|
|
 |
Рассказ №21485
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 12/05/2019
Прочитано раз: 69064 (за неделю: 16)
Рейтинг: 61% (за неделю: 0%)
Цитата: "Юрка, не рассусоливая, по хозяйски затеребил сочащуюся пахучей жидкостью плоть, прислушиваясь к материнским всхлипам, вздохам и ахам, пытаясь понять, что ей особенно нравится. Он быстро понял, что ей нравится вообще все - она извивалась, повизгивала как животное, скулила. В плотном сумраке было видно, как мать немилосердно тискала податливые груди, пока Юрка занимался ее пиздой...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
- Юрочка! Юрочка! - шептала она. - Сыночек! Как хорошо! М-м-м! Как мне приятно! Соси, маленький, соси мамочку:
И Юрка сосал, пока теплая жижица, выплеснувшаяся из раздроченного мамой хуйка, не потекла ему на живот. Он лишь несильно дернулся и выпустил сисю изо рта.
- О-о-охх! - выдохнул он.
- Вот, мой сыночек! Вот, мой хороший! Дал мамочке молочка! - шептала мать возбужденно, собирая Юркину сперму в ладонь.
Несмотря на оргазмическую расслабленность, Юрке в голову тут же пришла идея.
- Мамотька! Покольми Юлотьку молотьком!
- Нету у мамочки молочка, сынок, - грустно отозвалась мать.
- Поколми Юлоцкиным молотьком. Как птеньцика!
Мать непонимающе глянула на Юрку, потом на свою ладонь, в которой поблескивала белесая лужица, потом расширившимися глазами снова на Юрку. Он кивнул. Она задрожала от новой волны возбуждения, и быстро слизала все со своей ладони. Потом наклонилась к Юрке, прижалась губами к его губам и выпустила в его рот смесь спермы со слюной. Их языки забарахтались в этом терпком болотце, быстро превратившимся в пену, рты жадно сосали друг друга, сглатывая "молочко" , а мать стонала горлом и извивалась от возбуждения.
Вдруг она прервала поцелуй, резко отстранившись.
- Юрочка! Юрочка! - уже знакомым Юрке горячечным шепотом затараторила она. - Отодвинься, маленький! У мамочки писька чешется: надо почесать: сил нет: ну, давай!
Именно к этому моменту Юрка и вел всю игру. Сейчас или пан, или пропал!
- Юлоцька поцесет!
Мать от неожиданности поперхнулась, вся как-то сжалась и слегка осипшим голосом зачастила:
- Да как же это, сыночек! Это мальчикам нельзя! Нельзя! Там срамное место, там плохо пахнет! Я сама, сама все сделаю. Подвинься, маленький! Ну, чуть-чуть! Ну, пожа-а-алуйста!
Юрка понял, что самый опасный момент пройден. Теперь только настойчивость!
- Нет! Хоцю цесать!
- Ну, Юрка! Я же стесняюсь в конце концов! - со слезами в голосе почти закричала перевозбужденная женщина.
- А мы свет выклюцим!
Юрка соскочил с ее колен, вырубил свет и, не давая матери опомниться, тут же опустился на колени между широко разведенных ног, не позволяя им сомкнуться. Сквозь открытую дверь сочился скупой вечерний свет, поэтому в ванной было не совсем темно - Юрка видел контуры материнского тела, но подробности разглядеть, конечно, не мог.
- Юрочка! Юрочка! Мальчик мой! Я боюсь! Боюсь! - почти рыдая шептала она, но попыток оттолкнуть Юрку не делала.
Ободренный мальчишка потянулся вперед и нащупал дрожащую ладонь, закрывающую ему доступ к материнской вульве. Он решительно убрал вяло сопротивляющуюся руку, и положил свою ладонь на очень выпуклую, влажно-горячую, слегка пружинящую, покрытую мягким волосом плоть.
Мать резко дернулась, но почти сразу, горько всхлипнув, поникла, отдавая всю себя на волю и ответственность решительного мужчины.
