|
|
 |
Рассказ №6907
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Пятница, 17/06/2022
Прочитано раз: 38282 (за неделю: 12)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Близится её День рождения. Хочу подарить песочные часы с надписью: "Счастливые часов не наблюдают. Они ими управляют". Не нахожу нигде песочных часов...."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ]
ГЛАВА I. "Холодное лето"
Холодное лето. 2003-ий год. Улыбки, рассветы. Закаты, букеты роз:
Иду по центральной улице. Накрапывает мелкий дождь. Смотрю по сторонам, вглядываюсь в лица и спины. Хочу увидеть знакомую фигуру. Вот! Наверное, это она! Ускоряю свой шаг. Нет: Увы! Я ошибся: Зачем я её ищу? Ведь уже всё закончилось. Ведь уже всё прошло. Зачем? Я просто хочу ей сказать "привет!", и продолжить свой путь. Хочу просто увидеть её глаза. Глаза, которые меняют свой цвет, в зависимости от времени суток, освещения, настроения. Они то голубые, то серые, то зелёные. Как морская волна. Я хочу встретиться с ней взглядом. С её мистическим взглядом. Глубоким, как море, в котором плещутся волны: голубые, серые, зелёные. А её волосы! Каштановые. Пепельные. Русые. В зависимости от времени суток, освещения, настроения.
У неё другой. С этим ничего не поделаешь. Это судьба! Злой рок! Сердцу не прикажешь! Почему она не сказала мне сразу, как только мои чувства стали видны? Чувства, которые рвались на волю из душевного плена, но их сдерживала какая-то незримая сила. Почему не сказала? Почему не остановила? Семимильными шагами я приближался к пропасти. К гибели. Почему? Что это было? Женское коварство? Мужская глупость? Может, обман или самообман? Фатализм: будь что будет? А, может, она не верила в мою искренность?
Она сказала (это признание далось ей нелегко) :
- Алексис! Я всё видела, замечала: Но ответить взаимностью тебе не могу!
Я на краю пропасти. На краю света. Там - вдали - моя мечта, моё солнце. Я расправляю крылья. Свои парафиновые крылья. И взлетаю. Взлетаю в небо. Голубое небо. Я хочу подняться выше и выше. Ближе к Солнцу. Я уже чувствую жар, огненное дыхание звезды. Звезды по имени Солнце. Парафин тает. Знакомый сюжет. Это уже было. Икар! Дедал! Это уже когда-то было.
Я лечу, как мотылёк на открытый огонь. И хочу погибнуть!
Крылья растаяли. Я падаю. Падаю в бездну. Пытаюсь понять, оценить бесконечность. Как это было? Что это было? Что не так было сказано? Что не так было понято? Вообще, ЧТО было? Может, ничего и не было. Не было моей любви? Не было её? Был просто сон!
Я падаю:
ГЛАВА II. "Глубокая осень"
И вспоминаю:
Глубокая осень 2001-ого года. Под ногами - разноцветный ковёр из опавших листьев. Мы идём по городскому парку. Спускаемся по лестнице. Я подаю ей руку. Она спрашивает:
- Алексис, ты же джентльмен?
Я отвечаю:
- Да! Конечно!
Почему она спросила? К чему бы это? Мы идём дальше. Делаем несколько фотографий. В памяти - обрывки фраз. А потом:
- Алексис, я такая ленивая - просто жуть. Дома занимаюсь непонятно чем. Учиться некогда.
Нелёгкое признание в собственной лени. Кто не считает себя ленивым, пусть бросит в меня камень (или в монитор, с которого вы читаете мою повесть) . Мы сидим в библиотеке. Готовимся к сессии. Студенты 3-ого курса заочного отделения n-ного северо-кавказского вуза.
Социология, маркетинг: А на уме лишь: necking, petting.
- Ну, может быть, у тебя муж, дети? - пытаюсь я оправдать её "лень".
Она отвечает, что всё наоборот. Вся личная жизнь - учёба и работа. Плохо. Такая красивая, молодая женщина. У неё ещё всё впереди. Ха! А почему бы не я? Но: Жестокий век - жестокие сердца! Меж нами пропасть. Меж нами годы. Меж нами целых (а, может быть, всего лишь) восемь с половиной лет. "Меж нами - годы-годы. Я не могу: их невозможно пересечь: ". Любви все возрасты покорны! Пустые слова. Любви так мало для счастья. Что я могу ей дать? Что сделать для неё? Что я хочу от неё? Я не хочу её на ночь. Не хочу её на день. Она не нужна мне на неделю, на год. Я хочу её на всю жизнь. Я хочу быть рядом... Мы могли бы пойти вместе по жизни, сквозь тернистые пути. Но ей не 20 лет. И у неё уже всё было: и тернистые пути, и любовь. Ей надо большего. А я:
Знаю, я - не Брюс Уиллис и не Ален Делон. Она! Пусть не идеальная женщина. Пусть: Но я её люблю такую. Серо-голубо-зеленоглазую: Каштаново-пепельно-русую:
"Мы выбираем, нас выбирают: как это часто не совпадает: "
Глупо! Эмоции затмевают разум. Любовь мешает жить. Все мысли только о Ней. Я гоню их прочь, а они не уходят. Они всё сильней и сильней вгрызаются в мой мозг. Они, как раскалённые стрелы слепого Амура, вонзаются в сердце. Одна за другой, одна за другой: Стрелы разрывают мне грудь. Одна за другой, одна за другой: Эти мысли, словно острые бритвы в руках опытного палача, пытают мою сущность. Как жить?!
