|
|
 |
Рассказ №19041
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Пятница, 29/08/2025
Прочитано раз: 34824 (за неделю: 42)
Рейтинг: 44% (за неделю: 0%)
Цитата: "Но самогонку он пить разрешал, так за это лишь можно простить всё, что угодно. Пил он тоже, будь здоров, что настоящий казак, аж продукта становилось жалко, честное слово. За пару дней до печального происшествия, лично возглавлял аусвайс проверку у старухи Степаниды. Мы частенько делали у неё аусвайс, ну и напивались там, до чертиков. А когда он надрался, стал выговаривать нам, какие мы, все суслики беспородные и, вообще, он с нами по крайней нужде. Что кончится война, он поедет в Берлин к своей Марте, там общество получше. Вот за это и схлопотал по роже от Михалыча. Михалыч вообще крут, старый казак, пофиг ему, начальник, не начальник, пусть будет хоть сам Бог, обязательно врежет, если он не прав. Праздник после этого и расстроился, на радость Степаниды...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Стать невидимкой, было бы, как раз кстати. Я инстинктивно вжимался в кресло, как бы пытаясь срастись с ним, прилипнуть к старой потрепанной коже. Сжал, липкие от холодного пота, руки в замок. Ну, никак не выходит похрустеть костяшками пальцев. Как это делал Михалыч? Соберет пальцы по особенному и хрустнет ими на всю комендатуру. Я так не могу, не получалось и не получится никогда. Оберлейтенант смотрел на меня пытливо.
- Вы, курите, курите, господин младший полицай, - мягко сказал оберлейтенант, пододвигая ко мне ближе пепельницу и красивую пачку "Zigarette"
Таких я еще не курил. Я осторожно взял одну. Блестящая, черная пачка с замысловатыми зигзагам и сигарета пахнет, вроде, как мёдом. Закурил. Ну да. Высший сорт, не то, что курим мы, дерьмовые, безвкусные "Sonnigen". После затяжки я расслабился, немного стало легче. Ну и что в этом оберлейтенанте из гестапо, страшного? Вот даже сигареткой угощает. Он же, просто, допросит меня и всё.
- Меня зовут Отто Гросс, - простецки представился оберлейтенант и дружески улыбнулся мне, а в глазах море искренности, - я следователь из гестапо.
- Толик Рябой! - воспылал я ответной искренностью, - то есть, Анатолий Рябой, младший полицай, герр следователь!
- Превосходно, Анатолий Рябой! Расскажите мне, пожалуйста, о ваших взаимоотношениях с гауптманом Куртом Бокхорном.
- Хорошие были отношения, - я даже не моргнул глазом, потому что ждал этого вопроса, - очень даже служебные.
Вообще-то это всё враньё. Небыло у меня хороших отношений с ним. Гауптман, гауптман, а вел себя как последний фаненюнкер. Каждое утро на плац и маршировать. Мы же не солдаты - мы полицаи! А у кого, с этим пингвином, были хорошие отношения? Вон Михалыч только с ним и умел лаяться, остальные язык в задницу, я в том числе. О покойниках плохо не говорят, ну и Бог с ними, с покойниками.
- А с другими полицаями, какие у него были отношения?
- Отличные были отношения!
- Вот только, не надо мне врать, - оберлейтенант доверительно подвинулся вперёд, - скажу по секрету, не может ни один человек жить без врагов. Знаете что, Анатолий, давайте честно, как солдат солдату. Расскажите мне о нём.
- Ладно... - я вопросительно посмотрел на оберлейтенанта, протягивая руку еще за одной, сладкой сигаретой, тот разрешительно кивнул головой. - Курт, очень требовательный и беспощадный, кто его не мог терпеть, давно в полиции не работает. А мы терпели и работали с ним.
***
- Ахтунг! - Орал начальник полиции и лицо его багровело, как ошмаленое паяльной лампой. - Строиться!
