|
|
 |
Рассказ №16120
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 04/02/2015
Прочитано раз: 38553 (за неделю: 11)
Рейтинг: 86% (за неделю: 0%)
Цитата: "Таким образом за несколько сеансов я смогу подобрать с десяток разных семплов, подходящих именно для этой женщины, на каждый из них наложить необходимые инструменты, и мне тогда останется работать только частотой и амплитудой. А твое тело уже настроено на любимые мелодии - именно на те, которые сильнее всего заставляют его трепетать и наслаждаться... Впрочем, импровизацию никто не отменял, верно? . . К оргазму, наверное, можно идти под многократную коду с нарастанием и паузой... И тут у меня возникает желание включить, к примеру, длительный звук гитарной струны, чтобы оттянуть завершающий аккорд. Представляю, как твое тело начнет вытягиваться в эту струну, надеясь приблизить разрядку, а ее все не будет, и ты несколько минут будешь находиться в состоянии сильнейшего пикового напряжения......"
Страницы: [ 1 ] [ ]
- Это уже лучше. Слушай, а твой аппарат девушку может довести до оргазма? Если она начнет извиваться и биться, то сорвет электроды, чего доброго - это ж не очень приятно будет. И удовольствие поломать можно, да и травму получить.
- Да, девушку надо фиксировать. Потому что да, оргазм у нее может быть настолько сумасшедший... насколько этого захочу я.
- Вообще чудесно. Но в чем же тогда твоя роль и заслуга как музыканта? Я цепляю на себя электроды, втыкаю иголки, включаю какую угодно запись какой угодно музыки и собираюсь "улетать". Зачем мне партнер по другую сторону клавиатуры? Как он сможет оценить мое эмоциональное состояние?
- Так, а на что придумана обратная связь, Мариша? Та самая эмпатия? Вот на этом экране, - показал Маркус, - я вижу все оттенки наслаждения, которые играют в теле моей... слушательницы. Кто-то другой, конечно, увидит только хаотичные всплески эквалайзеров, но я уже знаю точно, какая полоса за какую эмоцию отвечает и какого цвета не хватает для поднятия возбуждения. Понимая эту картину, я могу ускорять или замедлять темп музыки... Это довольно просто - все равно, что менять темп фрикций. Могу добавить или убавить тех или иных инструментов - а это уже более тонкие аналоги. Может оказаться полезным поменять мелодию, если увижу, что она не находит соответствующего отклика.
Таким образом за несколько сеансов я смогу подобрать с десяток разных семплов, подходящих именно для этой женщины, на каждый из них наложить необходимые инструменты, и мне тогда останется работать только частотой и амплитудой. А твое тело уже настроено на любимые мелодии - именно на те, которые сильнее всего заставляют его трепетать и наслаждаться... Впрочем, импровизацию никто не отменял, верно? . . К оргазму, наверное, можно идти под многократную коду с нарастанием и паузой... И тут у меня возникает желание включить, к примеру, длительный звук гитарной струны, чтобы оттянуть завершающий аккорд. Представляю, как твое тело начнет вытягиваться в эту струну, надеясь приблизить разрядку, а ее все не будет, и ты несколько минут будешь находиться в состоянии сильнейшего пикового напряжения...
- Так, братец. Я хочу испытать твой "сексофон" на себе, - заявила Марина. - Бессовестный! От твоих слов я вся уже давно теку, как не знаю кто.
- Он еще не отлажен, - начал возражать Маркус. - Да и вообще... Это уже то, о чем мы с тобой не раз говорили.
- Знаю! Но совместная мастурбация за секс не считается - об этом мы тоже говорили. Особенно если учесть, что на вашей благословенной планете минет или куни - все равно, что дружеский поцелуй в щечку. Впрочем, мастурбация меня сейчас не спасет! Прикажешь мне идти и вешаться на шею вашему шефу или юному Артему? Я так не могу... То есть могу, но... Короче, я не желаю слышать никаких возражений! Ты смерти моей хочешь, наверное?!
- Результат может быть непредсказуемый, - пытался протестовать уже почти что сдавшийся (Марина это хорошо видела) Маркус.
- Пусть будет какой угодно, - Марина топнула ножкой. - К тому же ты не посмеешь огорчить твою сестру.
- Тебя придется зафиксировать...
- А то ты не знаешь, как это делается! Почетный член клуба "Смайтфетиш"!
- Ладно...
Качая головой и что-то прикидывая, Маркус подошел к компьютеру, нажал несколько кнопок на сенсоре.
