|
|
 |
Рассказ №19015
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Пятница, 03/02/2017
Прочитано раз: 12548 (за неделю: 1)
Рейтинг: 0% (за неделю: 0%)
Цитата: "Не было ни Диамира и Изуфуиль. Никого, кто оставлял единое и раздельное, когда-то его целое. Целое ангела Вуаленфура. Сына самого ангела смерти Азраила. Заключенного многие и долгие годы в человеческое тело земного человека. Он воссоединился сам с собой. Воссоединил, злое и доброе в едином целом. Оставив человеческое тело и душу человека, с которым, соседствовал все прошлое долгое время. Разум, которого породил демона Диамира. Демона захватившего, через сознание человека его мир. Мир Вуаленфура. Мир второго уровня, наводя свои там порядки...."
Страницы: [ 1 ]
Он лишь в одном месте сделал остановку. И подсадил попутчиков.
Но, это было, всего лишь, один раз. На втором уровне. На том уровне, где его душа, когда-то была. В его потусторонних ментальных снах. Но, теперь ее путь лежал выше. Туда, где его ждали. Ждала его давно уже умершая мама. Там, где этот поезд должен был сделать конечную лично для него остановку.
У черного озера
Он увидел себя у большого черного озера возле полуразрушенного теперь того с трубами какого-то завода или фабрики.
Он снова был здесь, как и раньше. Та же насыпь, рельсы, разбросанные в стороне и цистерны, раздавленные в лепешку невероятной силой. Той силой, которой он, тогда раздавил их и расшвырял по сторонам, чтобы пройти вперед и эта здесь же у самого берега и камышей детская крутящаяся карусель. А, камыши шевелились как живые и склоняли к нему ангелу Вуаленфуру свои стебли и практически касались его, стоящего на краю самом озера смотрящим на его гладь и черную безмятежную тихую воду.
Здесь он очнулся сразу, как только освободился от земного своего умершего сорокалетнего больного тела. Его освободил от себя Сурганов Андрей.
Освободил его и свою душу. Они смогли освободиться вместе. И друг от друга. И он был теперь совершенно свободен.
Он покинул его, и они разделились. И вот Вуаленфур оказался, у этого черного застывшего черной водой озера. У границы этого мира. Мира мертвых на самом нижнем уровне.
Ангел стоял и смотрел на возвышающийся посередине озера громадный каменный дворец и замок с необычными стенами и башнями.
Перед ним стоял его хозяин и хозяин этого мира. Мира мертвых. Сын ангела смерти Азраила.
Его кто-то коснулся. Коснулся руки и плеча слева, и он обернулся, и он увидел огромного того льва. Льва из той черной квадратной ночной комнаты. Лев посмотрев на него, прижался косматой большой гривой и головой к его плечу и руке. К руке того, кто смог победить демона Диамира.
Он был совершенно теперь свободен.
Лев прижался к нему, и ничто теперь ему не угрожало. Никто не смел, приблизится даже к нему в этом потустороннем мире. Мире умерших. В промежуточном инфернальном мире между небом и землей.
Его лев, его ангел хранитель был теперь с ним рядом. Он, будет снова охранять его, как охранял раньше.
А демон Диамир, так и останется замурованным в гниющее мертвое изуродованное, им же самим, то человеческое тело. Тело, которое было, больным шизофреником Красноярской психиатрической больницы имени Ломоносова Андреем Александровичем Сургановым. Зарытое в деревянном гробу, как и практически все пациенты, погибшие той ночью, кого удалось найти, хотя бы частично и опознать по частям объеденных и обсосанных тел и похороненных вместе с ним на безымянном кладбище. Без имени и без таблички на простом деревянном грубо сколоченном кресте. На кладбище. Которые есть во всех городах. Где хоронят людей без рода и племени. Далеко за чертой города Красноярска. На кладбище, куда никто не приходит, хотя бы раз помянуть усопших.
***
Ангел Вуаленфур сидел на большом золотом и тяжелом троне в огромном каменном с высокими потолками зале. Сложив свои большие. Похожие на птичьи крылья. За своей спиной. И, спустив их острые, как бритва края вниз. С края больших поручней. Он, был одет в черную одежду, похожую на длинный монастырский балахон, в браслетах, перстнях и кольцах. Распустив длинные черные вьющиеся волосы по своим плечам и спине. Сверкая черными горящими огнем адской мести, и небесной благодетели глазами. И положив, правую руку в золотом широком браслете на запястье, на одно свое колено. И положив левую в таком же золотом широком браслете, руку на левый поручень своего золотого большого трона, он смотрел вперед на всех своих приглашенных гостей. Гостей в этом тронном главном зале своего озерного неприступного из черного камня и металла замка. Стоящего посередине черного большого такого же, как этот его дворец озера.
Он был теперь един.
