|
|
 |
Рассказ №545
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Суббота, 20/04/2002
Прочитано раз: 25965 (за неделю: 11)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "И однажды случилось то, к чему мы шли все лето. Я не помню, кто из них первый меня поцеловал, и ему ли я ответила поцелуем. Косичка сплелась и не расплестись ни одной прядке. Мы были на песке, между коричневато-серых тетраподов и солнце сияло над этой полянкой бетонного леса. Поцелуи, ласки ладоней, четырех ласковых ладоней на моем загорелом теле. Мои ладони на теплой коже, пальцы в вьющихся волосах. Веревочка купальника на спине, ее мягкий шорох. Лифчик скользнул с груди, губы, губы. Как я тебя хочу, руки, руки. Ласковые мои юные боги. Кто-то целует грудь, кто-то целует ноги. Я тоже тебя прижму, и спину твою поглажу. О боже! Как я тебя люблю и как я тебя жажду! Трусики у колен, губы живот ласкают, а пальцы, а пальцы ах! Мы уже где-то высоко, на облаках., и нет земли и только солнце, только ангелы. Два юных ангела. Как я вас люблю! Идите ко мне, войдите в меня!..."
Страницы: [ 1 ]
Было лето и были мы, трое молодых и влюбленных. Почему трое? Потому, что так сложилось. Была я, и двое прекрасных парней, о каждом из которых могли мечтать многие девчонки. Но им многие были не нужны, была нужна я одна. Они не мешали друг другу, не ревновали, не сердились, и один без другого тоже не могли. Они не пытались меня делить. Просто смотрели на меня влюбленными глазами и двойной поток любви нес меня, кружил голову и не давал мне возможности выбирать. Я была привязана к ним настолько крепко, что потерять хотя бы одного, было бы слишком большой потерей. Все сплелось в одну косичку, и развязать, растрепать ее никаких сил не было.
Лето было жарким, мы часто ходили на берег Волги. Галдящие толпы народа на пляже нам мешали, и мы уходили загорать в сторону берега укрепленного тетраподами - четырехногими железобетонными чудищами, в беспорядке сложенными на берегу. Тетраподы упирались ногами в берег и мешали волнам его размывать. Когда вода стояла низко, она не доставала до этих укреплений и на их нагретым солнцем спинах можно было спокойно лазить и загорать вдали от шумной толпы.
Мы могли просто молчать, даже слова были лишние, слова напоминали толпу праздно шатающихся по пляжу горожан и мешали. Нас неудержимо влекло друг к другу. День за днем. И все понятно было без слов. Хотя, не правда, это стало понятно потом, а сначала мы просто приближались друг к другу, медленно идя на встречу, и каждый шаг сближавший нас разрешал другой, ставивший нас все ближе и ближе. Мне просто подали руку, я просто стряхнула песок со щеки, меня просто перенесли через что-то на руках, я просто чмокнула в щеку, меня просто посадили на колени, я просто обняла за шею: Все так и осталось бы просто, если бы не любовь, не молодость, не близость двух молодых жарких и прекрасных тел от которых становилось тепло не только на душе, но и в груди, и в низу живота. От этой близости твердели соски на грудях, туманились мысли, и от влаги мокли трусики купальника. Я хотела их и не понимала того. Я не могла оторвать глаз от их сильных рук, широких плеч, за юными формами которых уже угадывалась будущая мужская сила. Чистота этих мальчиков-мужчин еще заставляла их стесняться того, что росло вместе с их желанием, что рвалось наружу, вверх, ко мне, из их спортивных плавок, что заставляло их отворачиваться, ложиться животом на песок и гореть лица от прихлынувшей крови.
И однажды случилось то, к чему мы шли все лето. Я не помню, кто из них первый меня поцеловал, и ему ли я ответила поцелуем. Косичка сплелась и не расплестись ни одной прядке. Мы были на песке, между коричневато-серых тетраподов и солнце сияло над этой полянкой бетонного леса. Поцелуи, ласки ладоней, четырех ласковых ладоней на моем загорелом теле. Мои ладони на теплой коже, пальцы в вьющихся волосах. Веревочка купальника на спине, ее мягкий шорох. Лифчик скользнул с груди, губы, губы. Как я тебя хочу, руки, руки. Ласковые мои юные боги. Кто-то целует грудь, кто-то целует ноги. Я тоже тебя прижму, и спину твою поглажу. О боже! Как я тебя люблю и как я тебя жажду! Трусики у колен, губы живот ласкают, а пальцы, а пальцы ах! Мы уже где-то высоко, на облаках., и нет земли и только солнце, только ангелы. Два юных ангела. Как я вас люблю! Идите ко мне, войдите в меня!
Спуск с небес не был страшен, утомленные, мы очнулись на песке, в объятиях друг друга. Мои мальчики ставшие моими мужчинами и я их девочка, ставшая их женщиной, одной на двоих. Мы лежали обнаженными на песке, глядели на небо - чистое, бесконечное, солнечное небо нашей любви и без слов поняли, что ничего говорить не надо, надо просто нести, покуда хватит сил, эту посланную нам любовь - слишком большую, чтобы ее могли нести только двое влюбленных.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |  | Парень настойчиво углублял свой упругий член всё глубже и глубже горячие стенки влагалища обволакивали его со всех сторон, и вызывали у него необычное наслаждение, инстинктивно он стал двигать членом, повторяя ритмичные движения. Какой-то периферийной частью своего сознания девушка понимала, что уже не невинна, тело её напряжено так, что вжимаясь в неё, он чувствует её ребра, иногда она заносит руки за голову и вцепляется ими в траву, отчего её голова запрокидывается еще больше. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Давно живут волки, и законы свои пишут, и неписанным законам следуют.
|  |  |
| |
 |
 |
 |  | Кончил я после долгого соития, Таня была очень довольна. Затем немного пошалил-вынул свой еще стоящий колом член из горячей Таниной вагины, истекающей соком, и всунул его резко в такое манящее пятнышко ануса. Таня взвыла, дернулась, но мой"старый друг"уже был в ее тугой дырочке. Затем взял Таню за плечи и резко натянул так, что ее нежные полные ягодицы уперлись мне в живот. Она охнула, но не вырывалась. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | - Поцелуй меня, - проворковала Ольга и приподняла попку. - это что же целовать ей пизду? подумал я с неприязнью. Как вдруг она взяла мой член в рот! Я протянул губы и в знак благодарности за ее ласку, коснулся губами ее половых губок. От них исходил очаровательный запах, запах любви, запах ее тела, запах возбужденной самки... . Я припал губами к ее вагине словно страждущий путник... Я целовал ее всю: губки, внутренние части бедер, которые я приподнял и целовал ее ягодицы. Без всякой брезгливости я целовал ей попу, да, да, не ягодицы, а ее шоколадную звёздочку, ее анус... Ольга застонало, слегка вскрикивая, когда я лизал и целовал ее промежность... Моя верхняя губа была у нижней спайки ее писи, а нижняя - у ануса... Я ничего не соображал, я всасывал всю промежность в себя, я ставил засос ей... Вдруг я почувствовал, что кончаю... , а член у нею во рту... Мы кончили одновременно. . |  |  |
| |
|