ей анус Павел не удосужился, и воспользовался для облегчения задачи слизью возбужденной женщины, которая обильно вытекала из ее разгоряченного влагалища.
Вначале головка его члена никак не могла войти в попку женщины, отчего Павел немедленно озверел, и несколько раз сильно шлепнул Оксану Ивановну по колышущимся ягодицам.
- Расслабься, блядь! Дыши глубоко, потаскуха! Дыши, как во время родов, дура!
Испуганная женщина сделала всё возможное, и наконец, член Павла проскользнул ей в попку, отчего Оксана Ивановна заорала на всю квартиру, как подраненная крольчиха.
Павел уже знал, что Оксану Ивановну можно не жалеть, поэтому, нависая над ней, яростно ввинчивал в нее свою член на всю глубину. От ощущения того, как плотно обхватили его половой орган упругие, неразработанные стенки ее ануса, Павел не смог долго терпеть и обильно разрядился в задницу Оксаны.
Почувствовав, что ее больше никто не держит, жалобно поскуливая, женщина отползла в угол комнаты, и там разрыдалась. Ее беспомощное поведение рассмешило Павла.
- Куда полезла, дура! Стой!
Он поймал ее за стройную лодыжку, и будто неодушевленное чучело подтянул к себе.
- Теперь надо почистить мне хуй! Всему тебя учить надо, овца!
На беду Оксаны это была суббота, поэтому весь следующий день ей предстояло провести с Павлом.
Утром пока утомленный Павел Юрьевич спал, Оксана тихонько проскользнула в ванну, где принялась тщательно приводить себя в порядок.
Душ, косметика, прическа - всё это позволило изрядно потрепанной и потасканной за ночь женщине, снова придать себе весьма привлекательный вид.
Облачившись в свой блядский костюм горничной, посвежевшая Оксана, вышла, с замиранием сердца гадая, что же еще предстоит ей испытать, и "сюрприз" не заставил себя долго ждать.
Прямо в коридоре к своему ужасу она столкнулась с очень ухоженной, молодой девушкой, в которой без труда узнала, 25-ти летнюю жену Павла Юрьевича - Светлану, с которой несколько раз виделась, когда та заезжала к мужу в офис.
В сцене ревности устроенной Светланой, которая раньше положенного срока прилетела из отпуска, Оксана Ивановна практически не участвовала, так как Павел грубо затолкнул ее в соседнюю комнату, куда лишь изредка доносились крики, ругающихся супругов.
Оксана Ивановна сидела, как мышка, мечтая только о том, чтобы как-нибудь незаметно улизнуть от всего этого кошмара, который выпал на ее долю. Этого ей было не суждено, так как повелительный голос Павла не замедлил вызвать Оксану Ивановну в комнату, где происходила семейная разборка.
Светлана сидела, закинув ногу на ногу, в кресле, Павел напротив, а Оксана так и застыла перед ними, не зная как себя вести и что теперь делать.
Под неприязненным взглядом Светланы, Оксана Ивановна понимала как глупо, пошло и бесстыже она сейчас выглядит - сорокалетняя тетка в своем откровенном костюме, выставляющем на показ все интимные прелести.
Диалог между мужем и женой заставил Оксану еще больше зардеться от стыда.
- Света, я же уже объяснил! Наша Оксана Ивановна - это уже не женщина, а автомат, как кофе-машина, например, но только для секса. Ревновать к автомату бессмысленно.
- А никого помоложе, ты найти себе не смог?
- Ну по мне так она еще вполне ничего... Конечно же по сравнению с тобой она никуда не годится!
- По сравнению со мной она старая кобыла! Ладно, будем считать, что ты меня убедил, пускай будет лучше эта, чем твои секретарши, но про обещанный мне подарок, не забудь!
- Конечно, дорогая, завтра же поедем в ювелирку!
- Ок. Эй, кобыла, тебя что за твои сто лет ни разу не научили, что спать с чужими мужьями нехорошо?
Говорят, есть секунды, когда в момент наисильнейшего волнения, перед глазами проносится вся жизнь. С Оксаной Ивановной произошло что-то подобное. Жизнь красивой, интеллигентной, порядочной женщины, приличной дочери, верной жены, заботливой матери - промелькнула перед ней.