Я говорю себе: "Забудь, забудь: Забудь её улыбку! Забудь, забудь: Забудь её глаза! Не совершай ещё одну ошибку: она тебя любить не будет никогда!". И постепенно забываю:
Другая девушка: Новый год. Дискотеки. Милое создание. С ней так легко и просто. Но, увы, моё сердце принадлежит той, чьё сердце, к сожалению, мне не принадлежит.
Приходит зима. Замерзает горячее сердце. Покрывается льдом. Каково это: ощущать кусок льда у себя в груди? Каково это: видеть лёд в глазах любимого человека? В глазах цвета морской волны: голубых, серых, зелёных. В зависимости от времени суток, освещения, настроения.
Ждать весну! Нужно ждать весну. Весну, когда растает сердце, и всё будет по-иному.
А я по-прежнему лечу в бездну:
ГЛАВА III. "Долгожданная весна"
И вспоминаю:
Долгожданная весна. Весна 2002-ого года. Я снова вижусь с ней. Вижу её улыбку, вижу её глаза. Чувствую себя безнадёжным романтиком.
Майские праздники! Звоню. Хочу пригласить погулять. Но теряю дар речи. Как глупо! Как это глупо! Это же так просто - пригласить. Но только не её. Она достойна лучшего и большего, чем бесцельная прогулка по парку. Всё начинается с малого! Да! Но это у неё уже было:
Её День рождения! Дарю ей открытку. Желаю, чтоб поскорее сбылись все её мечты. Она говорит:
- Да уж скорей бы!
Я подумал: "Жаль, что это зависит не от меня: "
Я постоянно ей звоню, она быстро и с надеждой поднимает трубку, а там - Я! Но она ждёт не меня, она ждёт Его звонка. Жаль! Это судьба! Злой рок! Она по-прежнему холодна. Я - просто друг! Но я не хочу быть просто другом. Не могу!
Прошла весна. Отцвели сады. Я чувствую, как вянут мои чувства. И это лето мне предстоит прожить без неё. Страшно. Но, всё равно, она где-то здесь. Рядом. Нет! Она не рядом со мной - она во мне!
Забылась боль. Остыло сердце.
И кровь по венам не бежит.
Нельзя же вечно бесконечность,
Забыв про всё и вся, любить.
Я по-прежнему лечу в бездну:
ГЛАВА IV. "Последняя осень"
И вспоминаю:
Прошло лето. Настала осень. Не знаю зачем, звоню ей. Договариваемся о встрече. Разговор не клеится. Начинаем говорить глупости.
- Ты, Алексис, не человек. Становись скорей человеком.
Кто же я, и что делать?
- Ты - обезьяна! Учиться надо, учиться и ещё раз учиться!
Я и так неплохо учился. Стал учиться ещё лучше. Что и кому я хотел доказать? Не знаю.
Случайно встретив её на улице, я улыбнулся и поздоровался. Она сказала: "Раз уж мы с тобой так случайно встретились, то это - судьба!" (Злой рок!?) . И добавила, что скоро мы увидимся на Парнасе. Что она имела в виду? Зачем сказала это? Как много вопросов, которые никогда не найдут ответа.
: Закончилась сессия. Для многих удачно, для меня не совсем: из-за курсовой работы пришлось перенести сдачу экзаменов. Звоню любимой:
- О! Привет! Поздравляю с успешной сдачей. Это такой повод для встречи!
Она меня резко осадила:
- А ты всё сдал? Вот как сдашь, тогда и поговорим!
Она дала мне надежду! Зачем? Ведь знала, что никогда ничего не будет. Почему не сказала, чтобы я остановился, не шёл за ней на зов обманчивых огней? Почему не сказала: "Скатай губу! Тебе ничего не светит!"? Я бы не обиделся. Я бы всё понял и простил. Но:
: Приближался Новый год! 2003-ий год. Я сдал экзамены. И решил идти ва-банк. Пишу ей письмо. Не помню буквально, что я там написал, помню лишь, сказал ей "Привет, Журавль!", спросил, что лучше: "синица в руке или журавль в небе", сообщил, что сдал сессию относительно неплохо. И как-то двусмысленно намекнул, что если есть что-то взаимное, неплохо бы обменяться подарками.
