|
|
 |
Рассказ №715
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 17/10/2024
Прочитано раз: 30930 (за неделю: 6)
Рейтинг: 86% (за неделю: 0%)
Цитата: "Когда дед начал меня сечь, шепот мгновенно затих,видимо у Юльки перехватило дыхание от столь экзотического зрелища.Я лежал соверешнно тихо и только звук разрезаемого прутом воздуха и хлопки по голому телу были едиснвтенными нарушающими летнюю тишину...."
Страницы: [ 1 ]
Мои родители часто ездили в длительные командировки в "страны социализма", и меня отправляли жить к деду,--он имел небольшой двухэтажный дом в частном секторе,где кроме него жил мой дядя с женой и дочкой Танькой. Дед, несмотря на свои шестьдесят лет, был довольно крепок и являл собой типичный продукт сталинской закалки.В принципе , он не сильно меня контрлировал, да и я не отличался каким-то особым непослушанием. Правда, иногда "срывало крышу" и меня тянуло на подвиги.Так,однажды, мы с приятелями изготовили взрывпакет,но он получился явно мощнее чем предполагалось, и, эффект не засталил себя долго ждать,--взрыв был такой что вся улица стала на уши.Даже менты приезжали,но все обошлось,--уехали ни с чем. Впрочем, дед конечно догадывался что я просто не мог не принять участие в этом деле ,посему произвел обыск в моей комнате ,обнаружив наряду с сигаретами ,порнокассетами и прочей мелочью,тертый уголь,серу и еще ряд важных в пиротехнике взрывчатых веществ. А этого уже было достаточно для наказания,конкретнее--для порки розгой,ибо по словам деда розгой регулярно сели его, а свое воспитание он считал идеальным.
Собственно, сек он меня редко,но основательно.Меньше пятидесяти ударов я не получал никогда.К своим пятнадцати годам, я уже свыкся с подобной продседурой и, по большому счету, она не вызывала во мне ни малейшего трепета.Наказание всегда происходило на веранде,где стояла не весть кем и когда сдеалнная скамейка,на которой во время застолий могло уместиться человек десять.Я сбросил с себя футболку,затем шорты,трусы и улегся на скамейку свесив руки вниз.Дед тем временем вернулся с подготовленными розгами, которые он обычно связывал по три-четыре штуки.На этот раз он как-то долго готовился выравнивая их по длине и вслушиваясь в звук, который они издают при размахивании в воздухе.
Вдруг я услышал девичий шепот и понял что через неплотоно сколоченные доски отделяющие веранду от сарая за мной наблюдают.Кто это догадаться было нетрудно: Танька и Юлька.Причем Танька видимо специально пригласила Юльку,зная что меня сегодя будут пороть.Юлька была вполне созрешей для своих 17-ти лет девкой,но меня она как-то не воспринимала,считая "малолеткой".Танька подглядывала не первый раз, но мне до этого не было решително никакого дела.В конце-концов,ну что тут такого? Голый парень лежит на скамейке.Будто я ее голой не видел!
Когда дед начал меня сечь, шепот мгновенно затих,видимо у Юльки перехватило дыхание от столь экзотического зрелища.Я лежал соверешнно тихо и только звук разрезаемого прутом воздуха и хлопки по голому телу были едиснвтенными нарушающими летнюю тишину.
Выдав мне причитающиеся пятьдесят ударов,дед сломал связку розог и вышел во двор. Я полежал еще минуты две ,после чего оделся и неспеша поднялся на второй этаж в свои "аппартаменты".Вечером, выйдя погулять, наткнулся на Юльку. Она как-то неловко поздоровалась, наверное испытвая внутренний стыд. Мы пару минут проболтали ни о чем,после чего смотря ей в глаза укоризненно спросил:
--Ну что ,все видела?
--Ну видела,--жалобно ответила она.
--Интересно? А мне между прочим было больно! Могла бы потом подойти,погладить,прижать меня к себе... Ты ведь знаешь как я это люблю."
--Извини..., мне было бы как-то неудобно...",пролепетала Юлька.
--А смотреть было удобно?,--оборавал я.Ладно ,все, замяли.Ты небось уже все растрепала своим подружкам?
--Нет,ни в коем случае! Клянусь что никому не скажу!
--Да знаю я вас! Завтра все только и будут об этом говорить!