Мы в такие моменты были похожи на пруссаков, метались по плацу, не зная, где стать по росту. По росту было положено всегда. Митёк, Мыкола и Иванко соображали шустрее меня, поэтому становились в линейку за пару секунд раньше. И мне приходилось втискиваться между Иванко и Митьком. Так было всегда, из дня в день. Михалыч, мужик в возрасте, не чета, нам, пацанам, с достоинством становился во главе шеренги, преправ все понятия об ординации. Потому он багровел еще более, но Михалычу по барабану, у Михалыча всегда в запасе много волшебных слов по-немецки, так пошлет, мало не покажется.
- Вы, звери, - говорил Курт после бурного построения, - если вы думаете, что поступив на службу в Вермахт, сразу же стали людьми? Ошибаетесь! Ничем вы не отличаетесь от остальных животных.
Ну, козел, чего ещё скажешь и фамилия у него козлячая. Я уж и не обижался на такие выпады начальника полиции. Каждый день такое выслушивать, поди, привыкнуть можно. Главное в другом; при всей своей супер-пупер сверхчеловеческой принадлежности, он еще и осознавал эту принадлежность, ему ведь, в своё время, Самый Главный Врач в Берлине лично снимал мерку с черепушки и выдал заключение, 'чистейшей воды ариец' что и записано в специальном сертификате. Начальник, сертификат на стенке повесил, чуть ниже портрета фюрера, при случае всех тыкал в него казачьей, наглой мордой. И вот, этот мешок высокопробного дерьма с вселенским чувством превосходства измывался над нами, словно мы не Германии служим, а так, быдло из стойла. Однажды, послав Митька на плёвое задание, повесить бывшего агронома колхоза, так чуть было не пристрелил его, за то, что Митёк, сжалившись над агрономом, повесил его с намыленной верёвкой. И пристрелил бы, спасибо Михалыч, отбил.
Но самогонку он пить разрешал, так за это лишь можно простить всё, что угодно. Пил он тоже, будь здоров, что настоящий казак, аж продукта становилось жалко, честное слово. За пару дней до печального происшествия, лично возглавлял аусвайс проверку у старухи Степаниды. Мы частенько делали у неё аусвайс, ну и напивались там, до чертиков. А когда он надрался, стал выговаривать нам, какие мы, все суслики беспородные и, вообще, он с нами по крайней нужде. Что кончится война, он поедет в Берлин к своей Марте, там общество получше. Вот за это и схлопотал по роже от Михалыча. Михалыч вообще крут, старый казак, пофиг ему, начальник, не начальник, пусть будет хоть сам Бог, обязательно врежет, если он не прав. Праздник после этого и расстроился, на радость Степаниды.
***
- Михалыч с Куртом ссорился сильно. И всегда по делу, и за правду, но зато жестоко.
- По какому делу? За какую правду? - ухватился за фразу оберлейтенант, - например.
- Например, когда мы ходили в хутор Грушевый с карательной миссией, а у Михалыча там родня, сестра с мужем и тётка. Так ведь, семья же! Что? Старшему полицаю не положено сохранить свою семью? Но мужа сестры, таки расстреляли, типа компромисс. Они с пингвином... то есть с Куртом подрались даже, из-за этого.
- С пингвином? - переспросил Отто.
- Простите, вырвалось...
- Объясните, почему с пингвином?
- Ну это кличку ему, такую, дал Мыкола. Простите...
- Отчего ж, забавная кличка. А причину не знаете?
- Ну, просто. За его фигуру; маленькая голова, а остальное всё - живот.
- А-а-а-а... понятно. Ваш Мыкола, тоже не любил Бокхорна?
- Ну, у них были отношения, особенно нежные...
***
Мыкола притащился в комендатуру сразу же, как красных погнали в горы. Как он исхитрился удрать с полка, прямо из под бдительных глаз комиссаров? Я уже служил тогда в полиции пару недель, по рекомендации Михалыча. Вот и припёрся в комендатуру новичок, весь из себя, даже форму и пилотку со звёздочкой не снял. Мы его вообще не знали, откуда-то с Украины он. Пришел и говорит:
- Служить хочу, в полиции.