Не было ни Диамира и Изуфуиль. Никого, кто оставлял единое и раздельное, когда-то его целое. Целое ангела Вуаленфура. Сына самого ангела смерти Азраила. Заключенного многие и долгие годы в человеческое тело земного человека. Он воссоединился сам с собой. Воссоединил, злое и доброе в едином целом. Оставив человеческое тело и душу человека, с которым, соседствовал все прошлое долгое время. Разум, которого породил демона Диамира. Демона захватившего, через сознание человека его мир. Мир Вуаленфура. Мир второго уровня, наводя свои там порядки.
И Небеса сделали то, что должны были тогда сделать. Они соединили их вместе. Поселив ангела Вуаленфура внутри Сурганова Андрея. Оставив под присмотром его отца, ангела смерти Азраила.
Он вернулся в свой мир. Вернулся, и готовился забрать его обратно себе.
Он стал единым. Он слился в одно целое и единое. Он собрал все воедино. То, что он из себя представлял. И все во, что мог превращаться.
Он сидел и смотрел на всех своих приглашенных к длинному перед его троном столу. Всех кто составлял этот его мир. Всех кого он сам своей силой создал, как и этот нижний потусторонний инфернальный заполненный духами умерших людей и лярвами мир.
Вуаленфур король второго уровня. Мира мертвых и живых душ, проходящих через тот его созданный им загробный мир. Сын самой смерти. Сын самого ангела Азраила.
Он освободился от человеческого Я, которое занимал долгое время и мучил его своим присутствием.
Теперь его родной отец должен сам лично сопроводить усопшего в высшие и более тонкие миры. Он заслужил освобождения.
Вуаленфур долгое время прятался в его душе.
Теперь он сидел на своем золотом большом троне в тронном зале перед длинным столом с множеством разных угощений. И там сидели его гости.
Вуаленфур проглотил Диамира и свою Изуфуиль. И он был сейчас силен как никогда. Он намеревался вернуть все. Свой мир. Мир призраков и мир мертвецов. Душ уходящих на Небо.
- Кто ты такой, чтобы оспаривать право?! - прокричала из-за стола сидящая недалеко от Вуаленфура сгорбленная очень уже старая худая как скелет в серой сморщенной скукоженной от старости коже оболочке старуха. Голая уродливая лярва. Наверное, самая из всех лярв самая старая в этом мире - Кто ты такой, чтобы мог взять власть у Диамира?!
Она соскочила как ужаленная со своего кресла и подбежала раскачиваясь в стороны к ангелу сидящему перед всеми демонами и чудовищами незримого живым миром инфернального загробного мира. Она подбежала к его золотому высокому трону.
Она подбежала и выкинула свою с худыми длинными старушечьими растопыренными пальцами руку с длинными когтями. Выкинула в сторону Вуаленфура и он схватил ее.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |  | Кристина облизывала мой пенис по всей длине, не забывая про яйца. И, наконец, она взяла в рот головку, обвила ее языком, а потом пустила в ход свои зубки, слегка покусывая, но, не допуская боли. Затем она стала просто сосать мою залупу, при этом своими маленькими пальчиками она ласкала мои яйца. Я больше не мог сдерживаться и сказал ей... "Заглотни мой пенис, как ты это умеешь". И она сделала это. Моя любимая секретарша широко открыла рот и опустила лицо так, что головка уперлась ей в горло, а мои яйца встретились с ее подбородком. И вот она начала работать головой по всей длине моего двадцати пятисантиметрового члена. Сначала она полностью заглатывала пенис, затем полностью освобождала его и облизывала залупу, а потом опять заглатывала, и так продолжалось минуты две - я был на седьмом небе от удовольствия. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Всё, начал работать инстинкт, моя попа заходила быстрее и уже послышались хлопки по Олиным ягодицам. Я заметил, как Олина рука нырнула под живот и через какое-то короткое время, послышалось её учащённое дыхание и "ах, ах, ах" , а у меня проскочил импульс по спине и по внутренностям в попе, а затем, я почувствовал, как сейчас вырвется из меня в Олю струя молофьи и я вжался в её попу, и начались дёрганья моего писюна в ней. Оля протяжно застонала и обессиленно стала падать в низ, что я еле успел последовать за ней, и чтоб писюн рано не вылез, навалился своей попой на её, но локтями опёрся на коврик. Полежав какое-то время в затишьи, я стал покрывать её шейку, плечи и спинку поцелуями, увлёкшись, не удержал и опавший уже писюн, выскользнул из-под ягодиц девочки. Я продолжал целовать поясницу, ягодицы. Ох! Какие же они мягенькие! ... И горячие. Так хотелось их обнять и я обнял, прильнув к ним лицом. Не описуемое блаженство! |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Наверное, часов до 2-х