|
|
 |
Рассказ №15670
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 13/11/2014
Прочитано раз: 94480 (за неделю: 34)
Рейтинг: 53% (за неделю: 0%)
Цитата: "А я был просто шокирован её откровенностью. Как в оцепенении я пропустил тётю Римму, глядя ей вслед. Она вышла из комнаты, а я, осмотревшись вокруг, и видя, что на меня никто не обращает внимания, так же нашёл на столе кем-то налитую и недопитую рюмку водки и, зажмурившись, выпил. Это было впервые, и я сразу же почувствовал сильное жжение и горечь во рту. Взяв со стола большую шоколадную конфету, чтобы подсластить этот неприятный привкус, я встал из-за стола и вышел из комнаты. Слегка покачиваясь, я направился в коридор, чувствуя, как тепло от водки, расплывается по всему моему телу...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
В этот момент начали бить куранты! Все стали вставать, звонко чокаясь бокалами, а тётя Римма всё ещё сидела в оцепенении, да и я сам не находил в себе сил вынуть руки из-под этой попки...
- Римма! Антон! - берите бокалы, сквозь бой московских курантов услышал я доносившиеся голоса.
Тётя Римма несколько раз ёрзнула своей попой по моим ладоням и члену, и вскочив, взяла бокал с шампанским. Я тоже взял свой бокал. Сока в нём уже не было и кто то из гостей на радостях, плеснул мне в него шампанского:
- С Новым годом!! С Новым счастьем!! - разносились по квартире радостные возгласы всех присутствующих.
Я пил шампанское и косился на тётку. Мне интересно было увидеть её реакцию на случившееся. Но тётя Римма допила шампанское, поставила фужер на стол, и даже ни на секунду не взглянув в мою сторону, села на место. По-прежнему, как будто совсем ничего не произошло, она улыбалась и шутила... .
Наступил самый пик праздника. Все шумно поздравляли друг друга с наступившим Новым годом, весело балагурили, наполняли бокалы. И тут я увидел, как в мой бокал наливает шампанское тётя Римма. Я вопросительно посмотрел на неё, но она так и не взглянула на меня. Опять пили за Новый год...
Через несколько минут я почувствовал, что шампанское даёт о себе знать. Голова закружилась, и мне уже не сиделось спокойно. Среди всего этого шума и суеты, я увидел тётю Римму совершенно в другом ракурсе. Мне показалась она близкой, доступной и бесконечно одинокой женщиной... .
Я положил руку между своей ногой и ногой тётки, и стал потихоньку приближаться к ней. Тётя Римма разгадала мои намерения и села, закинув ногу на ногу, как бы немного отодвинувшись от меня подальше. Но я не успокаивался и произвёл новую атаку, которая на этот раз закончилась более успешно, и коснулся ребром ладони ягодицы тёти. Краем глаза я следил за её реакцией. Тётя Римма увлечённо слушала, какую то застольную байку, хотя, скорее всего только делала вид, а сама внимательно следила за мной.
Ещё более осмелев, я прижал ладонь чуть сильней к её попке, чувствуя, как моё бешено колотящееся сердце готово было выпрыгнуть из груди. К моему удивлению, тётя Римма никак не среагировала на мои действия. Она сидела, не меняя позы, как будто ничего не произошло. И это послужило толчком к моим дальнейшим действиям. Меня понесло, необузданные фантазии захлестнули всё моё существо. Не желая отступать, я нагло подсунул руку глубоко под попку тёти и замер. И тут тётя Римма зашевелилась, она скинула свою ногу с другой ноги и села так, как сидела до этого, прижав мою руку всем своим весом. Моя ладонь снова оказалась под её великолепной и желанной попкой. Уже не сдерживая себя, я снова стал сжимать её мягкие пышные ягодицы.
- Ну что, давайте выпьем ещё, - среди шума, раздался, чей то голос, - Новый год всё таки: :
Все снова встали, поднимая бокалы, встала и тётя Римма. Я быстро убрал свою руку, чтобы не привлечь чьё то внимание.
