|
|
 |
Рассказ №14750
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 27/12/2025
Прочитано раз: 50425 (за неделю: 8)
Рейтинг: 35% (за неделю: 0%)
Цитата: "- Не прикасайтесь ко мне! - взвызгнула мама, пытаясь вырваться, но рядовые крепко держали ее, одновременно пялясь на открывшиеся их взгляду крупные соски маминых грудей и на черный лес ее волос, расположенный чуть ниже живота. Между тем сержант выполнил свое обещание: все женские вещи разлетелись над прудом в разные стороны и попадали в воду сопровождаемые дамским визгом. Сержант медленно с ухмылкой подошел к моей маме и скомандывал зычным голосом своим людям:..."
Страницы: [ 1 ]
- Везет тебе, Корявый! - завистливо произнес Хмыка, окуная кисточку в банку с краской и густо мажа ей облезлые линии разметки на плацу, - Мамка приехала, да еще с девчонкой твоей, как же ее предки отпустили то?
- Так она не одна, она с матерью своей. - ответил я, снимая шапку и вытирая пот со лба.
- А ко мне хрен кто приедет, - грустно сказал Дутый, - даже вон на присягу и то не смогли, денег жалко, далеко больно ехать...
- А я вообще детдомовский, - вздохнул Хмыка.
- Пацаны, заканчивайте ныть! - попросил я своих друзей-сослуживцев, - а то прям ей богу виноватым себя перед вами чувствую, может и не ходить мне завтра в это чертово увольнение?
- Да ты чо, Колян! - возмутился Дутый, - Мы за тебя наоборот, только рады!
- Не вздумай отказываться! - согласился с ним Хмыка, - О нас не беспокойся, переживем...
Некоторое время мы молча красили плац, потом Хмыка снова заговорил на тему моего завтрашнего увольнения:
- А девчонка то у тебя красивая? Фотка есть?
- Была, - ответил я вздыхая, - вон Дутому показывал в учебке, да только сперли ее тогда вместе с деньгами.
- Да, было дело. - кивнул Дутый, - Однако, когда на фотке это одно дело, а в жизни все по другому...
- Слышь, Колян, - обратился ко мне Хмыка, - А вы куда завтра пойдете, если не секрет?
- Наверное сначала в парк, а потом не знаю. - пожал я плечами.
- А может вместо парка предложишь им на пруд сходить, который на полигоне? - предложил неожиданно Хмыка.
- Это еще зачем? - изумился я.
- Завтра почти вся часть с утра на сенокос уедет, ни офицерья, ни дедов не будет, только мы, салаги, да прапор один. Мы с Дутым через забор возле старого КПП махнем и у пруда в кустах затаимся, хоть одним глазком на вас глянем, а потом идите куда захочется.
- Ладно, считай уговорил, - согласился я.
На следующий день, я как и пологается, в 10. 00 был у главного КПП и мои визитеры долго ждать себя не заставили.
- Ой, Колька, какой же ты стал! - бросилась мне на шею мать, - прям мужчина настоящий!
Моя девушка Лиза скромно стояла в стороне и мило улыбалась, как же я успел соскучится по ее взгляду и улыбке!
- Ну, куда двинем? - спросила тетя Валя, Лизина мама, - Тут в городе парк вроде не плохой, может туда?
- Да там людно слишком, - сказал я, помятуя об уговоре с друзьями, - давайте лучше на пруду посидим, тут не далеко... на танковом полигоне...
- Ой, а там можно? - опасливо спросила мама - вдруг учения какие будут?
- Да что ты, мам, там уже года три наверное никаких учений не проводилось. - успокоил я ее.
Так мы оказались на песчанной полосе возле пруда, с которой когда-то бронелобые учились загонять свои танки под воду и форсировать переправы. Сели на травку, дамы расстелили салфетку, достали свою нехитрую домашнюю снедь, которой мне не хватало на службе и бутылку какого-то вина. Пошли распросы про мою армейскую жизнь, на которые я неохотно отвечал, уплетая мамины пироги и пялясь на голые ноги тети Вали. Никогда бы не подумал на гражданке, что они способны меня возбуждать, но теперь, когда я почти полгода не видел в близи женщин, ее сочные белые ляжки были для меня самым эротичным зрелищем на свете.
