|
|
 |
Рассказ №399
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Суббота, 01/08/2026
Прочитано раз: 93772 (за неделю: 81)
Рейтинг: 78% (за неделю: 0%)
Цитата: "Началось это вскоре после ухода отца и нашего переезда на другую квартиру. Однажды мать меня особенно сильно выпорола проволокой, даже не помню за что. Она тогда несколько месяцев как чумная ходила и злая ужасно - чуть что сразу за ремень.
..."
Страницы: [ 1 ]
"Началось это вскоре после ухода отца и нашего переезда на другую квартиру. Однажды мать меня особенно сильно выпорола проволокой, даже не помню за что. Она тогда несколько месяцев как чумная ходила и злая ужасно - чуть что сразу за ремень.
В ту ночь я и сам на нее ужасно разозлился - выпорола из-за ерунды. Лежу в кровати и реву от обиды. Вдруг, слышу, зовет:
-Валера! Валера!
Я реветь перестал..
- Чего? - говорю.
- Иди сюда, - шепчет. Я вскочил, подошел к ее кровати. Она взяла мою руку, погладила,
- Не сердись, - говорит.
- Буду, - отвечаю, а сам стою как каменный - мне приятно, что она меня просит, а я ее не прощаю.
- Ну, прости, - говорит, а я вижу - у нее слеза блеснула.
А мне и радостно, и так вдруг захотелось свою власть над ней почувствовать...
... Вскоре, перевешивая люстру, я заметил, что она висит на толстом крюке. Мне тут же пришла в голову идея, которую я осуществил той же ночью. Когда мать разделась, чтобы лечь в постель, я подкрался к ней сзади и, скрутив ее руки, связал. Затем, когда она уже не могла сопротивляться, подставил стул, приподнял и повесил на крюк за толстую железную пряжку, Ее ноги немного не доставали пола, и она повисла совсем беспомощная. Она была в трусах, она всегда раздевалась не до конца, видимо, ей доставляло удовольствие, что я ее раздевал сам... Мне это тоже нравилоеь и поэтому я с удовольствием стянул с нее трусы, однако, не совсем плотные, они обхватили ее колени и дальше не сползали. Такое полураздетое ее положение возбуждало меня больше, чем полная нагота - в этом было что-то унизительное. Я взял ее узкий ремешок и стал стегать ее провисшее тело. Мне доставляло удовольствие наблюдать, как ремень со свистом врезается в ее кожу, как вспухают и наливаются кровью рубцы. Она вскрикивала и подергивалась, а я стегал ее всю, поворачивая вокруг оси - и по спине, и по грудям, и нежным розовым соскам,и кругом между ними, и ей нечем было прикрыться. Наконец, я бросил ремень и, взяв две длинные веревки, привязал их к ее щиколоткам. Затем одну веревку привязал к батарее, а другую - к дверной ручке и затянул, так, что ноги ее оказались широко разведены в разные стороны.
Теперь она была полностью в моей власти, и я мог с ней делать все, что желаю. Я стал щекотать все ее тело, проводил руками между ягодиц и спереди между ног. Нащупал ее бугорок и стал тереть его, при этом присасываясь то к одной груди, то к другой. Я щекотал и тер ей под мышками, целовал внутренюю сторону коленей. Через некоторое время я заметил, что из нее на пол упало несколько капель влаги, а дыхание стало прерывистым. Тогда я достал свое приспособление, которое накануне изобрел и до этого прятал. В треножник для новогодней елки я вставил толстую длинную витую свечу, толщиной раза в полтора больше члена. Это свое приспособление я поставил под ней. Пришлось его чуть приподнять, чтобы конец свечи доходил до пупка. Затем я, стоя сзади и взяв ее за бедра, приподнял в воздухе и, придерживая спереди за живот, направил свой член ей в заднее отверстие. Свечку придвинул ближе и, нащупав другое отверстие между ее ног, направил в него конец свечи - и разжал руки. Под собственной тяжестью она медленно, как нож в масло, она села на оба кола, которые заполнили ее всю изнутри. Я нашупал спереди ее живот - он был тугой и раздутый. Снова взяв ее за бедра, я приподнял ее и снона опустил. Она насела ны меня и на свечу с глубоким стоном. Я положил руки ей на грудь и стал тискать и мять соски. Так я приподнимал ее, пока она, насаживаясь, опускалась вниз, и ласкал ее груди, клитор-бугорок, который стал огромный, горячий, налитый кровью.