- А ты, Антошка, будешь с пустым бокалом чокаться!? - сказала тётя Римма и озорно взглянула на меня, - Давай-ка я тебе тоже немного налью шампанского, маленький шалун...
Она взяла бутылку и налила мне чуть больше половины бокала.
- Римма может ему уже хватит, он и так достаточно выпил! - протестуя, выступила мама.
- Ну, пусть ещё немного выпьет, - сказала тётя Римма, - Шампанское можно... Если... Обещаешь быть послушным мальчиком ;)
Она вопросительно моргнула мне глазом, в ожидании ответа.
- Конечно. Конечно обещаю, тётя Римма.
Я взглянул на тётю Римму и заметил в её глазах некую игривость:
Я так же встал вместе со всеми и поднял свой бокал. Снова послышались тосты и звон хрусталя...
После того, как выпили, все снова заняли свои места. Но на этот раз тётя Римма села ко мне настолько близко, что я почувствовал жар, исходящий от её тела, аромат духов и даже уловил её дыхание. Моя молодая кровь, разогретая шампанским и, отчасти, смелыми эротическими фантазиями, забурлила и снова устремилась к члену. В это время я увидел, что дядю Лёшу, мужа тёти Риммы пытаются вывести из-за стола, он уже был настолько пьян, что едва мог передвигать ноги. Для него праздник уже закончился. Его увели в спальню, и это еще больше обрадовало меня.
Но самой большой и великой радостью, было то, когда погасили верхний свет и зажгли свечи! Всё складывалось, как нельзя лучше!
- Антон, не пора ли тебе идти спать? - вдруг, как гром среди ясного неба, сказала мама.
Она явно могла испортить все мои планы, чего мне крайне не хотелось.
- Нет, мам, я ещё буду телек смотреть, - быстро выпалил я и в душе порадовался, что она сразу же от меня отстала.
Не желая терять ни секунды, я сунул под стол свою руку, и смело положил её прямо на коленку тёти Риммы. Она не шелохнулась, а я, балдея от ощущения женской ножки в капроне, медленно двинулся выше, попутно поднимая подол её юбки вверх. Кончиками пальцев я ощутил кружевные резинки тётиных чулок и, миновав их, моя рука достигла самого верха её ноги. Меня охватила эротическая дрожь, нестерпимо захотелось почувствовать самое сокровенное и я сделал попытку просунуть руку между ног этой женщины, чтобы коснуться её заветного места. Всё шло, будто по плану, я проник таки своей рукой к её киске и прикоснулся к ней своими пальцами. Коснувшись только пальцами, меня словно передёрнуло от истомы. . И оставив свои пальцы на киске моей тетки, я вдруг услышал ее громкий голос обращенный всем сидящим за столом:
- Так хорошо у вас тут и со всеми вааааамииии. Шумно, весело, крайне уютно и даже как то ВеСЬМА ПРИЯТНО сидеть за этим столом в эту новогоднюю ночь:) И тут я увидел ее искреннюю улыбку. Да она просто святилась. Я почувствовал себя самым счастливым! Я тут же начал гладить пальчиками эту приятнейшую на свете киску. Тётя Римма, сидевшая до этого не шевелясь, вдруг плотно сжала свои ляжки, арестовав тем самым мои пальцы в своей промежности. И снова заговорила: - Вот так бы и сидела вечность, с вами. Давайте еще выпьем! За наших маленьких детей. И с этими словами она повернулась ко мне с бокалом и чмокнув меня в щечку, выпила содержимое до дна. Я просто не понимал, что происходит. Тетка Римма в это время взяла мою руку, отстранила её от себя и, глазами найдя на столе наполненную рюмку водки, взяла её и почти одним махом выпила, немного закусив. Затем одёрнула подол юбки и встала.
- Выпусти меня, мне нужно в туалет, я хочу посикать, критин - с улыбкой сказала она, пролезая мимо меня.