- А жарко то как сегодня! - сказала моя мама, - Искупаться чтоль?
- Да ты чего, Люд! Мы ж без купальников, - возразила ей тетя Валя.
- А мы голышом! - подмигнула моя мама, допивая свое вино.
- Может не стоит. - робко промямлил я, опасливо оглядывая окресные кусты, в которых где-то, как я думал, засели мои товарищи.
- Это почему? - удивилась мама, - Ты же сам говорил, что место тихое, а если появится кто, то ты нам крикнешь, а сейчас отвернись, мы раздеваться будем...
"Ничего себе подарочек я Хмыке с Дутым приготовил, - подумал я отворачиваясь, - сейчас три голых бабы в пруду на их глазах плескаться будут и все бы ничего, но одна из них - моя мать, а другая - моя невеста!" Странно, но от мысли, что сослуживцы будут лицезреть прелести Лизы и моей мамы мой член затвердел еще сильнее, чем от созерцания голых бедер тети Вали.
- Айда, девки! - раздался возглас моей мамы у меня за спиной, сопровождаемый веселым женским смехом и плеском воды.
"А эти придурки небось сейчас дрочат там в кустах, - нелестно думал я о своих друзьях, - дай им волю глядишь и лапать бы полезли...". Я представил, как Хмыка с Дутым незаметно выплывают из камышей и бросаются на мою Лизу или маму. Тут я понял, что и мне подрачить не мешало бы...
- Вашу увольнительную! - услышал я строгий бас. Над моей головой стоял непонятно откуда взявшийся патруль бронелобых: сержант и два рядовых.
Я медленно поднялся и извлек из нагрудного кармана требующуюся бумажку.
- Рядовой Корвин, - сказал сержант, возвращая мне мой документ, - вы ведь прекрасно знаете, что на территории полигона запрещено находиться гражданским лицам и военнослужащим вне исполнения своих служебных обязанностей.
- Мы... мы сейчас уйдем, - сказал я заикаясь.
- Коля, что там случилось?! - крикнула мне мама, сидя как и остальные дамы в воде по шейку.
- Нас просят покинуть территорию полигона, - ответил ей я.
- Господи, да сейчас покинем, пусть только они уйдут и дадут нам спокойно одеться, - попросила мама.
- Никак не могу, - твердо заявил сержант, оглядывая женское белье, лежавшее на берегу, - по долгу службы я обязан вас задержать и доставить в комендатуру.
- Хорошо, тогда хотя бы отвернитесь, - сказала моя мама.
- Не могу. - сухо ответил сержант - Выпускать из виду нарушителей не положено.
- Да что ты из себя корчишь, в конце то концов! Я тебе в матери гожусь! - сорвалась моя мама на крик, - Немедленно отвернитесь или мы не двинемся с места!
- В таком случае, я буду вынужден прибегнуть к силе, - произнес сержант и дал команду рядовым раздеваться и лезть в воду, вытаскивать "барышень" , как он выразился. Рядовые, один из которых был толстый очкарик, а другой совсем наоборот - тощий как трость, резво бросились исполнять приказание и когда они уже были в одних черных труселях у моей мамы не выдержали нервы.
- Стойте! Мне надоел этот балаган! - решительно сказала она выходя из воды и прикрывая одной рукой шары упругих грудей, а другой - пространство промеж округлых бедер. Я несколько ошалел от такой картины, т. к. никогда не видел мою мать обнаженной, разве что только в далеком детстве, когда она мылась вместе со мной в деревенской бане. И надо признать, она была очень даже ничего. Она попыталось было подойти к своей одежде, но сержант опередил ее и сгреб все женские шмотки в охабку.
- Что ты себе позволяешь, сопляк! - возмутилась мама.
- Руки по швам! - нагло скомандывал ей сержант, - или ваши шмотки полетят в воду!
- А ну дай сюда! - мама попыталась выхватить у него одежду, но он успел крикнуть рядовым: "Взять ее!" и они схватили мою маму за руки.
- Не прикасайтесь ко мне! - взвызгнула мама, пытаясь вырваться, но рядовые крепко держали ее, одновременно пялясь на открывшиеся их взгляду крупные соски маминых грудей и на черный лес ее волос, расположенный чуть ниже живота. Между тем сержант выполнил свое обещание: все женские вещи разлетелись над прудом в разные стороны и попадали в воду сопровождаемые дамским визгом. Сержант медленно с ухмылкой подошел к моей маме и скомандывал зычным голосом своим людям:
- Пустите ее!