Постепенно у меня не етало хватать терпения ждать, пока она медленно осядет на меня - желание стало неистовым. Я взял ее ягодицы и, раздирая их в разные стороны, впиваясь ногтями, стал тянуть их на себя, чтобы она опускалась скорее. Так она прыгала в воздухе, извиваясь и раскачиваясь, пока наслаждение мое не достигло вершины. Крепко схватив ее груди и переступая ногами, я стал двигать ее уже не вверх-вниз, а вперед-назад, насаживая ее на себя горизонтально. Треножник со свечкой под ней мотался туда-сюда, и свеча, загнаниая глубоко внутрь, упиралаеь то ей в живот, то в мой входящий член. Мать рыдала от страсти и бешено дергалась, ее волосы растрепались, прилипли к потным плечам, из-под мышек сбегали по бокам ручейки, а под тонкой кожей спины ходили мускулы и лопатки. Она откидывала голову то вперед, то назад, изгибаясь, то выпячивая живот, то наоборот втягивая его в себя. А я уже крутил ее во всех направлениях: то вверх- вниз, то вперед-назад, то кругами - вокруг треножника. Наконец, я почувствовал, что мучительная тяжесть в яйцах и пояснице готова разорвать меня и, насадив ее глубоко на себя, я дал волю застоявшемуся наслаждению, и она полилась из меня в нее. Когда я снимал ее с себя, то белая жидкость пролилась у нее на пол, и я удивился, что ее так много. Палка, на которую была привязана свеча, была до самого низа. А когда я снял мать с крюка, то на ее руках остались широкие красные кровоподтеки, а сама она, обессиленная, не могла стоять и опустилась на пол, и я поднял ее на руки и положил в кровать..."
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |  | Вечеринка была в полном разгаре. Мы уже и наелись и напились и натанцевались и нализались с девчёнками. Было четверо девчёнок и четверо парней... Наташка с Сашкой, нас трое и наши подружки... Неля, Вика и Ленка. И тут вернулась домой Наташкина мама, Ольга Викторовна. День не рабочий, праздник, так что, похоже, что она вернулась с корпоративной вечеринки. На ней была довольно короткая юбка, туфли на высоких каблуках, тёмные колготки плотно обтягивали полные ноги. Облегающая блузка подчёркивала пышный бюст... Да, подумал я, Наташкин отец был полным кретином, уйдя от такой сексуальной женщины, пусть даже и к молодой девице. Но мы уже знали, что с возрастом так поступают многие мужики. Может и нас это ждёт, когда мы станем такими, как они? . . Как знать? |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Как же было классно, хочу сказать я вам, этого никогда не передать словами, это нужно чувствовать. Секс был классным. Что меня расстроило конечно только, что я быстро очень кончил, не дав кочить ей, за, что я ещё раз прошу у неё прощения. Но я уж не мог терпеть всего этого, я так бурно кончил, так было много спермы, что это не описать. Она истекала от хотения меня ещё, но как назло, с собой была всего одна резинка. Вот так, и закончился наш первый с ней безумный секс в подъезде. Мы оделись,! вышли на улицу, сели опять в метро, и поехали домой. Так закончился один из наших с ней вечеров. Но это ещё не все, это было только начало нашей с ней интимной жизни, все ещё было впереди. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Девушка со слезами на глазах смотрела на действо: член на всю длинну заходил в ее горевшее влагалище и выходил уже полным смазки, спустя пять минут девушка привыкла к боли и к натирающему клитор пальцу. Мужчина видел, что рабыня начала остывать и предпринял действия. Он перевернул ее на живот, развел руками ягодицы девушки в разные стороны, приказал ей держать их так, и начал настырно входить в ее анал. Олеся была обескуражена таким поворотом событий, она думала, что вот еще пара минут и это животное зальет всю пизду своей спермой и успокоется. Но головка "животного" уже вошла в ее задний проход, прорвавшись чеоез напряженный сфинктер. Член уже на всю длинну вошел в толстый кишечник девушки. Олеся не могла сдерживать крик, ее анал горел от трахающего члена. Девушка кричала от боли, а мужчина положил свои руки ей на плечи, прижался всем телом к ее телу, и стал быстро трахать ее попку. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Он кажется смутился, но трусы все-таки снял. Ого! Надо признать, член у него был что надо! Я почувствовала, как краснею. Может зря я так поспешно оттолкнула его там, в зимнем саду? Довольно большой, чуть выгнутый, с круглой красиво очерченной головкой, он как магнитом притягивал мой взгляд. |  |  |
| |
|