|
|
 |
Рассказ №23262
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 27/09/2020
Прочитано раз: 40894 (за неделю: 77)
Рейтинг: 67% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я почувствовал неописуемое блаженство, оттого, что первый раз в жизни по-настоящему на яву засунул свой член в женское лоно. Мне хотелось поглубже войти туда, и я сильнее прижался всем телом к тёте Люсе, что аж сдвинул её с места. Но в тот момент мне было безразлично, я уже ничего не соображал, мною руководил дикий, животный инстинкт самца. Полежав так какое-то время без движения с членом в её пи*де, и насладившись первоначальными впечатлениями, я потихоньку начал е*ать тёть Люсю, двигая тазом взад-вперёд...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Пока мы жили в коммуналке родители скопили немного денег и заняв недостающую часть у матереной сестры тёть Даши купили земельный участок в черте города с огородом, банькой, летней кухней и недостроенным большим домом, который родители за лето достроили, и мы переехали жить в частный дом.
А тёть Люся получила двухкомнатную благоустроенную квартиру на другом конце города далековато от нас, где они со Стасиком стали жить.
Встречаться мы стали реже, и наша дружба со Стасиком постепенно сошла на нет. У него появилась своя компашка с его района - у меня своя, а мать с тёть Люсей продолжали дружить так как вместе работали в железнодорожной больнице мать была медсестрой, а тёть Люся санитаркой.
Тёть Люся иногда по выходным приезжала к нам попариться в баньке - сперва со Стасиком, а потом стала ездить одна.
Ну после баньки как всегда была грандиозная пьянка, мать выпивала немного для компании, а батя с тёть Люсей поддавали изрядно после чего естественно тёть Люся оставалась ночевать у нас.
Чаще всего пьяную тетю Люсю ложили спать одну в летней кухне так как она напивалась до чёртиков и не в состоянии была передвигаться сама.
Вскоре батя загулял даже иногда даже не приходил домой ночевать: в оправдание он рассказывал байки, что пьяный спал у друга. Естественно после каждой его такой выходки дома был грандиозный скандал, иногда переходивший в драку.
Мать терпела-терпела всё это, но после того как "добрые люди" донесли е, что батя не только пьёт, но и гуляет вовсю с одной шалавой у матери наконец лопнуло терпение, и она подала на развод и раздел имущества.
Заняв опять у тёть Даши приличную сумму денег мать выплатила бате половину стоимости дома и имущества после чего, они разошлись, и батя уехал жить к своей матери, а мы остались жить втроём мать я и моя младшая сестрёнка Светка.
Конечно жить в частном доме без мужика сложновато, поэтому вся мужская работа по дому почти полностью легла на мои плечи. Но были в этом и свои плюсы: батя был таким занудой, что портил мне всю жизнь.
В отличии от него мать ко мне относилась хорошо, и я даже рад был тому что родители разошлись мне была предоставлена свобода.
Мать всё также рано уходила на работу вначале седьмого утром и возвращалась около шести вечера, а в выходные была занята домашними делами.
Обычно мать была пунктуальной и никогда не задерживалась на работе, а в эту пятницу, она задержалась дольше обычного и пришла домой поздно вместе с тёть Люсей, с которой они продолжали по-прежнему дружить и после развода стали ещё чаще встречаться.
Они отмечали на работе, какое-то мероприятие и были изрядно подвыпившими, принеся с собой ещё закуски и спирта.
Я понял, намечается продолжение банкета. Вообще-то мать до развода с отцом редко пила, только в гостях изредка и то чуть-чуть. А тут я был удивлён, в таком состоянии свою мать я видел первый раз.
Мать была прилично пьяна, не говоря о тёть Люсе, которая была вообще в хлам. Но, тем не менее, мать собрала на стол в летней кухне, и они с тёть Люсей ещё долго сидели там за столом, понемногу выпивали обсуждая женские проблемы.
Этот раз по-видимому тёть Люся приехала с матерью прямо с работы потому что Стасика с ними не было. Я поинтересовался у тёть Люси где он, на что она заплетающимся языком пробормотала что уехал в деревню к бабуле.
Потолкавшись немного дома, я ушёл на улицу к пацанам, пришёл домой поздно, когда все уже спали. Зайдя в дом, и услышав громкое храпение, я подумал, что все спят в доме включая тёть Люсю.
Чтоб никого не разбудить я, не включая свет сразу пошёл в летнюю кухню.
Я летом иногда ночевал там, когда поздно приходил домой. Вот и в этот раз я решил переночевать в летней кухне, чтоб не слушать музыкальный храп разносившейся на весь дом.
