|
|
 |
Рассказ №21118
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 28/07/2024
Прочитано раз: 41183 (за неделю: 67)
Рейтинг: 37% (за неделю: 0%)
Цитата: "Джим приоткрыл глаза и залюбовался такой милой и желанной головкой в красной вязаной шапочке, ритмично насаживающейся на его плоть, на худенькую ручку в красной перчатке, бродящую по его фаллосу. Волна наслаждения прокатилась по всему его телу, он начал изливать свои соки внутрь этого волшебного существа. Это продолжалось так долго, что казалось бесконечным, но наслаждение никак не кончалось, а соки всё лились и лились из него! В глазах у него помутнело, силы стали покидать его тело. В последний момент он успел сквозь туман в глазах заметить двух девочек, бесшумно зашедших в их тупик. На них была такая же тёмно-красная форма. Он даже успел узнать ту долговязую блондинку, что когда-то схлопотала от его Мари мячом по голове. Силы окончательно покинули его тело, а разум погрузился во тьму...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Пролог.
Прыг-скок, прыг-скок, прыг-скок, игра в самом разгаре! Две девочки явно разгорячены, крутят скакалку изо всех сил, а ещё две прыгают как козочки, форменные тёмно-красные платьица задираются до животов, обнажая девичьи ножки и белые хлопчатобумажные трусики. Ножки в красных туфельках и белых гольфиках стройные, прыгучие, движения их чёткие, отлаженные. Смотреть на них- одно удовольствие! Но всё же делу время, как говорится.
-Так, девочки, перемена окончена, - командует наставник Квинт, - возвращаемся на занятия!
Красные от напряжения, но довольные девчонки собирают скакалки и с весёлыми улыбками идут, взявшись за руки, со двора в здание гимназии.
А гимназия эта не совсем обычная, точнее даже будет сказать- совсем необычная. Да и девочки наши- вовсе не девочки в традиционном смысле этого слова. Ведь традиционно девочки рожались мамами, ну, или, на худой конец, выращивались в пробирках, а вот наши девочки производились на фабриках. Фабриках кибернетической жизни, или сокращенно: ФКЖ. На этих фабриках производились не только маленькие милые девочки и не только лишь люди, но выпускались и другие живые и неживые организмы и механизмы.
Всех их объединяло одно: новейший сверхмощный искусственный интеллект, являющийся страшным секретом Корпорации, владеющей и управляющей данными фабриками. Но сейчас речь пойдёт всё же не о фабрике, а о её произведениях, обучающихся на данный момент в этой закрытой гимназии. О киборгах с человеческой кровью и плотью, но с атомным мотором вместо сердца и электронными мозгами. Киборгах с нечеловеческими возможностями.
Девочки зашли в класс и расселись по одиночным партам. Наставница Георгина поприветствовала их. Рядом с ней стояла ещё одна девочка. На ней уже было надето форменное платье и туфли. Это была смуглая высокая брюнетка с миндалевидными темно-карими глазами, как и все фабричные девочки- с безупречно красивым лицом. Георгина представила её остальным:
- Девочки, познакомьтесь, наша новая ученица, Хризантема-Р-747, для вас просто Кики.
Девочки привстали и пропели хором:
- Очень приятно, Кики!
Потом каждая представилась отдельно, начиная с первой парты, заканчивая последней.
- Ирис-М-12, или просто Герда.
- Бархатец-А-379, или просто Джи.
- Ирис-Р-43, или просто Мари.
- Орхидея-С-2408, или просто Номи.
Кики удивлённо вскинула брови:
- Ирисы ведь такая редкость, а у вас сразу две?!
- Так ведь гимназия находится на территории бывшей северной Европы, - объяснила ей Георгина.
Девочка понимающе кивнула и уселась на своё место.
Глава 1. Мари.
Она вышла за калитку гимназии ровно в половину второго, и сердце Джима сжалось: впервые увидев её издали, он был потрясён, он не мог предположить, что она столь хрупка и миниатюрна, даже уже не гимназистка, а почти что Красная Шапочка, девочка из сказки, чудесный эльф в красненьком пальтишке и таком же красном платьице под ним.
- Здравствуйте! - Её голосок, звонкий, очаровательный, который он не спутает ни с чьим другим, который он жаждал услышать всю ту проклятую, бесконечно тянущуюся неделю, чуть не сведшую его с ума, неделю мучительной, дурацкой невстречи.
Его руки тянутся к ней, прикасаются, трогают, держат. Он хочет убедиться, что она не призрак, не голограмма в тихо мнущемся пальто.
- Здравствуйте, Джим, - повторяет она, наклоняя голову и исподлобья глядя на него чудесными зелёно-серыми глазами. - Что же вы молчите?
А Джим молчит. И улыбается.
- Долго меня ждать изволили?
Он отрицательно мотает головой.
- А я невозможно зашиваюсь с хуманиторой. - Скосив глаза на заваленный старым хламом угол, она поправляет юбку. - Ума не приложу, что с ней делать. Только три дня назад раздать пособия соизволили наши преподы. Представляете? Три дня. И это на хуманитору! Безобразие.