Промелькнула и растаяла в дымке, оставив ее, неоднократно и по всякому отъебанную, стоящую сейчас в позорном костюмчике перед молодой женой своего ночного трахаря, и испытывающую, вопреки здравому смыслу, какое-то жуткое вожделение, от которого ляжки начинают гореть огнем, а низ живота сводит от желания, и заставляющее ее терпеть и сносить весь позор, и все унижения...
- Простите меня, Светлана... Я понимаю, что это ужасно...
- Ха! Ты что, старая пизда, почувствовала себя нашалившей девочкой? Ну что же! Я тебе напомню, как наказывают нашаливших девочек! Паша, поставь ее раком!
"Это сон! Это сон! Это сон!" , - стучало в голове у Оксаны Ивановны, стоящей на четвереньках, и воющей от боли и обиды, когда молодая девушка на глазах у восхищенного Павла Юрьевича, немилосердно порола ее ремнем по тяжелой, упругой заднице.
"Это сон! Это сон! Это сон!" , - стучало в голове у Оксаны Ивановны, когда она уткнувшись в терпкую промежность Светланы, работала языком, вылизываю юную щелку, одновременно ощущая, как сзади ее буравит твердый член Павла.
"Это сон! Это сон! Это сон!" , - стучало в голове у Оксаны Ивановны, когда она возвращалась к себе вечером домой, нелепо оттопырив настрадавшуюся попку, и молясь только о том, чтобы сын не заметил ее плачевного состояния...
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
|
|
| |
| | Завороженный я смотрю на неё! И на коленях поддвигаюсь к ней. Аромат пьянит. Хочу попробовать её на вкус. И вот мой язык касается твоих губ. Нежно скользят по ним, губы смыкаются на капюшоне клитора и нежно его посасывают. Твои руки опускаются на мою голову и вжимают её в себя. Мммм. Как же это вкусно!!! Я долго и страстно вылизываю тебя. | | |
| |
|
| |
| | Член без труда стал проникать в пещерку. Отец уже хорошо растянул её своим колоссом. Я продвинул его дальше и почувствовал, как тёплая влажная плоть обняла его. Жанна вздрогнула, на миг застыла, тихо охнула. Я начал водить свои телом вверх-вниз, погружаясь всё глубже в женскую плоть. Вскоре мой член полностью вошёл в неё. Я ощущал там через тонкую перегородку движущийся член отца. Жанна перестала двигаться, давая свободу нашим движениям в её теле. Я стал поводить в такт движений отца, когда его поршень выходил, мой входил. Я посмотрел на рядом лежащую на боку Адрию, которая с интересом наблюдала за нами. Это игра меня эмоционально взрывала. Но не только меня. Жанну всю затрясло, оглашая комнату эротичными возгласами. Понукаемый этим возгласами, я сделал еще несколько энергичных движений и захрипел, расставаясь со своими остатками спермы, орошая глубины Жанны. Я сполз и растянулся рядом с Адрией. В этот момент отец спихнул с себя удовлетворённую женщину. Опрокинув её спиной на покрывало, он стал на колени над её головой. И шустро задвигал свой рукой по члену, выстреливая на лицо струйки семени. Мутные капли упали на красивое личико женщины. Отец, словно преподавая мне урок, приподнял за затылок её голову и сунул головку члена в её полуоткрытый рот, потрясывая его, выжимая последние капли: | | |
| |
|
| |
| | Женька уже успел пресытиться обычными любовницами, и ему очень хотелось чего-нибудь необычного. Листая от скуки рекламную газету, он наткнулся на фотографию двух молоденьких девушек и призывное объявление "супермассаж выполнят соблазнительные красотки!" | | |
| |
|
| |
| | Краем сознания я понимал, что это нельзя делать... Надо отшутиться, быть может, даже погладить её по голове, ведь она ровесница моей дочки. Но тот, который сидел во мне, уже перехватил инициативу и я просто не хотел ему препятствовать... Подчиняясь и радуясь предстоящему! Встав на колени, перевесился через край ванны, чувствуя, как желание и похоть, прокатывается по телу заставляя дрожать в предвкушение каждый мускул, каждую клеточку моего тела. Нежно взял её за голову и, утонув в широко раскрытых карих глазах, припал к горячим прямо таки зовущим губам... | | |
| |
|