Мою маму отпустили. Она молча смотрела на приближающегося к ней сержанта уже не пытаясь прикрыться, ее щеки покрыл румянец. В какой-то момент их взгляды встретелись и сержант, обняв мою маму, стал ее целовать в засос! Его руки крепко прижали ее обнаженное тело к груди и несколько мгновений мама не сопротивлялась и даже, как мне показалось, отвечала на его поцелуй, но потом, взяв себя в руки, она оттолкнула его.
- Мразь! - вскрикнула мама отвесив сержанту звонкую подщечину.
- Ах ты, тварь! - огрызнулся тот, приказав рядовым снова взять ее.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
»
Читать также:»
»
»
»
|
|
|
| |
| | Если утро показалось Анне бесконечным, то полдень промелькнул в пелене секса. В какой-то момент она упала с кресла и обнаружила себя на ковре - она даже не помнила, когда это произошло. Она лежала там, задыхаясь в послеоргазменном тумане, слегка подёргивая цепь, чтобы киска не высохла и желание не пропало, и неожиданно рухнула обратно в пучину блаженства, дёргаясь на своей цепи всем телом. Цепь лишила её возможности выполнять простейшие дела по дому, но за это превратила её в необычайно эффективную машину для оргазмов. Каждая мысль отзывалась в её мышцах лёгкими содроганиями, которые цепь послушно передавала прямо ей в щёлочку, и она взрывалась новыми ощущениями, после чего её мозг снова заряжался энергией, и всё начиналось сызнова. | | |
| |
|
| |
| | Как то принимая ванну, расслабился нежась в тёплой водичке покрытой пеной и вздремнул, проснулся от щелчка открывания шампуня, и вижу стоит приёмная 23 летняя мама без лифчика, лишь в подъюбнике на голое тело - набрав в ладошку шампунь и пытается намылить мои кудри, шокирован её прекрасным видом груди - я не смог сопротивляться, и пока я находился в шоковом состоянии - она взяла инициативу, намылив голову, скомандовала встать и опереться о стену - намылю спинку тебе, и выдернула за цепочку пробку из ванной - выпустить воду, а с себя сбросила коротенький белый подъюбник и встала в ванну сзади меня и стала натерать спину прижимаясь низом живота к моим ягодицам, за тем прижавшись упругой грудью к моей спине и двигаясь а руками обхватив стала тереть мне по животу и груди, я понимал - это неправильно, этого нельзя - но моё тело хотело чтоб такой кайф не останавливался, а приёмная мамочка перешла тереть мне ноги, ступни и подымаясь к бёдрам, ягодицам не пропуская своими шаловливыми вездесущими пальчиками по всем закоулкам и укромным местам. | | |
| |
|
| |
| | После чего встала и ругаясь сняла трусы, свернула их в клубок и положив в карман кофты в которой была одета подошла к мужику. Теперь буду пиздой светить -сказала она присаживаясь рядом к мужику. Мужик засмеялся. Я что пизды твоей никогда не видал? -сказал он, похлопав её по заднице. Женщина села рядом с ним облокотившись на иву. Наливай - сказала она, ещё по капельки, за трусы, и громко засмеялсь. Мужик быстро налил и что то хотел сказать, но потом махнул рукой выпил. | | |
| |
|
|
| |
| | Но ведь так бывает: вдруг окажется в электричке или в автобусе-троллейбусе ватага парней - ты скользнешь по ним взглядом, и - ни на ком твой взгляд не задержится, никого из ватаги не выделит, и ты, равнодушно отворачиваясь, тут же забывая эти лица, снова продолжишь смотреть в окно; а бывает: взгляд зацепится за чьё-то лицо, и ты, о человеке совершенно ничего не зная, вдруг почувствуешь к нему живой, невольно возникающий интерес - неслышно дрогнет в груди никому не видимая струна, зазвенит томительная мелодия, слышимая лишь тебе одному, и ты, стараясь, чтоб взгляды твои были незаметны, начнешь бросать их на совершенно незнакомого парня, с чувством внезапно возникшей симпатии всматриваясь в мимику его лица, в его жесты, в его фигуру, и даже его одежда, самая обычная, банальная и непритязательная, покажется тебе заслуживающей внимания - ты, исподтишка рассматривая