Юрка быстро ощупал свой трофей, радостно понимая, какое крупное, богатое, тактильно-приятное чудо ему досталось. И первое, что он почувствовал, это то, что у него под ладонью всего много - много волос, большие внешние губы, много складочек внутри, фактурный, длинный клитор с круглой, вылупившейся из капюшончика, головкой. Это была никакая не писька. Это была настоящая, стопроцентная пизда.
Юрка, не рассусоливая, по хозяйски затеребил сочащуюся пахучей жидкостью плоть, прислушиваясь к материнским всхлипам, вздохам и ахам, пытаясь понять, что ей особенно нравится. Он быстро понял, что ей нравится вообще все - она извивалась, повизгивала как животное, скулила. В плотном сумраке было видно, как мать немилосердно тискала податливые груди, пока Юрка занимался ее пиздой.
Под Юркиной рукой мокро чмокнуло и он, вспомнив о своей обязанности, сложил указательный и средний пальцы на свободной руке и, продолжая теребить сочный клитор, упруго ввел их в теплую, хлюпнувшую вязким соком, вагину.
-Уй-й-й-й! Ой-ей-е-е-е-е-й! - запищала она, и еще сползла вперед, подставляясь сношающей ее сыновней руке. Юрка сначала медленно, но неумолимо ускоряясь задвигал рукой. Поймав ритм, с которым подмахивали ему материнские бедра, Юрка стал менять направление ударов и положение пальцев, чтобы максимально растянуть и размять слегка ребристые стенки глубокого, показавшегося ему бездонным, влагалища.
Под Юркиными руками прыгала и сотрясалась всхлипывающая от вожделения мать, и Юркин парень аж звенел, просился к ней внутрь, но Юрка звериным чутьем понимал - пока рано! Пусть кончит от его рук, а там видно будет.
Вдруг мать выгнулась, отрывая таз от стульчака, вся напряглась, как дрожащая струна, и еще пару раз подмахнув Юрке, оглушительно заорала, резко ударила бедрами вверх, вырываясь из Юркных рук, и замерла. Когда первый крик стих, она заорала снова и снова ударила бедрами. Потом еще раз. Через немыслимо долгое мгновение раздалось скрипение стульчака - ослабевшая мать осела, последний раз облегченно простонав.
Потрясенный Юрка затих, наслаждаясь своей властью над этим богатым, любвеобильным телом. Теперь у него не было никаких сомнений - очень скоро он овладеет им полностью. И будет владеть им так, как захочет и столько, сколько ему заблагорассудится. Эта женщина принадлежала только ему и больше никому в мире. Осознав это, он чуть не умер от нежности.
Он благодарно склонился вперед и на ощупь погрузился губами в ее мокрые соленые половые губы.
- Сы-ы-ыночек! Не на-а-адо! - заскулила мать, кладя ладони ему на затылок. - Там же плохо пахнет, сыно-о-чек:
Но ее ладонь не отталкивала Юркину голову, а прижимала, и ободренный Юрка со знанием дела усердно разлизал материнское междуножье как учила Вера. И как только дело дошло до сосания клитора, мать с тихим писком спустила еще раз, зажав Юркну голову бедрами. У него с подбородка закапало.
- Все, малыш! Все! Все! - задыхалась она, выпуская его голову из плена. Юрка отвалился от удовлетворенного им материнского тела, но его собственное тело требовало разрядки.
- Пипка толцит! - безапелляционно заявил Юрка.
- Ой! Опять?! - притворно удивилась она. Голос у нее был счастливый. Юрка подумал, что у него есть шанс.
- Хотю засунуть пипку в мамоцьку!
Мать замерла. Все звуки стихли. Стало слышно, как вода капает в бачке унитаза. Юрка держал паузу.
- Малыш, - тихий голос извинялся. - Малыш, я тоже, тоже: этого хочу. Правда! Но:
Блаженство поднималось в Юркиной груди! Да! Да! Она тоже хочет! Она сама сказала. Теперь точно - все!