- Что ты делаешь? - с подозрением спросила Марина.
- Меняю обстановку... Помоги пока распутать мне эти провода...
Неожиданно для Марины стены лаборатории, и без того состоящие почти из одних окон, отъехали в сторону, причем вместе с полом. Аппарат Маркуса, пара стульев-шезлонгов и несколько предметов интерьера оказались прямо на траве, среди цветов и деревьев.
- Так будет лучше, как ты думаешь?
Пораженная Марина охотно подтвердила, что ей так нравится больше.
Через минуту в обновленную лабораторию Маркуса ввалился андроид, тащивший на себе крупный квадратный предмет, примерно метр на метр и толщиной сантиметров пять - явно какая-то мебель. Поставил на землю, сдернул чеку... С легким грохотом предмет развернулся в гибрид операционного стола и гинекологического кресла с ремнями и фиксаторами.
- Ну что же - ложись! - Маркус приглашающе показал рукой на кресло. - Черт знает, чем мы тут занимаемся, - проворчал он затем вполголоса.
Эти слова были излишни. Марина в несколько движений сбросила тунику, под которой не было никакого белья, запрыгнула на кресло, на лету скидывая туфли. Устроилась поудобнее, потягиваясь всем телом и покачивая ножками в воздухе. Она далеко не первый раз показывала себя брату. Ей нравилось видеть его восхищение, и она сама от этого возбуждалась. Подобно герою какой-то читанной в детстве книги ей порой хотелось, чтобы вдруг выяснилось, что либо Маркус, либо она сама - приемный ребенок в семье. Тогда упали бы все преграды, и ничто бы не помешало пуститься им во все тяжкие... Маркус как-то признался, что мечтает о том же. Но, поставив себе определенные границы, брат и сестра их не переходили, хотя и балансировали порой на самом краешке дозволенного.
- Слушай, выгони этот агрегат, - попросила Марина, показывая на андроида. - Я стесняюсь, когда он на меня так пырится.
Маркус хохотнул и отправил андроида вон, напомнив ему на прощание задание быть поблизости - чтобы в эту секцию оранжереи не забрел кто-нибудь из праздношатающихся или напротив, любителей работы в вечерние часы. Сам подошел к полулежащей сестре, взял ее руки и направил их вдоль туловища, закрепляя ремнями в трех местах. Зафиксировал торс, бедра... Уложил ноги в лотки-держатели, притянул их ремнями.
- Тебе удобно? - спросил он.
Марина поерзала.
- Во всяком случае, я в полной твоей власти. Давно так себя не чувствовала.
- Да, ты больше любишь, когда сама кого-то привязываешь.
- Дело не в том. Просто не так много людей в этом мире, кому я доверяю. Ты - один из них, - сказала Марина.
- Спасибо... - Маркус нагнулся к ее лицу и поцеловал сестру в губы. Это был не вполне братский поцелуй, но далеко и не ласка любовника. Потом подошел к держателям, слегка раздвинул их, разводя ноги чуть шире. Влажная щелка слегка приоткрылась, нижние губы, выглядевшие слегка набухшими, налились малиновым цветом. Сестренка на самом деле текла от возбуждения. Черт возьми, а ведь действительно, нельзя же ее огорчать.
Марина чувствовала, как платиновые зажимы защемляют ей губы, слегка оттягивая их книзу. Маркус, впрочем, тут же прижал их к коже пластырем, приподняв губы обратно и растянув их в стороны, открывая вход во влагалище; гладкий блестящий электрод фаллической формы легко скользнул внутрь его, заполнив собой тесное пространство. Другой электрод, немного уже и значительно длиннее, для которого Маркус не пожалел гелевой смазки, вошел в анус и пополз глубоко внутрь... Не слишком ли глубоко?
- Все нормально, так надо, - сказал Маркус. - Сейчас я его еще раздую немного...
Марина ощутила, как что-то у нее набухло прямо в середине живота. Маркус положил пальцы ей на кожу возле пупка, надавил, подвигал... Словно бы плотный шарик перекатывался под кожей - конец электрода туго раздул сегмент кишки.
- Басы будут ощущаться именно отсюда, - пообещал Маркус. - Высокие ноты ты животом не почувствуешь, они играют в другом месте.