Момент истины! Любимая дарит мне фото в рамке: она и её подруги. Что это? Намёк? На что?"Отстань!"? Или "Не сдавайся!"? Я решил, что раз дарит, значит, есть надежда.
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] Сайт автора: http://www.randevu.nm.ru
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |  | У него было гладкое плотное тело и средних размеров полуэрегированный член. Слов было не нужно, то, что пришло время мне сосать член у моего случайного знакомого было очевидно. Но никто против и небыл. Я этого хотел, причем очень хотел. Ввиду занятости на работе и супружества, я на самом деле довольно редко встречаюсь с мужчинами. Оттого у меня было такое желание ощутить член этого парня у себя во рту. Оказаться у него между ног, прикоснуться к горячей плоти, которая всегда скрыта одеждой. И оттого более вызывает желание. Сдвинуть губами крайнюю плоть и ощутить как гладкая головка проскальзывает в глубь моего рта и прикасается к моему языку. Обычно к тому моменту уже выделяется капелька прозрачного секрета и я всегда провожу языком по головке, пробуя эту капельку на вкус. Ощущения намного ярче в самом начале. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Егор Васильевич тем временем уже спустил штаны, лёг животом на верстак и жалобными глазами смотрел на неё. Зиночка подошла к трудовику и связала ему руки за спиной куском коричневого скотча. Затем взяла лежавший рядом ремень, размахнулась, и что есть силы ударила по напряжённым ягодицам трудовика. "Зиночка:",- простонал тот. Она принялась хлестать его сложенным вдвое ремнём. Егор Васильевич закусил себе нижнюю губу и жалобно поскуливал. "Будешь хорошо учиться?", - строго спросила она, шлёпнув ладошкой по покрасневшему заду трудовика. "Бу-у-у-ду:", - простонал он. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я подошла, встала перед ним на колени, расстегнула ширинку, приспустила его джинсы и достала его дружка, он оказался довольно большим, но я попробовала его лизнуть, потом еще раз и еще и вот он уже полностью у меня во рту. Я ласкаю его, целую. И вот он начинает кончать, я не выпускаю его, я заглатываю каждую его капельку. На меня тоже накатывает теплая приятная волна оргазма, и когда мы оба кончили, то бессильно упали на пол. Но это было только начало. Он первым пришел в себя, тихо ко мне придвинулся, шепнул на ухо, что это было великолепно, и поцеловал меня, но уже более нежно, чем в первый раз. Он нежно начал целовать меня в губы, шею, потом грудь, обхватывая соски губами, потом провел языком по животу и поцеловал пупок. Его рука провела пальцами по лобку, задевая кудрявые темные волосики. И погрузилась, в ее влажную и теплую вагину, за рукой последовал язык, он нежно и осторожно водил им по ее щелке, погрузил язык в пещерку и начал вводить его туда, он начал делать это все быстрее и быстрее, пока мое тело не начало содрогаться от оргазма. Он уже не мог ждать. Он достал свой член и просто вставил его на всю длину, он начал резко вводить его. Он делал это грубо, но мне это нравилось, так меня еще никто не трахал. Жестоко вставляя и резко вынимая, от такого я быстро кончила, но он не останавливался и я снова кончила. Он снова вынул его. Я встала, оперившись руками о парту и он снова ввел его в меня, вначале быстро, а потом все быстрее и быстрее. Я, не помня, сколько у меня, было оргазмов за этот вечер, но такого у меня еще ни разу не было. Мы вернулись в зал, еще не много потанцевали. Ко мне подошла Катька и попросила ключ от класса. Рядом с ней стоял наш одноклассник, и они удалились, но это уже другая история. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Я лежала широко раскинув ноги. Илья неистово трахал меня, доставая до самой матки. Я кончала раз за разом, потеряв счет и времени и оргазмам, охватившим меня. Ковролин под моими бедрами был густо пропитан любовным соком. Происходящее вокруг представлялось мне нереальным, а может быть мне просто хотелось так думать. Удовлетворив себя Илья с тяжелым дыханием отвалился навзничь. Я свела ножки вместе, согнув их в коленях. Постепенно приходя в себя я подумала о том, что замечательно, что платье собралось на поясе и не намокло. Чулки были в порядке, лишь небольшая затяжка, чуть выше бедра напоминала о безумном трахе. Между ног сладко ныло, расплываясь нежным теплом по всему животу. Грудь все еще подрагивала, ища ласки. |  |  |
| |
|