- Но сегодня: нам нельзя это, понимаешь? У меня такие дни, ну: у женщин бывает: когда легко забеременеть. - мать опять тараторила, пытаясь оправдаться, объяснить своему партнеру, почему не может его удовлетворить прямо сейчас. - А у меня это все сразу, понимаешь, моментально, раз - и все, а нам с тобой никак нельзя маленького. Просто никак! Он больной будет, и все такое:
Юрка торжествовал. Он успокаивающе погладил ее по коленке.
- Тогда хотю мамоцьке в попоцьку!
Мать притянула его к себе и, обняв, зашептала на ухо.
- Юрочка: В попе же грязно: инфекция: давай не будем, а? Давай в ножки, как раньше?
- В попоцьку!
- У-у-у, какой ты упрямый! Как твой папка! - мать нежно погладила его по затылку. - Он тоже все - дай в попу, дай в попу! Ну, дала, даже самой понравилось, а у него как отрезало! Я уж и просила его, а он - ни в какую.
Мать вздохнула и отстранила Юрку.
- Ладно! Раз ты у меня такой герой, будет тебе сегодня "в попоцьку".
Юрка потянулся к ней, но она его остановила.
- Но в грязную попу не пущу! Сначала подготовлюсь!
Юрка разочаровано хмыкнул.
- И никаких возражений! А пока кыш отсюда! Мамочка готовиться будет.
Юрка засеменил к двери.
- И когда закроешь дверь - включи свет, пожалуйста.
Он захлопнул дверь и щелкнул выключателем.
Подготовка заняла много времени. Из санузла слышались то звуки льющейся воды, то несколько раз грохот спускаемой воды в унитазе, то какие-то таинственные шорохи, то материнский голос среди этих шорохов звонко начинал напевать радостный мотивчик и вдруг рассыпался счастливым смехом.
Довольный Юрка бесцельно слонялся по квартире, не имея желания чем-либо заняться.
Соскучившись, он поскребся к матери, но та ответила:
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
|
|
| |
| | Саша удивился, но стал старательно тужиться. В этот момент палец доктора мгновенно проник в его прямую кишку. Почувствовав это, Саша опять сжался и подался тазом вперед, одновременно и выталкивая настойчивый палец, и пытаясь сползти с него. Однако доктор крепко придерживал его за плечи, продолжая смазывать внутренности. | | |
| |
|
| |
| | Я еще раз посмотрела на себя в зеркале по любовалась собой. Ты просто секс бомба. Я почти вышла за дверь как меня осенила я про татуировку забыла блин если бы люди узнают что я настоящая девушка то позор будет обеспечен а этого допустить нельзя, я пошла и открыла свой шкафчик и достала наклейку форме татуировки, я ее заказала специально она держится всего два дня а потом ее можно просто смыть, я сверила серийный номер с другим номером который был на блузке, чтобы не было ошибки и наклеила на левую руку. Так теперь все готово, я еще раз посмотрела на мониторы вроде все чисто время было уже три часа ночи, потом я посмотрела где находятся главные боты я не хотела с ними встречаться чтобы они мной командовали я девушка из богатой семьи и чтобы какой-то безмозглый бот командовал мной. Хотя у всех ботов есть распознавание лиц и я в глазах ботов считаюсь как главным управляющей гостинице а так как у меня есть серийный номер то для главного бота я всего лишь горничный бот который должен выполнять все поручения, так как для главного бота я всего лишь горничной бот. Я посмотрела на монитор все главные боты были занятыми и на моем пути встречаются не должны были | | |
| |
|
| |
| | Я ладошками случайно упёрся в её пышную упругую грудь - оттолкнул, и пытаюсь то в одну - то в другую сторону выскользнуть поза ней, наши тела двигались с такой резвой скоростью - как будто свеже поймана резвая рыба пытается допрыгать с берега у воду. , она сорвала с меня остатки майки - в попытке снова придвинуть меня и вцепится в горло, - за тело хватать не получается - скользит, я резво мотыляя ногой ударил её между ног по промежности изгибом голени и ступни - она мгновенно сжала свои упругие ляжки, - зажав мою ногу, я ощутил ногой жар - будто в неё температура выше 40 градусов, и всё скользило - будто залито массажным кремом, я стал вырывать, - вытаскивать ногу, резво двигая к себе, - от себя, и мотыляя ступнёй ударяя по её ягодицах и между. , она сильней сжав ляжками мою ногу - протяжно застонала и приседая - положила ладошку на (палатку) - оттянутые членом трусы - сквозь их тонкую ткань хлынула сперма - ей в ладошку. | | |