С грудью сестры он возился долго, собирая причудливый узор из трех электродов и целой пачки золотых акупунктурных иголок с наноприемниками на тупых концах. А острые концы игл впивались в кожу вокруг ореолов, заставляя Марину приглушенно ойкать. Впрочем, во всем ее теле торчало не менее полусотни игл, которые Маркус укрепил в одному ему ведомых точках акупунктуры, сверяясь то и дело с показаниями прибора. Несмотря на то, что процесс подготовки проходил не меньше пятнадцати минут, возбуждение Марины не спадало. Более того, оно даже росло. Брат мог бы сказать, каким образом он этого добивается, втыкая иглы в особые точки, но зачем фокуснику выдавать все свои секреты?
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |  | Дай теперь я, - вдруг раздался голос Евы, когда я было подумал, что брат вот вот выстрелит. Я отплыл, дав занять мое место хозяйской дочке. Сосать ей пришлось не долго, потому что Элайджа был на грани. Ева приняла порцию спермы, полностью проглотила ее и отплыла в сторону. Мне реально было любопытно попробовать вкус спермы Элая, поэтому я вернулся к нему и принялся вылизывать остатки. Странно, но мне понравилось. Вкус был необычным, но мне он нравился. Кто б мог подумать, что мое любопытство способно победить брезгливость? |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Пойди-ко мне. Да не бойся, не съем я тебя. Глянь, а груди у тебя хорошие. В меру пухленькие, округлые до приятного изнеможения. Мне нравятся. Как у настоящей ведьмы! И блузка у тебя такая, возбждающая. Много открыто. Да не дичись ты! Я тебе ничего плохого не сделаю. Я девушек никогда не обижаю, сигареты о них не тушу. Жениться могу. Будет у нас с тобой нормальная наркоманская семья. САми торчать будем потихоньку и детей к этому же приучим. Чтоб на старости лет они нам всегда раскумариться принесли. Наших сыновей я научу забивать косяки. А наших дочерей ты научишь вмазываться. Хи-хи! Ну, колоться! Не колешься? Брось, девушки больше травы геру любят. Они бояться погружаться в бессознательное. Рыжую Юльку из своей группы знаешь? Хи-хи! А руки ее видела? Нет? Посмотри при случае. Они у нее все пробитые. А чего? Отличница, не пьет, не курит, ни с кем не встречается, только вот героин очень-очень любит. ПРикинь! Она белый любит, а он ее - нет. Хи-хи-хи! Чего так? А сама сказала. Ну, мы вместе мутили разок в январе. Надо будет рассказать тебе про нашу холодную замутку. А знаешь Наташку с налогового? Во, и она там была. Тоже героин любит и тоже безответно. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | СЕРГЕЙ (не слушая). Давай, бля, давай... нехуя разговаривать! (Давит ладонью на плечо КИРИЛЛА, отчего КИРИЛЛ медленно опускается вниз - сначала садится на корточки, затем, подавая корпус чуть вперёд, становится на колени.) Вот так, бля... молодец! (Возбуждённо смотрит сверху вниз.) Хуля, бля, ломаться... отсосёшь по разику... и - никаких проблем! Смотри, бля... (Расстёгивает ширинку брюк.) У меня, бля, уже стоит... как кол, стоит! Ну... рот, бля... рот открывай... пошире... пошире, бля! Так... теперь губы... губы, бля, смыкай... обхватывай... обжимай губами - не бойся! Так, бля... вот так! Заебись, бля... (Двумя ладонями обхватывает голову КИРИЛЛА - как обхватывают баскетбольный мяч.) Зубы, бля... зубы убирай! А губы - плотнее... да, вот так... (Волнообразно двигая бёдрами, смотрит на АНТОНА.) Оптимизация, бля... |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Дело подходило к апофеозу. Если бы возле парочки охваченной экстазом любви взорвали атомную бомбу, то и то, они бы сгорая и распадаясь, продолжали еблю. Тем не менее, момент настал. Волна оргазма охватила обоих, и выбросив в лоно ребенка генетическую информацию, упакованную в хромосомы сперматозоидов, погруженных в семенную жидкость, профессор стал приходить в себя и к своему удивлению увидел, что они не одни, что Сью стоит на коленях возле него и что то делает за попой Ди и ощутил прикосновение к своему опадающему члену. Чуть в сторонке стояла Ри, спустив трусы и подняв подол левой рукой, правой трет свою писю. При этом она смотрит на него и в ее взгляде чувствуется неловкость и тень страха. Естественно, что профессор не хотел ее обидеть и напугать, поэтому ободряюще улыбнулся. И не осознал одного, что этим он подписал сделку с дьяволом. Шлагбаум открылся, загорелся зеленый свет. И караван пошел. |  |  |
| |
|