Водя на кухню, я увидел на столе остатки пиршества, две рюмки, чашки с закусками и недопитую бутылку медицинского спирта.
Видно хорошо погуляли допоздна, даже свет забыли выключить на кухне, размышлял я.
Только я собрался попить чая, как услышал негромкое похрапывание, доносившееся с соседней комнаты.
Я удивился, кто же это там? Вроде все в доме спят? . .
Быстро подойдя к двери, я приоткрыл шторку, и заглянул в спальню.
На кровати, на которой я собирался спать, лежала пьяная тёть Люся. Она спала на правом боку, полураздетая, в одних трусах и бюзгалтере, её юбка с блузкой висели рядом на стуле.
В спальне было душно, и поэтому тёть Люся полностью раскрылась, сбросив на пол одеяло.
Я стоял возле двери в спальню и смотрел на спящую тёть Люсю, припоминая рассказы Стасика, о том, как он пользовался таким состоянием своей матери, когда они жили ещё с нами в коммуналке, а тёть Люся даже не разу не просыпалась и не догадывалась об этом.
А может это действительно правда, размышлял я. И Стасик на самом деле имел свою мать.
Чем чёрт не шутит?
Не зря ведь говорят: "у пьяной бабы - пи*да чужая".
Постояв так в раздумье какое-то время, я решился хотя бы попробовать пошарить тёть Люсю между ног, когда выпадет ещё такая возможность побыть на едине с спящей пьяной полуобнаженной женщиной. От этих мыслей у меня даже похолодело в низу живота, яйца сжались в комочек, а член стал наливаться кровью.
Набравшись смелости, я потихоньку направился к кровати, и, подойдя к ней вплотную, начал трогать тётю Люсю за ляжку, чтобы убедится, крепко ли она спит. Погладив несколько раз, я, затаив дыхание прислушивался к её храпу, и, не заметив никаких изменений, стал действовать дальше, медленно поднимая руку в верх по тёть Люсиной ляжке к её пи*де, чтобы пощупать её хотя бы через трусы. Прикоснувшись пальцами к матне, я осторожно стал всё там ощупывать, изучая рельеф тёти Люсиной промежности, при этом продолжая следить за тем, чтобы она не проснулась.
Пьяная тётя Люся скорее всего с вечера была не в состоянии подмыться и поэтому вся матня её трусов была мокрой, насквозь пропитанная вагинальными выделениями, перемешанными с остатками мочи. Пока я шарил тётю Люсю между ног она продолжала мелодично похрапывать, не подавая признаков для беспокойства. Тогда я уже осмелев совсем, засунул ладошку вниз под матню трусов, и осторожно потрогал рукой у тёть Люси голую пи*ду. Она у неё, как и у мамани была обильно заросшая от лобка до жопы густыми зарослями волос, которые мешали прощупать все прелести запретного плода, и, к тому же ещё матня ограничивала перемещение руки.
Видя, что тётя Люся никак не реагирует на моя интимные домогательства и продолжает спокойно спать, я решился на дерзкий поступок, приспустить ей трусы, и продолжить обследование запретного плода, а, если она будет также продолжать крепко спать, то попытаться хотя бы потеряться писуном по её голой пи*де.
Вытащив руку из матни, я, взяв обоими руками за резинку и стал приспускать трусы с тёть Люсиной жопы, чтоб не мешали исполнению моих дерзких планов.
Правда мне удалось приспустить трусы у тёти Люси только на левой ляжке - правая часть трусов была придавлена её попой, и я побоялся что тётя Люся хоть пьяная может почувствовать, как я стаскиваю с неё трусы, но этого было вполне достаточно, матня на трусах приспустилась и теперь была возможность оттянув матню вниз подобраться к голой
тёть Люсиной пи*зде и пощупать её.
Пока я приспускал на ней трусы, тётя Люся во сне пробурчала что-то невнятное, и тут-же опять захрапела, давая мне повод дальше продолжать свои сексуальные домогательства.
К тому времени во мне пробудился животный инстинкт и уже взял верх над разумом, я, ничего не соображая, быстро стянув с себя штаны вместе с трусами, и прилёг сзади к тёть Люсе на кровать, не обращая внимания на раздавшийся громкий скрип панцирной сетки. Тёть Люся лежала в той же позе на правом боку, подогнув ноги к стене и выставив в мою сторону как специально свою соблазнительную попу.
