|
|
 |
Рассказ №15109
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Суббота, 18/01/2014
Прочитано раз: 55716 (за неделю: 58)
Рейтинг: 64% (за неделю: 0%)
Цитата: "Увиденное совершенно сбило меня с панталыку. Одурев, я выпорхнул на лестничную площадку, осторожно прикрыл дверь. Мне почему-то страшно не хотелось, чтобы они меня засекли. А еще, о ужас, с каким-то сладким стыдом я ощущал, что меня эта картина возбудила. Но ревность застелила мои глаза. И мне понадобилось минут пять, чтобы хоть как-то придти в себя. В этой ситуации можно было наломать "крутых" дров, поэтому, крепко зажмурившись, я выждал время и дрожащими руками стал нарочито громко греметь ключами, чтобы дать им время замести следы...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Войдя в квартиру, я почувствовал, что что-то тут не так. Прямо в коридоре на полу валялся халатик жены и ее трусики. Девочка она, как я уже говорил, очень аккуратная, поэтому я увидел то, чего в принципе не могло быть никогда. Дверь нашей комнаты была полуприкрыта, а вернее приоткрыта где-то на треть. С бешено колотящимся сердцем я подкрался к комнате, осторожно заглянул
Катька абсолютно голая сидела у компьютера в кресле, перед включенным монитором. Голый Самвел стоял за ее спиной и делал ей массаж плеч. Она тяжело дышала, и, с прикрытыми глазами, вращала головой так, как будто разминала шею. Его член был вздыблен. Ядреная залупа касалась спины моей жены где-то между худенькими лопатками. Он мял Катьку бережно, но в тоже время сильно. Она была в блаженстве.
Увиденное совершенно сбило меня с панталыку. Одурев, я выпорхнул на лестничную площадку, осторожно прикрыл дверь. Мне почему-то страшно не хотелось, чтобы они меня засекли. А еще, о ужас, с каким-то сладким стыдом я ощущал, что меня эта картина возбудила. Но ревность застелила мои глаза. И мне понадобилось минут пять, чтобы хоть как-то придти в себя. В этой ситуации можно было наломать "крутых" дров, поэтому, крепко зажмурившись, я выждал время и дрожащими руками стал нарочито громко греметь ключами, чтобы дать им время замести следы.
Когда я, сняв верхнюю одежду, вошел в комнату к жене, она уже в халатике сидела за компьютером. Глянула на меня отсутствующим взглядом, спросила, почему я вернулся рано и опять уставилась в монитор. Я сказал что-то о квартире, она ничего не ответила. Ее пальчики дрожали и зло, как шныряющие пауки со стуком проворных ножек, бегали по клавиатуре.
- Катя, ты мне ничего не хочешь рассказать?
-:
-Кать?!
- Ну, что, что, что?! Не видишь, я статью набираю. Вечно он пристает, не дает сосредоточиться, - она была явно раздражена.
Неожиданно для себя, я сел на постель и расплакался.
Она с досадой вздохнула, присела рядом:
-Что случилось, чего ты плачешь?
- А ты не понимаешь?
-Нет: Не плачь, дурачок. Дурачок ты, дурачок. На работе что-нибудь? - она снова стала гладить меня голове, - все образуется. Вот увидишь.
Я всхлипнул. Ведь я ее действительно так любил.
- Ну не плачь, отдохни и не плачь, а то глаза будут красные, а с тобой вечером хочет поговорить Самвел Львович.
- Он-со мной?! ! - я проглотил всхлип и насторожился.
- Да, а что тут такого?
- Боже, ну о чем он может со мной говорить?
- Пусть для тебя это будет тайной. Предвкушай.
- Катя ты просто безжалостна.
- А ты нюня!
Она вернулась к компьютеру.
Оставшееся до вечера время я провел, как в бреду. Вроде бодрствовал, вроде спал.
Растормошила меня супруга. Я разлепил глаза.
-На кухне тебя ждет Самвел Львович. Будь благоразумным и спокойно выслушай его.