Курт схватился за пистолет, вытаращив глаза. Он подумал, что русские идут. А потом, немного покумекав, спросил:
- Очень хочешь?
- Очень.
- Как тебе поверю?
- Давайте любое задание.
- Хорошо! - У пингвина хитро сверкнули глаза. - Вот тебе первая миссия. По станице пройдёшься голым?
- Могу и голым...
И пошёл! Умора. Мы следом. Все станичные над ним потешались, так мы вообще, в голос ржали. Пингвин, щелкал свои фотоаппаратом, для коллекции, на память. Но ничего, выдюжил парень, стойко перенес все тяготы вступления в полицию. Сейчас станичные уже не потешаются, лютый он очень. Скольких неблагонадежных самолично повесил и расстрелял, не сосчитать. Но на пингвина он таки, с тех пор, затаился.
***
- У Вас, лично, стычки с начальником были?
- Нет...
- Не врать!
- Были, конечно, но всегда Михалыч выручал.
- Расскажите, кто такой Михалыч.
- Михалыч... Про него не рассказывать, про него нужно петь. Казак - знатный. Когда красные пришли в станицу, ему и двадцати не было, ну там, халам-балам, уговорили казачков в Красную Армию, они сдуру и подались. А когда Деникина на портянки порвали, казаки вернулись к хатам, вот тут-то всех и ждал сюрприз - расказачивание. У тебя пара лошадей? Значит - казак, кулак, жлоб, мочить. И сослали Михалыча туда, где сопли дробью до земли долетают, если на морозе сморкаешься. Перед самой войной амнистию получил, это чтоб опять в Армию и на фронт. Ага, щаз, с песнями. Михалыч огородами, огородами и подался в ридну станицу.
- А как они с Куртом познакомились?
- Да тут история, вообще простецкая. Он одним из первых в полицаи записался. Прочитал указ новой власти, что всячески помогать и прочее такое, так в комендатуру и пришел. Говорит: "Оружие мне!" Курт: "Зачем?" "Мочить их, гадов буду, до кровяных соплей" Курт ему шмайсер и протягивает: "На" Поверил сразу. Сединам, поверил что ли? Михалыч, ведь Курта на целых пять лет старше.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
|
|
| |
| | Неудобно. Нужно полностью снять бюстгалтер. Отложу-ка его в сторону. Ну и сразу сниму джинсы, чтобы не мешали. Трусики оставлю, а то страшновато, просто отодвину в сторону, только все равно этого не видно в камере, нужно ее немного опустить вниз, и самой слегка приподняться. Вот теперь я вижу все у себя между ног, и мне это нравиться. Кажется это называется клитор, его очень удобно трогать средним пальцем. Проведу вокруг. Ах, кого стесняться, его можно тереть быстрее. Или даже очень быстро. | | |
| |
|
| |
| | Кончил я снова на грудь, вытерев сперму с груди и члена решил, что нужно лечь и дождаться Максима, а потом ему рассказать, что я всё слышал и знаю о нём и Игоре. Незаметно для себя я уснул. Проснулся я от того, что меня кто-то гладил по члену и яйцам, открыв глаза, я увидел, что это был Макс. Мы стали целоваться, затем Макс стал ласкат мои соски, постепенно опускаясь к члену и наконец взял его в рот, сначала осторожно, затем всё смелее, он стал делать мне миньет, левой рукой он массировал мне яйца, которые уже подтянулись к основанию члена и стали крепкими, как мячики для гольфа, ещё несколько секунд и я начал кончать в рот Максима, который еле успевал сглатывать то, что ему отдавал мой член. В этот момент я понял, что и Макс кончает, оказывается он, всё это время дрочил свой член, который стал выбрасывать порции спермы как раз со мной вместе, сперма летела на мои ноги, постель, на грудь Максима. Кончив я поцеловал Макса, обнял его, и он прилёг на мою полку рядом со мной, отдохнув около получаса, я решил, что неплохо было бы перекусить, Макс поддержал моё предложение и уже через 15 минут на столе было