|
|
 |
Рассказ №2517 (страница 18)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 09/07/2002
Прочитано раз: 860658 (за неделю: 197)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Ах, эти письма! Эти проклятые письма! И будь проклят тот час, минута, когда они попались мне на глаза!..."
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ 18 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
"Да и быть иначе не могло!?" - подумал я. "Но если так, - продолжал размышлять я, - то Марсель невинна? Более того она спасла мне жизнь! А я, я ... я... Что я наделал?"
Тот час склонившись над недвижимо лежавшей девушкой, я ни с того ни с сего начал гладить ее по голове, но, спохватившись, нащупал ее пульс...
- О, радость! Жива! - вновь громко воскликнул я и бережно поднял ее и, не обращая ни какого внимания на убиство Руа, перенес девушку, находящуюся в глубоком обмороке, на кожанный диван, обрызгал ее лицо минеральной водой, и бросился в другие помещения в надежде найти там какие-нибудь медикаменты, вроде нашатырного спирта, или просто холодной воды.
Менее чем через минуту я уже возратился с одеколоном и с графином воды, как вдруг услышал звук, похожий на поворот ключа в двери. Я ускорил шаги и вбежал в холл... Мсье Руа исчез! Едва не бросив одеколон и графин воды на стол, я устремился в прихожую. Выходная дверь была замкнута с наружной стороны.
Оставив без помощи Марсель, броситься в погоню за Руа, в незнакомом месте не имло ровным счетом ни какого смысла. Да собственно чего бы я достиг, поймав раненного Руа?
Возвращаясь из прихожей в холл, я заметил на паркете между коврами, пыльные следы нескольких пар ног. Решив исследовать их несколько позже, я вернулся в холл и принялся растирать виски Марсель одеколоном.
"Однако стоя вплотную к ней, не мог же я нанести ей несколько сильных ударов" - размышлял я - Да и следов подобного удара видно... Все же перестарался... Но кто она? И почему так заинтересовалась момим револьвером? Да еще в такую минуту? А впрочем ничего тут странного нет. Еще до моего прибытия сюда она знала, что я разведчик. Вне всякого сомнения... А красива! Ничего не скажешь... Нет, нет! В первую очередь дело! Да.. а как же Руа? Побежал в полицию? Вряд ли, это пожалуй было бы мне только на руку. Ведь он же заманил меня в ловушку! Ловушку? Да! Безусловно я попал в ловушку! И спасла меня Марсель. А Руа? Он ведь тоже хотел меня предупредить! А Марсель желала его уничтожить... Не она его убила, но если бы... Однако факт состоит в том, что Руа не убит, а ранен. Да. Да! Когда он еще падал, мне показалось, что он падал уж как-то слишком быстро и неестественно валился он на пол... Вот оно что! Он намного хитрее, чем казался! И выждав удобную минуту и будучи легко ранен... Легко? Ранен?. А откуда, собственно, мне это известно? Откуда я знаю ранен он или убит? Безусловно это моя совершенно непростительная ошибка! И следы! А что если это рука желтого дъявола Хаяси?!"
Мой лоб покрылся холодной испариной. Бросив взгляд на то место, где лежал Руа, я заметил какой-то блестящий кружек. Я поспешил его подобрать. Это был круглый значек, на котором было изображено голубое море и восходящее солнце с золотистыми лучами на ярко-красном фоне. У самого края кружечка я заметил какой-то знак - очень похожий на иероглиф. Я сунул значек в карман, чтобы потом попытаться более тщательно его изучить. Вернувшись к Марсель я вновь нащупал ее пульс. Он бился ровно, ритмично. "Она скоро придет в себя, а пока следует осмотреть дом и немедленно!". Я вынул свой револьвер, сдвинул предохранитель и осторожно поднялся по лестнице на второй этаж. В коридоре было светло от солнечных лучей, проникающих сюда через открытые двери двух боковых комнат и абсолютно тихо.
Подавляя в себе невольное волнение, я быстро и осторожно осмотрел все помещения второго этажа, спустился по черной лестнице вниз и также слегка взглянул в помещение первого этажа. Немного успокоившись я тем не менее, почти бегом влетел в холл и с бьющимся сердцем взглянул на диван...
Нет все в полном порядке! Даже больше: Марсель лежала на том же диване, но... с открытыми глазами устремленными на меня с удивлением и беспокойством.
- О, мадмуазель! Как я рад!... И простите меня! Я ничего не понима л... В прочем и теперь я ничего не поинмаю... - бормотал я, покрывая ее руки поцелуями.
- А, он? - спросила она.