Хозяин сидел на кухне, на столе перед ним - бутылка водки, два стакана, на тарелке - порезанная колбаса. По тому, как аккуратно она была порезана, я понял, что резала ее Катя:
- Садись, Женька, поговорим по мужски.
Он набухал в стаканы водки. Я сел.
- Я буду краток, - сказал он, - видишь ли, я пожилой, но еще в полных силах мужчина. Мне нужен регулярный секс. Я хочу иметь его с твоей женой. За это я вам подпишу квартиру. Катерина согласна.
- Как это?
- Да так, что ты фактически импотент, она мне все рассказала. А она девка - в соку, ее надо ебать, желательно по несколько раз в сутки. Я могу дать ей все, что не можешь дать ты.
Ну, подумай сам. Все мы получим свое. Я молодую самку, она половое удовлетворение, ты- ласковую, счастливую жену. В конечном итоге вы оба - квартиру в Москве. И все мы месте, и все под боком. И тебе не надо будет мучиться в догадках
Водка и сказанное шарахнуло мне по мозгам:
- А зачем я тогда вам нужен? И оставайтесь с ней вдвоем, раз договорились.
Он вздохнул. Налил снова:
-Видишь ли, она тебя действительно любит. Ты нужен ей для души, а я -для тела.
На ватных ногах я вернулся к Кате. Та снова села рядом со мной, снова погладила по голове:
- Поговорили? - ласково спросила она
-Да.
- Бедненький. Натерпелся. И что ты по этому поводу думаешь?
- Уже не знаю.
-Ну, подумай сам, целая квартира в Москве. Да нам не в жизнь ее не купить. И помочь нам некому. Наши родители, сам знаешь, богатств не скопили:
- Катя, скажи, у тебя уже было с ним?
Она вздохнула:
-Нет. Но сегодня будет.
- И как, и где?
- Самвел Львович пригласил меня на ночь в свою постель.
- И ты пойдешь?
-Да, - в ее голосе зазвучал металл, я понял, что она окончательно все решила, и от меня ничего не зависит, но хватался за соломинку:
- А если я тебя не пущу?
- Если любишь, отпустишь. Ну и, что скажешь?
- Иди.
Упав передо мной на колени, она расцеловала меня в щеки:
-Миленький мой, хорошенький, родной, я знала, что ты все поймешь и не осудишь. Мне сейчас так нужна твоя поддержка. Я сама на перепутье стою: Ты выбреешь меня аккуратно и чисто? Он, оказывается, любит, чтобы девочка совсем "голая" была. А мы теперь должны его всячески ублажать, чтобы он не передумал. Я бы сама, да у меня руки дрожат.
- У меня тоже.
- Я сегодня побрею тебя сам, - подал голос Самвел, и мы невольно вздрогнули. Он, оказывается, подслушивал и не скрывал этого.
Он открыл нашу дверь:
- Иди, Катя, в душ и жди меня. А ты (это он мне) беги в аптеку и купи пачку гандонов. Самый большой размер. Деньги есть?
- Есть.
Когда я вернулся с покупкой, жена уже была в нашей комнате. Ее глаза горели:
- Что уже побрил?
-Тс-с, - она приложила губки к пылающим устам и заговорщицки распахнула халат. Ее лобок был начисто выбрит.
Она не находила себе места, волновалась, металась по комнате, что-то возбужденно рассказывала. Потом стала молоть вообще какую-то чушь, и я понял, что она ждет, не дождется, когда ее пригласят. Но ее все не приглашали. Вот уж стрелки на часах перевалили за десять, за одиннадцать.
- Давай спать, - выдохнула она, выключила свет и легла прямо поверх одеяла. Она вздыхала и ворочалась и молчала.
Но хозяин явно не спешил. Не спешил и не спешил, а было уже больше двенадцати.
Наконец в дверь стукнули:
- Катя иди ко мне в постель. Совсем голая и гандоны не забудь.
Она вскочила. Включила свет, стала метаться по комнате:
-Где, где же они?!
Я тоже стал искать.
- Куда же я их сунул, а? - я беспомощно озирался по сторонам.