два стакана горячего ароматного кофе, (у Игоря нашлась кофеварка и натуральный кофе, что было просто супер) , четыре стаканчика йогурта, плитка шоколада, завтрак из такого набора продуктов нас вполне устраивал и мы приступили к трапезе. Затем когда пришла очередь кофе, мы умиротворенные сидели на одной полке и разговаривали с Максом, у меня сложилось впечатление, что я знаю Макса уже сто лет, вдруг раздался стук в дверь купе, она открылась и в проёме появилось милое лицо нашего проводника, Игорь лукаво улыбаясь спросил как наши дела, и получив ответ, что всё супер, сказал, что если будут проблемы можно обратиться к нему и он всё сделает, чтобы мы ни в чём не нуждались, и действительно, мы до конца пути не испытывали никаких проблем, так и добрались до пункта назначения. Как выяснилось Максиму негде было остановиться, он планировал снять квартиру по приезду, я в свою очередь предложил остановиться у своей тёти, зная что у неё большой дом у побережья и место ему найдётся, Макс согласился принять моё предложение и мы поймав такси рванули к тётке. Тётя Наташа встретила нас с огромной радостью, Максима я ей представил как своего друга и сказал, что хотел бы, чтоб он остановился у нас, возражений со стороны тёткки не последовало, учитывая то, что она вдова, её муж, был моряком и погиб в одном из плаваний, и теперь она жила одна с сыном в огромном двухэтажном доме, она ничего не имела против. Она показала нам большую комнату на первом этаже, окна которой выходили в сад, комната была очень светлой, недовно в доме был сделан хороший ремонт, стояла хорошая мебель, в комнате был установлен большой телевизор, короче нам с Максом все понравилось. Ма начали распаковывать свои вещи и распологаться, тетя тем временем ушла на кухню, накрывать на стол. Минут через 20 нас позвали к столу. Я спросил у тётки, где же Данила, её сын и мой собстаенно, двоюродный брат? Она ответила, что он с друзьям ушел в поход и должен вернуться завтра, я немного расстроился, очень хотелось увидеть Даника, как я его называл, думаю за последние пять лет он сильно изменился, последний раз, когда я его видел ему было всего 15, но уже тогда он был очень привлекательным, широкие плечи, узкие бедра, но всё-таки было заметно, что это ещё подросток, думаю теперь он превратился в настоящего красавца, у него были голубые глаза, светлые, цвета ржи волосы, длительные ресницы и вообще он был похож на античного бога. Тётя стала меня распрашивать о доме и родителях, Максим поблагодарив за обед и сказав, что хочет прилечь отдохнуть, ушёл в комнату, мы с тётей остались на кухне и продолжили беседу о моих домашних. Через некоторое время я тоже стал моргать медленнее и тётка заметив это отправила меня в комнату, настояв на том, чтоб я отдохнул с дороги. | | |
| |
|
| |
| | Эта история случилась однажды в начале зимы. Тогда мне было 15 лет и я направлялся на мамин день рождения...
| | |
| |
|
| |
| | Он немного посидел на мне, окончательно свыкаясь с инородным телом в своем теле, потом устроил свои коленки по бокам от меня, и стал сначала медленно, а потом все быстрей и быстрей двигаться на мне вверх и вниз. Видно было, что первая боль уже прошла, и он начинал ощущать кайф от массажа простаты моим членом и начал входить во вкус. Он прикрыл глаза и стал даже постанывать. Я наблюдал за этим волшебным действом и не мог поверить, что все это наяву. Я уже еле сдерживался, когда Сережка вдруг вскрикнул и начал просто скакать на мне! После нескольких секунд таких скачек я все-таки не выдержал и начал бурно кончать прямо в Сережку и кричать что-то типа- да, да! | | |
| |
|