|
|
 |
Рассказ №1610
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Среда, 05/06/2002
Прочитано раз: 23721 (за неделю: 6)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Она взялась за его основание и... изменила цель его устремленности. Я почувствовал, как плотно он уперся в анус, преодолел с натугой входное сопротивление и попал в тесные объятия нового для себя пространства. Мое извержение было восторженным и не одиноким... Искусница не отпустила моего героя, а сменила вертикальность движений своего таза на раскрутку мельничного жернова, глубоко вздохнула и затихла в моих объятиях......"
Страницы: [ 1 ]
Страна сменила унылые трудовые будни на псевдонарядность трехдневного ноябрьского праздника, я по причине легкой простуды, сидел дома и неторопливо собирал на стол в ожидании гостей.
Они пришли после демонстрации, около двух дня, в конец промерзшие, уже выпившие по стакану в подворотне под бутерброд, и я понял, что надо ставить еще один прибор - меж двух моих приятелей стояла дама.
Без паузы сели за стол и сразу приняли на грудь. После первой под селедочку друзья мои ожили, после второй под салатик шумно развеселились, а после третьей под пельмени их развезло в тепле, как зимнюю дорогу под весенним солнцем, они скисли и, вспомнив, что их заждались дома, засобирались.
- Я провожу их до метро, посмотрю, чтобы пропустили, - тихо сказала она.
- И возвращайся... - предложил я.
Пока сидели за столом и ходили вместе на кухню, я успел оценить ее. Ей было явно за сорок, но в той поре последнего цвета, когда баба - ягодка опять, то есть еще свежа, к тому же она была со вкусом одета и главное, с прекрасным чувством юмора. Пила она понемногу, смакуя, в разговоре оставалась постоянно внимательной, а в действиях ласково предупредительной.
Я был крепко моложе ее, но только с ней вкусил всю прелесть осеннего очарования женской зрелости.
Она вернулась, как она сказала, не одна, а с фляжкой армянского коньячка, что было очень кстати после водяры с пельменями, мы тяпнули по маленькой с конфеткой, я включил магнитофон, перебрался на тахту и поманил ее.
Она кивнула согласно головой и разделась. Аккуратно “раз-оружилась” от серег, колец и кулона на цепочке, повесила на стул джерсовый костюм, сложила черную кружевную комбинацию. Присела на стул и, вытягивая и сгибая чуть полноватые ноги, сняла чулки. А негромкий блюз только украсил ее стриптиз.
Я раскрыл объятия, но она скрылась в ванной и, пошумев душем, явилась в ином обличии - завернутой от подмышек в махровое полотенце, которое только-только соблазнительно прикрывало треугольник.
И раздела меня.
Во всем она оказалась Искусницей. И плавной, словно лебедь белый над темными водами.
Огладила и исцеловала колени... Бедра... Яички... И головастый был поощрен за свою вздыбленность... Щекотно залезла язычком в ямку пупка... Я и не предпологал сколь чувствительны сосочки моей груди...
Мы запойно нацеловались с ней, я своими пятернями сдвигал и раздвигал ей ягодицы, она выпрямилась и села на мой стояк. И наша езда была плавной, как в медленном кино. Искусница то распластывалась до почти шпагата, то приподнималась на коленях и как-то раз так высоко, что потеряла контакт с взмыленным Приапом...
Она взялась за его основание и... изменила цель его устремленности. Я почувствовал, как плотно он уперся в анус, преодолел с натугой входное сопротивление и попал в тесные объятия нового для себя пространства. Мое извержение было восторженным и не одиноким... Искусница не отпустила моего героя, а сменила вертикальность движений своего таза на раскрутку мельничного жернова, глубоко вздохнула и затихла в моих объятиях...
Она очнулась, чмокнула меня в нос, легко соскочила с тахты, по пути из ванной заглянула на кухню, хлопнула дверцей холодильника и принесла подносик. Коктейль нашего поцелуя состоял из аромата коньяка и вкуса лимончика с сахаром.
Я исцеловал ее шею, плечи, попытался распахнуть ее плащ-по-лотенце, но она не далась:
- Не надо, я... стесняюсь... Они у меня такие маленькие, совсем, как у девочки...
Я все-таки уговорил ее. Ее грудь напомнила мне бугорки Принцессы - отличие состояло в том, что соски у Искусницы были, как два твердых столбика.
- Нельзя мне ходить без бюстгалтера, - пожаловалась она. - Торчат, как гвоздики... А мужики пялятся, думают, что я завелась...
Я беззастенчиво использовал столбики, как леденцы, и она постепенно и взаправду завелась.
- Невмоготу... - откинула она меня на тахту, перевернула на живот и уселась мне на ноги. - Расслабься...