-А, это ты нарочно спрятал! - Ее щеки пылали.
- Как же, стал бы я прятать. Да вот они, - я протянул ей пачку.
Она сбросила халатик и ушла. Я услышал щелчок защелки в двери Савела Львовича. Я тут же прокрался в коридор и прилип ухом к их двери. За ней слышалось непонятное частое и протяжное чмокание. Я понял, что они целуются у кровати.
- Ласточка моя, как же долго я тебя хотел. Истомился весь, - прохрипел он.
- И я, - едва перевела она дух.
- Я тебя сегодня сделаю счастливой. Сейчас отсоси мне, соси до тех пор, пока хорошенько потечешь. А когда потечешь вся, скажешь.
- Я весь день теку.
- Ты еще не знаешь, что такое течка. Сейчас поймешь.
Заскрипел диван. Он лег.
- Только зубками острожнее, - велел он, - вот так, языком под головкой. Ай, умница девочка.
- Какой он у вас большой!
-Давай, давай, наслаждай нас процессом, не отвлекайся. Сейчас попробуешь крупный хуй. Не бойся, сначала будет трудновато, а потом пообвыкнешься, будешь принимать весь, до яиц. Сама просить будешь.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |  | Людмила Игоревна сегодня была уставша и пьяна. Алкогольные пары учительской вечерники всецело владели ее сознанием и телом, чем искусно пользовался любимый сынок. Женька слюнявил мамусин грудак и упивался вседозволенностью безмозглого подонка, способного своей наглостью под личиной наивности взять все, что ему было нужно. Его рука скользила по мягким распластанным на животе сисям Людмилы Игоревны, поднимала их за соски вверх и поднятые груди отпускала в свободное падение на живот. Соски деревенели, а волоски на руках знойно дыбились от прохладного вечернего ветерка, залетавшего сквозь застиранную тюль балконной двери. Оранжевый свет близившегося к закату солнца освещал старые обои угла комнаты и слепил мамашкины глаза даже через полуприкрытые веки. Они играли в эту игру давно. Женька прикидывался дебилом, а его мама делала вид, что в это верит. Такой спектакль позволял им без совестных стеснений брать друг от друга все, что угодно и не смущаться от щиплющих позже воспоминаний. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Её руки держат меня за бёдра, как бы натягивая на себя, то нежно гладя то сжимая: она вводит палец мне в попу: нежно но напористо: По телу ток и мурашки... Помутнение сознания: Чувствуя моё возбуждение, она стонет вместе со мной, с силой и напором вводит в меня язык, всасывается в клитор, движения пальца в попе быстрее и сильнее. Я почти в экстазе. Ощущение анального и полного вагинального секса одновременно. Почему-то мужской голос у меня в голове шепчет "кончай: :". Всё сосредоточилось в животе, спустилось ниже, собирая по пути частички ещё чего-то: сгруппировалось в более маленький но плотный шар, немного покрутилось и разлилось негой: я кончила: |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я с напряжением наблюдал как его бледные ягодицы дернулись между бедер моей супруги, когда он наконец вошел в нее, вызвав у Риты легкий стон. Свершилось то, о чем я так долго мечтал: мою любимую трахает другой мужчина, причем не кто-нибудь, а наш сосед-пенсионер и она об этом не догадывается! Между тем темп фрикций Аркадия Борисовича стал увеличиваться, заставляя Риту совершать встречные движения. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | И ждал. И ждал ещё. Какого чёрта? Чем этот фермер мог так тихо там заниматься? И так долго? Я медленно выбрался из укрытия, следя, чтобы под ногой не скрипнула случайная доска. Вскоре я добрался до люка с лестницей и осторожно выглянул. С моего места фермера нигде не было видно. Двигаясь вокруг люка, я выглянул со всех четырёх сторон. Его там не было - вообще нигде. Что за нахуй? Я слышал, как он входил, но не слышал, как выходил. Наверно, он открыл входную дверь, передумал и вернулся обратно в дом, - а дверь, закрывшись, хлопнула, и я подумал, что он вошёл внутрь. |  |  |
| |
|