|
|
 |
Рассказ №2924
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 19/08/2002
Прочитано раз: 32065 (за неделю: 12)
Рейтинг: 86% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я хочу рассказать вам, про моего деда. Мой дед, бывший моряк, плававший по всему белому свету и повидавший на своем веку немало интересного, после выхода на пенсию жил в не большой деревне. Жена, его, моя бабушка давно умерла, а он так больше не разу и не женился. Я был маленький и часто проводил у него лето, где он обучал меня премудростям нашей не легкой жизни. Дед был строгий, но справедливый. Лет ему тогда было 54, а мне соответственно 12. У него был прекрасный дом, с огромными, светлыми ком..."
Страницы: [ 1 ]
Я хочу рассказать вам, про моего деда. Мой дед, бывший моряк, плававший по всему белому свету и повидавший на своем веку немало интересного, после выхода на пенсию жил в не большой деревне. Жена, его, моя бабушка давно умерла, а он так больше не разу и не женился. Я был маленький и часто проводил у него лето, где он обучал меня премудростям нашей не легкой жизни. Дед был строгий, но справедливый. Лет ему тогда было 54, а мне соответственно 12. У него был прекрасный дом, с огромными, светлыми комнатами, в которых по утрам играло солнце, а стены увешаны разными диковинными вещами.
Все время он проводил в заботах о своем хозяйстве и прекрасном саде, который заложил еще его дед. А я любил помогать ему, подражая и копируя все, что он делал и как. Но однажды я провинился, стреляя из рогатки по воробьям, я разбил стекло соседям, и те пожаловались на меня. Дед пообещал им наказать меня, но он был слишком занят и наказание перенес на субботу. И вот настала та суббота.
Он позвал меня в одну из своих огромных комнат, где стояла деревянная лавка с дырой по середине. Приказал мне снять с себя одежду. Я знал, что сейчас последует, до этого меня не разу не пороли розгами, но я читал об этом в школьных учебниках. Я страшно боялся, но знал, что заслуживаю это. Стянув с себя штаны и рубашку, я остался совсем голый и прикрыл руками свои яички. Стоя и переминаясь с ноги на ногу, смотрю на деда, может он отменит свое решение. Но он, выбирая розгу, глянув на меня и приказал:
- Ложись! И ложись так, чтобы твоя пиписька свисала в дыру в лавке!
Я послушно лег, а моя пиписька провалилась в дырку свободно покачивалась под лавкой. Я не отрываясь смотрел на деда, а он на меня. В руке он держал розгу, потом взмахнул ей и, рассекая воздух розга нанесла первый удар.
- А! - закричал я.
- Врешь, так не больно, а так больнее - и ударил, так что сразу вспухла, налилась кровью первая полоса.
- Смотри на меня - сказал дед. Он растягнул штаны и достал от туда огромный предмет похожий на мою пипиську, только такого размера, что я не мог оторвать глаз от этого предмета.
- Возьми в руки свой член и делай вот так - приказал он мне. Я смотрел, как он своей рукой мнет, и ласкает свой предмет. Я не мог отвести глаз от этого предмета, который стал набухать и выпрямляться, наливаясь силой. Мне нравилось на него смотреть. Я послушно дотянулся под лавкой до своей пиписьки, и начал глядя на деда делать такие же движения. А он окончательно снял с себя штаны, одним движением стянул рубашку и остался как и я совершенно голый. Он был прекрасен мой дед, его тело закаленное на семи ветрах в свои годы сохранило свою силу. Его черные волосы, тронутые легкой сединой переливались на свету, а серые глаза, блестели. Губы, приоткрываясь, произнося какие-то слова, но я не слышал их.
Он был высок, плотен, не много выдающийся в перед животик, придавал ему очарование. Волосатая грудь его был широкой и сильной с розовыми острыми сосками. На правой груди возле соска была не большая родинка, еще одна была по ниже солнечного сплетения. Точно такие же родинки были и у меня. А в низу живота, вздыбился огромного размера предмет, увитый курчавыми волосками, с розовой головкой, которая блестела и так и притягивала к себе взгляд. Я смотрел на деда, и он позволял рассматривать себя, нисколько не смущаясь. Он стоял рядом со мной, взмахивая рукой, нанося мне удары, а его член дрожал от напряжения перед моим лицом. А я одной рукой дрочил свой уже напрягшийся писюн. И кричал при каждом ударе, но это уже скорее была игра, чем порка. Розги били меня, но мне они уже доставляли скорее не боль, а наслаждение. Я закрыл глаза. За тем настал момент, который я до этого не разу не испытывал, мой член напрягся до такой величины, что казалось сейчас лопнет, я стал все быстрей и быстрей тормошить его и в этот момент, что-то взорвалось внутри меня и я почувствовал такое наслаждение, которое можно было сравнить лишь со смертью. На мои пальцы брызнула какая-то липкая жидкость. Я подумал, что дед засек меня насмерть, но рядом раздался смех, открыв глаза, я увидел моего деда. Он стоял рядом, и гладил меня по только что выпоротой попке, и спине. Мне вдруг захотелось, дотронутся до дедовых родинок. Я смотрел в глаза деда, а потом бросился к нему в объятья. Я плакал, а он нежно стал целовать меня в губы, опускаясь, поцелуй за поцелуем все ниже и ниже. Чуть дотрагиваясь губами до моих сосков, а потом жадно засасывая их. Прикасаясь губами поочередно то к одной, то к другой родинке. Я вновь почувствовал, как мой член напрягается. А дед ласкал меня своими грубыми руками, с синим якорям на левой руке.