Ноготками своих рук Искусница, как сороконожка, прошла по шее, спустилась по плечам к спине. От ее ножек кожа, возбуждаясь, дыбилась до состояния гусиной. Пройденные участки блаженно отдыхали, а нетронутая целина чесалась в ожидании своей очереди. “Сороконожка” затерялась в предгорьях ягодиц, Искусница подняла меня на колени и ее горячий язык проник в мой анус. А руками она выглаживала мою спину, которая завибрировала от ласковой неги. Невмоготу стало и мне...
- Моя очередь, - потребовал я и симметрия наших позиций зеркально поменялась - теперь уже мой язык щекотал ее анус. Наконец, я распрямился и взялся за готового к следующему раунду Приапа. Искусница сама раздвинула ягодицы и он мягко вошел меж них.
Все глубже и глубже, по самое некуда... Она тихо застонала и с такой силой вцепилась в простынь, что полотно звездообразными морщинами стянулось к ее рукам. Теперь уже я задирал вверх своды ее ягодиц, стараясь проникнуть поглубже, а поняв, что достиг предела, крепко взялся за ее бедра...
Опустошенный, я стоял перед ней на коленях, Приап, понемногу съеживаясь, покинул покоренные угодья и бессильно свесился вниз головой. Она развернулась и жадно припала к нему ртом, совсем непохожая на даму-аккуратистку.
Позднее, во время наших встреч я входил через заднюю калитку Искусницы в сад наслаждений и лежа на боку и стоя, но вечер первого свидания доставил мне еще одно странное удовольствие - когда я буквально напяливал ее на моего героя, по телевидению шел репортаж о торжествах в моей стране и я ощущал победоносное превосходство над парадными вояками, а демонстрантам демонстрировал, чем надо заниматься хотя бы по праздникам...
18.08.2000
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
|
|
| |
| | А за окном танцует вьюга,
| | |
| |
|
| |
| | Немного отступления для пояснения. За 10 лет семейной жизни я никогда не пробовала другого мужчину, а замуж выходила девственицой. Так что это мой второй член в жизни. Когда я его лизнула, Вадим аж вздрогнул, а я почувствовала знакомый вкус спермы. Видя как ему приятно я взяла его весь в рот и принялась сосать, как я это умею. А умею наверно хорошо! Муж каждый раз, когда я ему делаю, минет, говорит что в Ростовской области так никто сосать неумеет. С одной стороны его высказывания приятные, а с другой так можно говорить, если тебе все женщины Ростовской области пересосали. После того как я начала сосать Вадиму как умею, он немного приподнял ягодицы и развел ноги в стороны, тем самым, показывая, что он хочет. А хотел он, чтобы я пальчиком поласкала его дырочку, я так и сделала. На долго его не хватило, и он кончил мне в рот. Потом мы сидели с ним и долго разговаривали. Он рассказывал о своей жизни я, о своей. Рассказывал, почему он стал онанистом, и что я первая женщина, которая сделала ему минет. Слушая его рассказы я невольно начала себя мастурбировать, а он лежал подрачивал свой член. У меня уже начинало темнеть в глазах от приближающего оргазма и я, недолго думая потянула его на себя. Через секунду он уже на всю длину своего члена заходил в меня, но его размера члена мне не хватало для полной разрядки. И я, став на колени, показала ему, что я хочу. Он понял быстро, и тут же засадил мне в задний проход. Его маленький размер члена как раз подходил для моей попки, да и смазки было предостаточно. Я не помню, как он кончил, помню уже как он лег, а меня посадил себе на лицо, и высасывал свою сперму из моей дырочки. После этого оргазма я долго не могла прийти в себя, а он все это время массажировал мое тело, а потом понес к воде. День подходил к концу. Я уставшая, но довольная начала собираться домой, он попросился меня проводить, я согласилась. | | |
| |
|
| |
| | - Я, короче, на нее лег полностью, она ноги в стороны развела. Меня взяла за... это самое... и водит у себя там, по складкам. Кончиком. Я чувствую - там борозда такая глубокая. Надавил слегка, по ней езжу. Потом раз - зацепился за что-то, чуть-чуть еще надавил - и опа, внутрь головкой попал. Сразу такой кайф! Сама она тесная-тесная. Сначала как бы колечко такое, на входе, совсем узкое, а за ним мягко, плотно так обхватывает. Скользкая вся, теплая. Я ее толкаю, еще вообще не знаю, как правильно. А ей пофигу, лишь бы двигаться. Потом я приноровился, стал ей до глубины загонять. Целуемся опять, я ее всю тискаю, она гладкая такая, нежная, плечи мягкие, руки, спинка вся аж волнами ходит. И прижиматься тоже офигенно, к животу, к груди, к шее. Она руками меня тоже гладит, ногами обхватила, глаза закрытые, красная вся, волосы растрепались... у нее светлые волосы, почти блондинка, но не совсем. | | |
| |
|
|
| |
| | Визг стих. Вышедшее из-за тучки солнце ласково отсвечивало на бабьей заднице. Баба замерла с закинутыми на голову юбками. Вдруг из-под юбок глухо послышалось: | | |
| |
|