я пытался дождаться Лены, потом все же сон победил меня. Наутро, я резко вскочил с мыслью, а где же Лена? И сразу же успокоился, увидев ее мирно посапывающую рядом со мной. Я прижался к ней, чтобы доспать, обняв ее, но утренний стояк все не давал уснуть. Мой член, прижатый к выпяченной теплой попке, пытался найти уютное гнездышко. Устраиваясь поудобнее, чтобы не упираться членом в бедро, я оказался им в пышущем жаром месте между ягодицами. Вздрагивающий член потихоньку раздвинул губки и оказался внутри. Лена, издав томный стон, ещё сильнее выпятила попку, проглотив его весь. Я начал двигаться в ней, не встречая никакого сопротивления. А когда появилась смазка, то и вовсе практически не чувствуя ничего. Тогда я переместился в дырочку повыше. Та же история. Член просто проваливался, даже не чувствуя давления стенок. Пришлось включить фантазию, и только после этого мне удалось кончить и удовлетворенно уснуть, не вынимая члена из ее попки. Очередной раз я проснулся уже часов в 9 утра. Лена все так же спала. По-моему даже поза не изменилась. Я встал, умылся, позавтракал. Лена все так же спала. Тогда я вспомнил про камеру, которая у нее была с собой. Нашел ее вещи. Камера лежала сверху, купальник аккуратно сложенный и сухой вместе с полотенцем лежали там же. Похоже, купальник не пригодился, а вот полотенце придется долго отстирывать от насохшей спермы. Камера была полностью разряженной. Пришлось найти зарядку. Я устроился на кухне, закрыл за собой дверь и начал просматривать отснятые кадры. Сначала шли кадры природы. Побережье в закатных сумерках, потом яхта. Достаточно большая. Изредка в кадр попадали люди, но из-за маленького экрана, трудно было разглядеть лица. Похоже, снимала Лена, потому что она в кадр не попадала. Рядом с ней постоянно кто-то шутил, разговаривал, смеялся, но из-за шума волн, слов было не разобрать. Потом камера переместилась во внутренние помещения. Посреди каюты стоял накрытый стол. Камера прошлась по подсобным помещениям. Похоже, Лена знакомилась с кораблем, не выключая камеры. Дальше шли съемки банкета. За столом сидели 3-е парней и Лена. Мужской голос за кадром комментировал съемку. Судя по голосу, камерой управлял Ашот. Он по очереди подходил к парням, они в камеру говорили тост. Все тосты были посвящены Лене. Других женщин в каюте не было. Следующее включение камеры было снова снаружи. Было уже темно. Лена за камерой пьяным голосом объясняла кому-то, что хочет снять лунную дорожку. Рядом что-то тихо бормотал мужской голос. Были слышны шорохи одежды и звук возбужденного дыхания. Дальше съемки луны стали подрагивающими, а потом и просто камера уперлась в пол, а к звукам добавились звуки поцелуев и через какое-то время и Леночкино постанывание. Постепенно камера приблизилась к полу, похоже, что Лена присела. Тут же Леночкин голос: "Подожди, у меня оказывается, камера работает". Мужской: "Дай мне, я выключу". Вид из камеры начинает скакать, и через какое-то время начинает показывать, сидящую на корточках Лену с членом во рту. Она старательно обсасывает палку, поднимет глаза и возмущенно: "Ты что снимаешь? Выключи сейчас же!". Изображение пропадает. Следующий кадр. Опять уже внутри. Изображение показывает стену, за кадром мужские голоса переговариваются, похоже, что долго разбирались как включить камеру. "Да вот она работает уже". "Так снимает?" "А где тут приближение?" "На эту кнопку нажимать?". Камера поворачивается в комнату. Стол уже стоит в углу. На месте стола навалена груда подушек, посередине уже раком пялят Лену. Кричать ей не дает крупный член во рту. Дальше идет настоящее порево. Меняются члены в ее отверстиях, мужики стараются во всю. Камера переходит из рук в руки, снимает действо в разных ракурсах. Это продолжается около ещё получаса, потом запись заканчивается. Затем снова включается камера. Голос за кадром: "Зарядилась? Давай снимай ее, пока не вырубилась снова". Камера показывает лежащую с закрытыми глазами супругу. На ней блестят подтеки спермы. Сперма повсюду. На лобке, на животе, размазана по груди, но больше всего, наверное, на лице. Дальше камера ползет, чтобы крупным планом взять ее половые губы и выключается окончательно. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Яростно шипел он сквозь зубы мне на ухо. И я кончила, как будто моё тело слушается его приказов. Меня трясло в оргазме, а он продолжал иметь меня. Резко вынул член, развернул лицом к себе и вставил в рот. Я принялась сосать его огромную головку и мощный аппарат, он доставал мне до глотки, вызывая рвотный рефлекс, он стонал и приговаривал какая я хорошая шлюха. |  |  |
| |
|