- Кто? Ах, да мсье Руа был только ранен и... и бежал.
- Что!?
Она живо приподнялась на диване, но тотчас бессильно опустилась на диван, усиленно соображая что-то.
- Вероятно он побежал в полицию! - внимательно, глядя на нее сказал я.
- Нет! - быстро и решительно покачала головой она. Затем тихо добавила:
- Лучше, чтоб его вообще не было.
Я решил, что наступил благоприятный момент задать ей прямой вопрос:
- Дорогая Марсель..., а чьих рук это дело? - кивнул я на сейф.
- Выстрел предназначался вам, без колебаний ответила она, и помолчав добавила:
- Он должен был произойти в пустом доме. но...
- Да?
- В ту ночь много изменилось, а потом он... он...
- Руа?
- Заколебался... Он француз. А я... я... Вы мне... мне...
Десятки вопросов вертелось у меня в голове - кто она? На кого работает? Кто такой Руа? Кому понадобилось убить меня? И много много других, срочных неотложных, но... Но я был утомлен только что пережитым и, слушая ее полупризнания, как-то сразу успокоился и кроме ее губ и привлекательного тела уже ничего не видел...
Она слабо дернулась, когда из состояния смущения я вывел ее страстным неожиданным поцелуем, которым я впился в ее губы... но она не сделала ни какой попытки оторвать свои губы от моих. Вместе с этим поцелуем в засос, до боли, до полузабвения, во мне проснулся самец. Не отрывая губ от ее рта я жадно ощупывал ее талию, живот, узенькие бедра, колени...
Ее руки сделали слабую попытку оттолкнуть меня. Вновь я почувствовал у себя приятное возбуждение. Преодолевая сопротивление ее сжатых ног, я грубо, бестыдно схватил всей своей ладонью то, что у нее внизу живота и слегка сжал пальцами... не смотря на ткань оттелявшую мою ладонь от ее тела и мимолетность этого прикосновения, я явстенно почувствовал рукой ее необычайно развитые, упругие, большие срамные губы, сильно выдвинутые вперед и вверх к пушку.
Мгновенно все вылетело у меня из головы, кроме ощущения у меня близости вожделенной самки...
Но опять таки, как все это случилось? До сих пор я не представляю этого себе достаточно отчетливо, но хорошо помню, однако, что левой рукой я держал ее за плечи и продолжал целовать, сжал правой рукой ее половые органы. Лежал тогда уже рядом с ней, обнимая ее ноги своей правой ногой. И вдруг мягким непостижимым для меня приемом она легко поднялась, освободившись от моих объятий и крикнула мне:
- Нет! Нет, ни за что! - и бросилась на лестницу.
От полной неожиданности на кокое-то время я оказался совершенно порализован, но уже в следующую секунду меня охватило беспокойство.
"Как эта девченка, почти еще ребенок, смеет меня дурачить? Играть со мной в кошки-мышки?!"
Я бросился за ней и в несколько прыжков оказался на площадке второго этажа. Дверь в маленькую комнату, которая наверное служила будуаром Марсель, оказалась запертой. Налетев на нее с разбега, я заставил ее затрещать, а вторым ударом, ударом плеча сорвал ее с петель. Вслед за дверью ворвался и я. Марсель стояла у окна, слегка наклонившись вперед. Ее глаза метали молнии. Губы были полуоткрыты, волосы в беспорядке, а в занесенной для удара руке блестел тонкий длинный нож.
- Стойте, мсье!
Это было сказано таким тоном, что я невольно остановился с изумлением взирая на эту новоявленную Медузу-Горгону, под взглядом которой, действительно можно было окаменеть.
- Один ваш шаг, мсье, - продолжала она, - и я вас убью!
Это решительное заявление рассмешило меня - попасть в такой переплет в таком райском уголке!
- Мадмуазель, это уж слишком! Вы слишком много на себя берете! Для вас...
С этими словами, улыбаясь я сделал шаг вперед и мгновенно отскочил в сторону. Нож, пущенный умелой и сильной рукой, со свистом пролетел в нескольких дюймах от меня и почти на треть вонзился в стену.
- Здорово! - с восхищением воскликнул я и одним прыжком оказался возле девушки и обхватил ее за талию.
Она бешенно вырвалась, пуская в ход ноги, зубы и пыталась ударить меня головой в лицо. Не смотря на мою отличную подготовку в различных видах борьбы, мне было не легко совладеть с ней.
- Пустите, пустите меня! - в бешенстве шептала она, извиваясь в моих руках. Всеравно я убью вас... Вы не знаете, кого вы затронули, кому стали на дороге...