Джим лишь продолжал улыбаться словно идиот и пялиться на неё.
- Правда, долго меня ожидали? - Она строго морщит тонкие светлые бровки.
- Вовсе нет, Мари.
- Пойдёмте, подышим свежим воздухом. - Она вцепляется в его рукав и тащит за собой.
Он идёт рядом с ней как зомби.
Мари держится за его руку, красные полусапожки цокают по асфальту, крошат подмороженные с ночи лужицы. В этих красных полусапожках и красной форме на школьной площадке он её и увидел впервые. Стоя в мелом очерченном круге, девочки играли в свою любимую игру. Резко полетел вверх голубой мяч, выкрикнули её имя. Она бросилась, но не поймала его сразу, мяч ударился об асфальт, подпрыгнул, она схватила его, прижав к красной форменной груди со значком "В", выкрикнула: "Штандер!" И разбежавшиеся гимназистки замерли, парализованные строгим немецким словом. Она метнула мяч в долговязую блондинистую подругу, попала ей в голову, заставив громко и недовольно ойкнуть, и прыснула, зажав рот ладошкой, присела на прелестных ножках в белых колготках, закачала очаровательной, оплетенной русой косою головкой, бормоча что-то извинительное, борясь со своим дивным смехом:
- Дайте мне вашу руку, - вдруг говорит Джим и сам забирает её ручку в перчатке.
- Это ещё зачем? - смотрит она исподлобья.
Он отводит рукав пальто и припадает губами к её запястью, к дурманящей теплоте и нежности. Не противясь, она глядит молча.
- Я без ума от вас, - шепчет он я в эти ручки. - Я от вас без ума: без ума: без ума:
Её бледное эльфийское запястье не шире трёх его пальцев. Он целует его, припадает, словно вампир. Вторая ручка дотягивается до его головы.
- Вы слишком рано поседели, - произносит она тихо. - В тридцадь семь лет и уже почти весь белый! На войне?
Нет, он никогда не воевал.
- Да, в уйгурском плену, - врёт он.
- Бедненький! - Мари снова гладит его по голове.
Он обнимает её, поднимает к своим губам. Вдруг она ловко, словно белочка, выскальзывает из его объятий, бежит вдаль по переулку. Он пускается вслед за ней. Она сворачивает за угол. Бегает она превосходно.
- Куда же вы? Постойте! - он тоже сворачивает за угол.
Её красное пальтишко с такой же красной шапочкой мелькает впереди. Она бежит по безлюдной улице к серо-бурой громадине окружной стены. Подбегает, встает к стене спиной, широко разводит руки.
Её фигурка настолько крохотна и ничтожна на фоне мрачной пятнадцатиметровой стены, нависшей серой, грозной волной, что ему становится страшно: вдруг это бетонное цунами накроет его прелесть? И ему никогда больше не доведется держать Мари в своих объятьях?
Джим подбегает к ней. Она стоит, закрыв глаза, прижав разведенные руки к стене.
- Люблю стоять здесь, - произносит она, не открывая глаз. - И слушать, как за стеной гудит Город. Вот увидеть бы его ещё один разок! Жаль, что нам, сиротам, туда нельзя.
Джим поднимает её как пушинку, шепчет в нежное ухо:
- Смилуйтесь надо мной, мой ангел.
- И чего же вы хотите? - Её руки обвивают его шею.
- Чтобы вы стали моей.
- Любовницей?
- Ну что вы, возлюбленной!
Её губы приближаются к его.
- Даже так?
- Только так.
- А как же ваша супруга?
- О, прошу, Мари, не напоминайте мне в такой момент так жестоко о самом постыдном, я и так полностью разбит и унижен!
- Сколько это будет стоить?
- Десять золотых кредитов.
- Большие деньги, - не по-детски рассудительно говорит она в его губы. - А можно мне: можно на землю?
Он опускает её. Она поправляет шапочку. Её лицо как раз на уровне его сердца, где сейчас происходят атомные взрывы желания.
- Пойдём? - Мари берёт его за руку, словно он её однокашник.
Они идут вдоль грязной и мрачной стены, мимо серых заброшенных и полуразрушенных домов. Джим любуется сосредоточенным личиком своей вожделенной Мари. Она думает и решает.
- Знаете что, - медленно произносит она и останавливается. - Я согласна.