Слезы, кончались, я стал целовать, деда, его сильные руки, волосатую грудь и такие же родинки как у меня. Он смотрел на меня, и тихо повторял - Так, так, мальчик.
Его член, снова напрягся, и головка, вновь заблестела.
- Дотронься до него, не бойся.
Я взял в руки его пенис, а он задохнулся от блаженства.
- Делай, так же я тебе. Он взял мой член в свою руку, и начал дрочить, при этом целовал меня то в одну то в другую грудь, нежно покусывая мои соски. Затем отстранился от меня и дал проделать тоже самое с ним. Я просто сходил с ума от удовольствия. Мне нравилось держать его член в своей руке, чувствуя как каждое мое движение приносит ему огромное наслаждения. Я целовал его соски, которые сжимались от прикосновений моих губ, ласкал их языком, а сам задыхался от нежности. Затем дед, повернул меня к себе задом, поставил на четвереньки, и сказал:
- Не бойся. Он нежно поцеловал меня туда, от чего я расслабился, потом смазал слюной мне задний проход, и свои два пальца. А затем нежно вошел в меня пальцами. Мне стало больно, но я ласкал свой пенис, и вдруг боль сменилась новым наслаждением. Дед медленно, а затем все быстрее и быстрее стал двигать пальцами, моя попа стала одним большим раем, а затем дед вынул пальцы и я почувствовал, как он водит по моему заду своим членом. Мне захотелось, что бы эта громадина вошла в меня сейчас же, и я поймал дедовский член и стал вставлять его в себя. Дед застонал. Миллиметр за миллиметром он проникал в меня, но я уже был на верху блаженства и мне хотелось вобрать его всего в себя целиком. Я сам насаживался на его член, пытаясь съесть его попой целиком. Мы двигались в одном бешенном ритме, который не мог долго продолжаться. Дед уже не стонал, а просто кричал, и все сильнее и сильнее насаживая меня на свой горячий член. Затем резким движением вошел в меня до упора, и его член кончил на мою выпоротою спину. Дед руками растер по мне то, что из него выплеснулась. И сказал, что так моя спина быстрее заживет. Затем он развернул меня к себе посмотрел в глаза, и поцеловал. Больше он меня не когда не наказывал, что бы я не вытворял. Я приезжал к нему каждое лето и мы с ним спали в одной кровати прижавшись, друг к другу, но это уже другие истории.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |  | При этом она активно играла на моей флейте, как на инструменте, чередуя моменту страсти. Она буквально с силой всасывала член внутрь и даже временами покусывала его зубками, а монетами полностью прекращала какие-либо движения со своей стороны. При этом меня охватывала легкая паники, когда она полностью выпускала член изо рта, делая вид что с нее достаточно и продолжения не будет. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Допив остатки вчерашнего вина, и не тратя своего драгоценного времени, погасив свет, раздевшись, мы легли на кровать. Я начал целовать Аню. Затем с все сильнее нарастающей страстью, прикусывая и засасывая ее губы, рукой я ласкал ее груди, нежно проводя по ним пальцами. Оторвавшись от ее губ, он начал свой маршрут вниз. Язык пробежал по ее шеи, из-за чего она начала тяжело дышать и испытывать томление в низу живота. Спустившись, ниже я занялся ее грудью, Аня уже начала извиваться, она хотела принять меня без остатка, но в этот раз я не торопился. Я долго целовал ее, ни пропуская, ни одной клеточки ее кожи, ни одного изгиба ее стройного тела, рукой стал гладить вход ее влагалище, из которого уже обильно выделялись ее соки. Просунув свой палец в столь желанную щелочку, продолжал осыпать ее поцелуями. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Катя попросила его не трахаться и не маструбировать дней десять, а также есть больше орехов, сметаны и морепродуктов, и сметаны, чтобы помучить меня хотя бы целый день, и накормить меня как можно больше и насыщеннее спермой. Кроме того, она попросила меня унижать также психологически, он написал, что я пожалею, что её обидел. Я действительно проклинал своё поведение, но приговор был неизбежен. Ему она отправила несколько своих очень красивых фото в коротенькой ночнушке и купальнике. Он горел от желания, а я от страха и ревности. Парень был из другого города, и мы ждали его на следующие выходные. Меня Катя предупредила, чтобы я говорил то, что меня наиболее унизит, а ему увеличит удовольствие. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | "Блин, уже прошло минут 10, я тут совсем околела! ... Где же они: Предположим, эта лента и есть - "спец-одежда"... Как я ее смогу "надеть"... Ладно, попробую: Чтобы на снег выйти надо на ноги, по-толще: Чтобы хоть до машины добежать чтобы все им высказать: Так: Рвется легко... На вторую ногу: Получилось подобие сапожек по колено, завяжу вверху: Еще лента осталась: На голову надо чтобы уши не отморозить: Как шарф получается: Остаток надо бы на руки, иначе пальцы отморозятся: Это сложнее: Типа варежки: И нос, на таком морозе сразу отморозится: Пару раз вокруг лица, как шарф, чтобы нос закрыть: Так... Видок просто пипец!: Но, блин, чуть теплее чем было: " |  |  |
| |
|