Мы крутились по комнате как-будто в не бычайно диком танце. Она наносила мне удары, кусала меня, я бил ее и срывал с нее одежду. Разорванная блузка и штанишки уже едва прикрывали ее тело. Наконец мы свалились на кровать. Я обхватил ее руками поперек, изо всех сил сжал. Казалось она белела. Тело ее потеряло упругость, лицо побледнело, глаза закрылись, тяжелое дыхание едва вырывалось у нее из груди.
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ 18 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |  | Я начал отстёгивать от стола её руки и торс. Заковав ей одну руку в браслет наручника, я усадил её и, с силой вывернув вторую руку за спину, заковал и её. После чего расстегнул оставшиеся ремни и поместил её ноги во вторую пару браслетов. Затем настало время старого доброго кляпа, ибо я не намеревался слушать её нытьё. Затолкав ей в рот резиновый шар, я как следует затянул ремешки и застегнул их. Это был кляп со сбруей на всю голову, и с ним ей предстояло расстаться ещё нескоро. Схватив за волосы, я поволок её на середину подвала, где накинул ей на шею петлю и затянул её. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Лена стояла в проходе. Те самые огромные глаза, грудь 5го размера. Она обернулась в простыню, завязав ее на одном плече, на манер греческих жриц, но грудь была открыта. На ней был купальник, какой носят все девушки с большой грудью. Купальник был с косточкой, сверху он был открыт и чуть сбоку были видны небольшие растяжки, которые возникают иногда у девушек с такой грудью, но они, впрочем, совсем ничего не портили, и все выглядело очень и очень соблазнительно. Она была худенькой, с соблазнительно выделяющейся задницей, где-то в сто семьдесят пять сантиметров ростом и у нее были длинные ноги, что в наше время бывает редко. Сейчас вообще редко встретишь длинноногих девушек, когда длина ног превышает длину остальной части тела. А тут она стояла передо мной и опять так с вызовом смотрела на меня, смотри какая я, попробуй, возьми меня, и я буду твоя. Она держала осанку, что было вызвано тяжестью ее грудей. Ее тело было мокрым, после парной и душа. От нее пахло свежестью и веяло прохладой. Простыня местами прилипла к телу. Лена как всегда выглядела соблазнительно, и я почувствовал прилив в самом своем причинном месте. Я улыбнулся и поздоровался. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Оставаясь голой, я свернула оба купальника и закатала их в полотенце; Олеся тем временем уже застегнула лифчик и стояла в расстёгнутой блузке, всё ещё без ничего "внизу". Я, чувствуя прежний "соревновательный азарт" , демонстративно вернула свой бюстгальтер в сумку и натянула футболку на голое тело. Олеся ухмыльнулась - поймала подачу (говорилось же всё это время без умолку, о чём-то совсем отвлечённом, вроде выбора продуктов на обед) - достала из своего пакета юбку и трусики, потом трусики тем же жестом вернула в пакет, а широкую юбку до колен обернула и застегнула вокруг голых бёдер. Я оставила трусики в сумке, и натянула юбку-шорты на голое тело, так что в результате этот раунд я выиграла - снимать уже одетый лифчик Олеся всё же не стала: это было бы против негласного правила "так само получилось" (хотя, забегая вперёд, в следующие дни мы потихоньку решались это правило нарушать) . |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Вот тебе, мамочка! Что есть силы задвигаю член в мамино влагалище. Ее попа начинает выполнять странные движения, цель которых изгнать меня из влагалища. О, это такой кайф! Вот, тебе, стерва! За все! За жизнь мою без папы! За чужих мужчин в доме! За придирки! За... за... за...! О, мамочка! Как же здорово! М-А-М-А! Мой член выплескивает в мамино лоно сперму. Возбуждение уходит. Потыкав а маму еще не много, вынимаю член и отползаю в сторону. Как же я устал! Мама вылезает из под стола. Колготки порваны на коленях и весь ее макияж испорчен. "Ублюдок! Это тебя папа твой подучил такое сделать?! !"-кричит она-"Ты пойдешь на зону, мерзавец! Ты сдохнешь под забором, сволочь!!!" Она подходит ко мне и что есть силы бьет меня по лицу. А ударчик к нее тяжелый! Она берет телефон и начинает набирать номер. Ее всю трясет от гнева. Я начинаю орать сам. "Ты чего орешь, поддонок?"-вмиг успокаивается мамочка. Я тоже успокаиваюсь и говорю ей: "А я скажу, что ты меня соблазнила и принудила к близости. |  |  |
| |
|