мимолётного попутчика, будешь по-прежнему казаться отрешенно погруженным в свои далёкие от окружающих тебя людей мысли-заботы, и только мелодия, внезапно возникшая, никем не слышимая, будет томительно бередить твою душу, живо напоминая о несбывающихся встречах - о том, что могло бы случиться-произойти, но никогда не случится, никогда не произойдёт, и ты, вслушиваясь в эту знакомую тебе мелодию о несовпадающих траекториях жизненных маршрутов, будешь просто смотреть, снова и снова бросая исподтишка свои мимолётно скользящие - внешне безразличные - взгляды; а через две-три-четыре остановки этот совершенно неизвестный тебе парень, на мгновение оказавшийся в поле твоего внимания, выйдет, и ты, ровным счетом ничего о нём не зная, не зная даже его имени, с чувством невольного сожаления о невозможности возможного проводишь его глазами... разве так не бывает, когда, ничего о человек не ведая, мы без всякого внешнего повода выделяем его - единственного - из всех окружающих, совершенно не зная, почему так происходит - почему мы выделяем именно его, а не кого-либо другого? . . Сержанты, стоявшие в коридоре, были еще совершенно одинаковы, совершенно неразличимы, но при взгляде на одного из них у Игоря в груди что-то невидимо дрогнуло - неслышно ёкнуло, рождая в душе едва различимую мелодию, упоительно-томительную, как танго, и вместе с тем сладко-тягучую, как золотисто-солнечный мёд, - Игорь, еще ничего не зная о сержанте, стоящем наискосок от него, вдруг услышал в своей душе ту самую мелодию, которую он слышал уже не однажды... но вслушиваться в эту мелодию было некогда: дверь, на которой была прикреплена табличка с надписью "канцелярия", в тот же миг открылась, и в коридоре появился капитан, который оказался командиром роты молодого пополнения; скользнув по прибывшим пацанам взглядом, он велел им построиться - и, называя сержантов по фамилиям, стал распределять вновь прибывших по отделениям; Игорь стоял последним, и так получилось, что, когда очередь дошла до него, он оказался один - капитан, глядя на Игоря, на секунду запнулся... "мне его, товарищ капитан", - проговорил один из сержантов, и Игорь, тревожно хлопнув ресницами, тут же метнул быстрый взглядом на сказавшего это, но капитан, отрицательно качнув глазами, тут же назвал чью-то фамилию, которую Игорь из-за волнения не расслышал, добавив при этом: "забирай ты его", - Игорь, снова дрогнув ресницами - не зная, кому из сержантов эта фамилия, прозвучавшая из уст капитана, принадлежит, беспокойно запрыгал взглядом по сержантским лицам, переводя беспомощный, вопросительно-ищущий взгляд с одного лица на другое, и здесь... здесь случилось то, чего Игорь, на секунду переставший слышать мелодию, не успел даже внятно пожелать: тот сержант, которого Игорь невольно выделил, глядя на него, на Игоря, чуть насмешливым взглядом сощуренных глаз, смешно постучал себя пальцем по груди, одновременно с этим ему, Игорю, говоря: "смотри сюда", - и Игорь, тут же снова услышавший своё сердце - снова услышавший мелодию своей души, совершенно непроизвольно улыбнулся, глядя сержанту в глаза... он, Игорь, улыбнулся невольно, улыбнулся, движимый своей вновь зазвучавшей мелодией, улыбнулся открыто и доверчиво, как улыбаются дети при виде взрослого, на которого можно абсолютно во всём положиться, но сержант, проигнорировав этот невольный, совершенно непреднамеренный порыв, на улыбку Игоря никак не отреагировал, - коротко бросив Игорю "следуй за мной", вслед за другими сержантами он повёл Игоря в глубину спального помещения, чтоб показать, где располагается отделение, в которое Игорь попал, и где будет на время прохождения курса молодого бойца его, Игоря, кровать и, соответственно, тумбочка... всё это произошло неделю назад, - через полчаса от пацанов, которые прибыли чуть раньше, Игорь узнал, что сержанта его отделения зовут Андреем... | | |
| |
|