А я был просто шокирован её откровенностью. Как в оцепенении я пропустил тётю Римму, глядя ей вслед. Она вышла из комнаты, а я, осмотревшись вокруг, и видя, что на меня никто не обращает внимания, так же нашёл на столе кем-то налитую и недопитую рюмку водки и, зажмурившись, выпил. Это было впервые, и я сразу же почувствовал сильное жжение и горечь во рту. Взяв со стола большую шоколадную конфету, чтобы подсластить этот неприятный привкус, я встал из-за стола и вышел из комнаты. Слегка покачиваясь, я направился в коридор, чувствуя, как тепло от водки, расплывается по всему моему телу.
Я зашел в ванную, чтобы умыться холодной водой и придти в себя. "Критин". Что это значит? Она же может сейчас обо всем рассказать моим родителям? Или еще хуже, своему мужу... . Я умывался холодной водой и тут дверь в ванную открылась и тетя Римма быстро забежав и закрыв за собой дверь на защелку и повернувшись ко мне стала кричать
(музыка все равно гремела на полную катушку, и тетку никто кроме меня не слышал)
- Ты чего такой нахальный а? Как ты смеешь меня трогать? И под громкие звуки музыки, повернув меня к себе спиной, шлепнула меня по заднице, что есть мочи.
- Аааааай, только и смог я крикнуть.
- Так ты еще и кричать вздумал, извращенец? Она снова меня ударила по заднице, потом еще и в третий раз ударив, она сжала мою задницу своей рукой со всей силы. Я почувствовал ее колючие ногти и крепкие пальцы.
- Не надо, тетя Римма!! Не надо!!
- Не надо, говоришь? А меня значит, трогать надо? Тебя кто такому научил?
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |  | - Так сделай это, - прошипела она, а потом вдруг закричала, - Ну сделай! Убей меня! Запри в комнате! Или ты больше хочешь отдать меня другому в обмен на блондинку! Что смотришь так ошарашено?! Я знаю эльсодский язык! Я понимала все твои разговоры! |  |  |
| |
 |
 |
 |  | На целой странице была нарисована ванна, в которую было погружено что-то вроде сплющенного кресла. На нем лежала симпатичная молодая девушка, почти подросток, широко разведя ноги; все ее тело ниже шеи было под водой, попка была подвешена в пустоте, чтобы с ней можно было манипулировать, перед промежностью размещалась треугольная пластина с отверстием, из которого выходил толстый шланг, идущий в канализацию. Как пояснял текст, можно было водить в анус любые предметы, делать клизму любого типа (под водой, по словам дяди Яши, пациентка должна была принять в себя больше раствора), улавливать и сбрасывать в канализацию любые выделения. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Она повернулась к нему и встретила его губы. И, прижавшись к груди любимого, закрыв глаза, она чувствовала как он покрывает поцелуями ее лицо. Их губы слились, его пальцы плясали по ее горящей коже, оставляя незаживающие раны. Там где он касался ее, нервы будто оголялись, сладкая, ноющая боль заставляла ее вздрагивать, порой с ее губ срывались тихие вскрики, отражающиеся от стен. Леди помогла ему сдвинуть тугую ткань, стягивающую груди, и Дорнан приникнул к ним. Он целовал ее маленькие жесткие сосочки, ласкал ее длинные ноги, приподняв шелковый подол. Лоретта тихо стонала и тянулась за каждым его прикосновением. Она направила его руку чуть ниже и вскрикнула от наслаждения, когда его пальцы коснулись горящей рубиновой плоти: Она заставила его надавить чуть сильнее и задвигалась в темпе с движениями его руки. Это была медленная, сладкая пытка. Она шептала его имя, ища своими губами его губы, и это была будто мольба, крик о помощи. Лоретта все сильнее прижималась к его торсу, чувствуя своей кожей его. Она хотела чтобы руки, раздевающие ее, никогда ее не отпускали ее тела, хотела принадлежать ему и только ему. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Друг мой, со мною ты ночью и днем,
|  |  |
| |
|