Я стал сзади энергично пристраиваться к ней, двигаться всё ближе, пока мой возбуждённый член не упёрся тёть Люсе между ляжек. Дальше оттянув матню тёть Люсиных трусов в сторону, я стал толкать свой упругий член ей между ног пытаясь всунуть его в тёть Люсину пи*ду - благо что она была влажная от вагинальных выделений, и твёрдая головка моего члена без особого труда проскользнула между половых губ тёть Люсиной пи*ды до самого клитора.
Я стал двигать тазом взад в перёд, но не имея полового опыта я никак не мог попасть в тёть Люсино влагалище. Член всё время проскальзывал поверху её гениталий, то между половых губ в сторону лобка, то в разрез между ягодиц. После нескольких неудачных попыток, засунуть член в тёть Люсину пи*ду, я от перевозбуждения начал кончать, спустив первую струю спермы ей между ягодиц, а при попытке встать, вторая партия спермы брызнула тёть Люсе прямо на наружную сторону матни её приспущенных трусов. Я даже не сразу понял, что кончил.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |
 |  | Она стонала, мычала, что-то неразборчиво говорила. Под конец её просто трясло в оргазмах и она непрерывно скулила. Периодически кончали, причем с самого начала, инструктор "извинился": "Ти из-за нас ужин пропустила. Ничего. Ми твой рот виебем, а ты покушаешь". Судя по периодическим командам "Соси сука", и глотательным чавкающим звукам Зоя кушала плотно. Под конец её нанизали одновременно на три хуя. Сделали фотографию на память. Брат из очка пытался засунуть второй член в пизду, которую снизу окучивал второй брат. Попытка не удалась. Кончили каждый в свою дырку. Когда "нижний" брат вылез, у Зои разъехались руки и ноги и она обессилено упала на живот. Что-то пыталась сказать, подняться. Но сил не хватило. Я понял что последние пол часа как минимум она просто висела на хуях. Инструктур похлопал ее по жопе и сказал: "Ничего. Лежи отдыхай. Ми счас випьем по стаканчику, а потом попрощаемся с тобой и уйдем". Я взглянул на часы. Было около трех ночи. Они непрерывно ебли ее почти два часа. Еще минут через двадцать, когда они отдохнули и пропустили по коньяку, пришли "прощаться". Зою, несмотря на ее протестующее мычание положили на живот вдоль кровати. Под низ живота подложили две подушки. Очко готовить не нужно было. Оно и так было скользкое и разработанное от предыдущих посещений. Инструктор взял маркер и украсил Зоину жопу живописью. Потом я видел что там было нарисовано. На одной половинке он нарисовал пробитое стрелой сердце а на второй написал что-то по-турецки. Я посмотрел потом в словаре - "не проходи мимо, заходи сюда" и стрелка с указанием на очко. Два брата сели по сторонам и развели в стороны ягодицы так чтобы надписи были видны. В таком виде все по очереди сфотографировались. Первым улегся на Зою Инструктор. Устроился поудобнее, взялся двумя руками за сиськи и начал долбить ее в жопу. Остальные сидели отдыхали, попивали остатки спиртного. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | В этот момент дверь в кабинет слегка отворилась, и в него заглянул начальник охраны магазина. Видимо ему показалось, что на вверенной ему территории творится, что-то неладное решил выяснить обстановку. Он прошёл в кабинет и подошёл к паре занимающейся любовью. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Вадим потерял ощущения реальности, уже начал приближаться оргазм, как вдруг он получил сильнейший удар по жопе чем то очень холодным, еще холоднее чем мороженое. Вадик сначала подумал, что это культурист выбрался из его фантазий и лупит его своим ледяным хуем, и продолжил манипуляции. Но второй удар окончательно вернул его в суровую реальность. Оказалось, что это не культурист лупит его хуем, а что это суровый отец, который неожиданно вернулся и увидил, как его сынишка стоя раком на столе сует себе в жопу эскимо, и еще в это же время жрет другое эскимо. Да это действительно был его отец, его рейс отменили из-за плохой погоды, и он вынужден был вернуться домой. Он открыл дверь ключом, чего Вадик не слышал, прошел на кухню, увидел на столе своего единственного сына, жирного воняющего говном ублюдка, ебящим себя в жопу мороженым. Далее отец посмотрел на открытый холодильник, достал огромную рыбу, и огрел ей по жопе ублюдочного сыночка два раза. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Давным-давно осталось в прошлом и периодическое погружение вглубь себя разнообразных предметов - наподобие эпизода с толстой ручкой туалетного вантуза, на который Шантажист повелел ей опуститься и вновь подняться несколько раз на манер спортивных приседаний, в процессе чего Катя алела от стыда и непроизвольного возбуждения, в то время как посмеивающийся голос из динамиков приказывал ей наращивать темп. |  |  |
| |
|