Он сгребает её в охапку, начинает целовать тёплое бледное личико.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
|
|
| |
| | Неудобно. Нужно полностью снять бюстгалтер. Отложу-ка его в сторону. Ну и сразу сниму джинсы, чтобы не мешали. Трусики оставлю, а то страшновато, просто отодвину в сторону, только все равно этого не видно в камере, нужно ее немного опустить вниз, и самой слегка приподняться. Вот теперь я вижу все у себя между ног, и мне это нравиться. Кажется это называется клитор, его очень удобно трогать средним пальцем. Проведу вокруг. Ах, кого стесняться, его можно тереть быстрее. Или даже очень быстро. | | |
| |
|
| |
| | Кончил я снова на грудь, вытерев сперму с груди и члена решил, что нужно лечь и дождаться Максима, а потом ему рассказать, что я всё слышал и знаю о нём и Игоре. Незаметно для себя я уснул. Проснулся я от того, что меня кто-то гладил по члену и яйцам, открыв глаза, я увидел, что это был Макс. Мы стали целоваться, затем Макс стал ласкат мои соски, постепенно опускаясь к члену и наконец взял его в рот, сначала осторожно, затем всё смелее, он стал делать мне миньет, левой рукой он массировал мне яйца, которые уже подтянулись к основанию члена и стали крепкими, как мячики для гольфа, ещё несколько секунд и я начал кончать в рот Максима, который еле успевал сглатывать то, что ему отдавал мой член. В этот момент я понял, что и Макс кончает, оказывается он, всё это время дрочил свой член, который стал выбрасывать порции спермы как раз со мной вместе, сперма летела на мои ноги, постель, на грудь Максима. Кончив я поцеловал Макса, обнял его, и он прилёг на мою полку рядом со мной, отдохнув около получаса, я решил, что неплохо было бы перекусить, Макс поддержал моё предложение и уже через 15 минут на столе было два стакана горячего ароматного кофе, (у Игоря нашлась кофеварка и натуральный кофе, что было просто супер) , четыре стаканчика йогурта, плитка шоколада, завтрак из такого набора продуктов нас вполне устраивал и мы приступили к трапезе. Затем когда пришла очередь кофе, мы умиротворенные сидели на одной полке и разговаривали с Максом, у меня сложилось впечатление, что я знаю Макса уже сто лет, вдруг раздался стук в дверь купе, она открылась и в проёме появилось милое лицо нашего проводника, Игорь лукаво улыбаясь спросил как наши дела, и получив ответ, что всё супер, сказал, что если будут проблемы можно обратиться к нему и он всё сделает, чтобы мы ни в чём не нуждались, и действительно, мы до конца пути не испытывали никаких проблем, так и добрались до пункта назначения. Как выяснилось Максиму негде было остановиться, он планировал снять квартиру по приезду, я в свою очередь предложил остановиться у своей тёти, зная что у неё большой дом у побережья и место ему найдётся, Макс согласился принять моё предложение и мы поймав такси рванули к тётке. Тётя Наташа встретила нас с огромной радостью, Максима я ей представил как своего друга и сказал, что хотел бы, чтоб он остановился у нас, возражений со стороны тёткки не последовало, учитывая то, что она вдова, её муж, был моряком и погиб в одном из плаваний, и теперь она жила одна с сыном в огромном двухэтажном доме, она ничего не имела против. Она показала нам большую комнату на первом этаже, окна которой выходили в сад, комната была очень светлой, недовно в доме был сделан хороший ремонт, стояла хорошая мебель, в комнате был установлен большой телевизор, короче нам с Максом все понравилось. Ма начали распаковывать свои вещи и распологаться, тетя тем временем ушла на кухню, накрывать на стол. Минут через 20 нас позвали к столу. Я спросил у тётки, где же Данила, её сын и мой собстаенно, двоюродный брат? Она ответила, что он с друзьям ушел в поход и должен вернуться завтра, я немного расстроился, очень хотелось увидеть Даника, как я его называл, думаю за последние пять лет он сильно изменился, последний раз, когда я его видел ему было всего 15, но уже тогда он был очень привлекательным, широкие плечи, узкие бедра, но всё-таки было заметно, что это ещё подросток, думаю теперь он превратился в настоящего красавца, у него были голубые глаза, светлые, цвета ржи волосы, длительные ресницы и вообще он был похож на античного бога. Тётя стала меня распрашивать о доме и родителях, Максим поблагодарив за обед и сказав, что хочет прилечь отдохнуть, ушёл в комнату, мы с тётей остались на кухне и продолжили беседу о моих домашних. Через некоторое время я тоже стал моргать медленнее и тётка заметив это отправила меня в комнату, настояв на том, чтоб я отдохнул с дороги. | | |
| |
|
| |
| | Эта история случилась однажды в начале зимы. Тогда мне было 15 лет и я направлялся на мамин день рождения...
| | |
| |
|
| |
| | Он немного посидел на мне, окончательно свыкаясь с инородным телом в своем теле, потом устроил свои коленки по бокам от меня, и стал сначала медленно, а потом все быстрей и быстрей двигаться на мне вверх и вниз. Видно было, что первая боль уже прошла, и он начинал ощущать кайф от массажа простаты моим членом и начал входить во вкус. Он прикрыл глаза и стал даже постанывать. Я наблюдал за этим волшебным действом и не мог поверить, что все это наяву. Я уже еле сдерживался, когда Сережка вдруг вскрикнул и начал просто скакать на мне! После нескольких секунд таких скачек я все-таки не выдержал и начал бурно кончать прямо в Сережку и кричать что-то типа- да, да! | | |
| |
|