| |
|
|
| |
| | Наше с ним знакомство произошло как-то само по себе, просто в один из дней начали здороваться. Узнал я, что зовут его Ваней, учится он в параллельной группе. Я старался не пропускать ни одного занятия, где наши группы были вместе. И что самое ужасное нравился мне этот парень с каждым днём всё больше и больше. Выспрашивая, у тех с кем уже познакомился, о других однокашниках, в том числе интересовался, как бы невзначай, и о нём. Слухами земля полнится. Много чего новенького я узнал о незнакомых мне людях, но интересовал меня только один. Как оказалось, этот изящный брюнет, с тонкими чертами лица, и бездонно голубыми глазами занимался танцами, и подрабатывал в одном из ночных клубов города. Конечно же, этот человечек отличался от всех окружающих, он был всегда стильно одет, хорошо причёсан, ухожен и уверен в себе. И по слухам, был он самым настоящим Геем, но, слухи - слухами, а в поведении его читалось именно это. А мне, вот именно такие и нравились. По разговорам ни парни, ни девушки его не воспринимали. Отношение к Геям у большинства людей показушное, говорят много, громко, и плохо, просто не понимая, а может, понимая, но ведь как можно - стереотипы. Поэтому мои хорошие отношения с ним, наверное, многим показались подозрительными, но кроме рукопожатий нас ничего не связывало. А мне хотелось, безумно хотелось вдыхать его аромат, бесконечно тонуть в голубизне его глаз, говорить и говорить с ним. В своих фантазиях я подходил к нему, прижимал к сердцу, обнимал со всей нежностью и утопал в его горячем поцелуе. Мои пальцы путались в его кудрях, сердце выскакивало из груди, а всё моё существо закипало в порыве страсти. Но всё это только картины воображения, наяву- только две sms-ки, причём отправленные мной, ответа я так и не дождался. Сколько человек может скрывать свои чувства? Рано или поздно всё должно было открыться, но итог был непредсказуем. Любя, и не зная чувств другого человека, внушаешь себе, что ты ему безразличен, и боишься быть отвергнутым и сделать первым шаг. Но жизнь проходит и, наверное, нет более глупо потраченных дней, чем в ожидании, страхе и незнании. Развязка пришла сама собой. Один из выходных дней, ночной клуб, Ванька на сцене, безмерное количество алкоголя в моём организме, такси. Мы ехали на заднем сидении <волги> по ночному городу, молча смотрели друг - другу в глаза, держались за руки, и каждый, наверное, думал о своём, и казалось, что вот там за поворотом - конец света. Так хотелось умереть, на глазах слёзы а в голове цепная реакция. Нет, это не рай, наверное, это и есть обычная земная жизнь. Жизнь в которой нет завтра, не было вчера, а есть только мгновение счастья. И не важно, отдам всё, за этот миг молчания, шума мотора и шуршания шин. За этого человека, и дальше пустота. Ночь пролетела. Нежные поцелуи, от которых кружилась голова и хотелось бежать, бежать от этого сумасшедшего мира в дикие джунгли. Аромат любви, заставляющий каждый нерв в мозгу притуплять ощущения, и чувствовать, как по телу проносятся электрические разряды. Мы слились в единое целое, и я в первый раз занимался именно любовью, а не сексом. Я входил в него и чувствовал, как он принимает меня, как наши пульсы бьются на одной частоте, как наши тела, только что познавшие друг друга, при прикосновении лихорадило, и мы растворялись. Губы покрывали нежными поцелуями каждую клеточку обнажённого юношеского тела, и не было ни чего прекрасней слов шептаемых на ухо. Тёплое дыхание заставляло мурашки бегать по всему телу, и мы находились в лёгком ознобе. Я его любил. Он меня любил. Всего один миг. А завтра уже не наступило. | | |
| |
|