Мы еще препирались некоторое время ,после чего распрощались.Прошло несколько дней и все забылось. Юльку ,я не видел ,да и вобщем мне было без разницы, что и кому она может рассказать.Однако через недели две,она заломилась ко мне вместе с Танькой и каким-то парнем,на вид более старшим чем я. Для нее было полной неожиданностью что мы оказались немного знакомы--когда-то сборные наших школ по футболу играли между собой.Помню, как он стоял в защите, и я никак не мог его пройти.Упрямый наверное! Не успели мы толком вспомнить самые важные перипетии этого незабываемого матча,как Юлька вмешалась в наш разговор,объяснив мне, что это ее парень,с которым она оказвается встречается уже полгода (надо же ,какой большой срок!), он ей видетили неоднократно признавался в любви ,и пел песни под гитару ,но вчера она застукала его целующимся с какой-то отстойной дурой, на которую не один уважающий себя парень и внимания-то не обратит. Вот почему он заслуживает наказания и порка розгой ,как ей кажеться будет "самое то".Ну и исполнителем "приговора", естественно, должен быть я.
Несколько замешкавшись от неожиданного предложения,я объяснил что нужно подготовить розги и все такое,на что она мне ответила :"мы подождем"."Кто это мы? Тебя что ,тоже надо высечь?",--усмехнулся я. "Слушай,у нас не очень много времени,мы сегодня должны еще идти поздравлять мою сестру".
Прошло еще минут двадцать, как я стоял перед ними держа три свежесрезанные ивовые розги. Игорь (так звали Юлькиного ухожера) старался держаться спокойно,но чувсвтовалось что он волнуется.
--И сколько ему дать",--поитересовался я у Юльки.
--Как это сколько ,ударов пятьдясят.
--Пятьдесят это много.Максимум двадцать пять.
--Ну пусть будет двадцать пять...
Игорь предпочел не вмешиваться в наш торг.Затем я повел его на веранду, прекрасно отдавая себе отчет, что Юлька с Танькой непременно будут подсматривать. Там, указав ему на скамейку, я спросил:
--Тебя хоть раз в жизни секли?
--Нет.Хотя один раз отец отодрал крапивой.
--Ладно не бойся,я сильно бить не буду.Давай раздевайся и ложись на скамейку.
Игорь поразительно быстро разделся, словно ему не терпелось получить назначенные двадцать пять ударов.Белобрысый рельефный парень, лег,сложив под головой руки,на что я посоветовал чтоб он все таки вытянул их вперед и полностью расслабился.
После чего я, связав скочем розги, несколько раз помахал ими в воздухе,и, затем,предупредив его, его нанес первый удар.Игорь простонал.Я ударял не очень сильно,без оттягов и всего такого,он лишь дергался и издавал протяжные возгласы а! ,а-а! "Терпи рыцарь,--назидательно произнес я,--немного еще осталось". Когда порка была окончена,я похвалил Игоря ,сказав что для первого раза он держался молодцом.Надо ведь как-то ободрить челдовека.
Юлька с Танькей появились в аккурат когда Игорь закончил одеваться. Хитрые девки! Впрочем ,мы все их хитрости знаем наперед.
"Ну что,Юля,обними своего Игоря",--сказал я, вонзив в нее пронзительный взгляд. Юлька совершенно машинально обняла его и некрепко поцеловала,после чего я торжественно вручил Игорю розги, сказав ,чтоб он обязательно высек Юльку,если она вдруг изменит ему.Затем мы ,четверо, с удовольствием курили крепкие сигареты принесенные Юлькой,причем Игорь выкурил больше всех.Мы остались с ним хорошими друзьями и уже через некоторое время водили вместе ко мне девок,где трахали их в "два ствола".Но это уже другая история.А меня дед больше никогда не сек.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |  | Несколько минут стоит тишина. Странно, но я действительно не боюсь. Слышу, как кто-то подходит к кровати и вздрагиваю, чувствуя как чьи-то руки легко ложатся на бедра, разводя их в стороны. - Не бойся... - слышу я шепот и понимаю, что это девушка. Я не удивляюсь. Почему то этот факт не вызывает у меня неприятных ощущений, хотя раньше я занималась этим только с противоположным полом. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Какая она у тебя сладенька, вкусненькая, можно я её разочек поцелую, и больше не буду тебя донимать. Лера толи с испугу, толи от ненависти к мужу, отшвырнула руку, и дерзко сказала, чтобы он отстал. Этот жест вывел Романа из себя окончательно. Он отодвинулся от неё, и сказал, что он всё понял, что она натрахалась, и теперь ей муж противен. Сознание Леры перевернулась, она поняла, что своим жестом сделала ошибку. Она прижалась к мужу и включила весь свой шарм, всё своё обаяние. Роман стоял на своём, он по-прежнему отвернувшись спиной к жене, лежал молча. Ему было до боли обидно, получить оплеуху от жены, к которой он был так нежен. Наконец он заговорил. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Бедная девушка всё время по мере возможности дёргалась, вырывалась из верёвок и пыталась что-то сказать через заткнутый рот, но ни то, ни другое ей не удавалось, после чего она наконец успокоилась. Когда обе клизмы были сделаны, Люсина мама сама стала держать дочку за стиснутые вместе её ягодицы. Я стала уговаривать несчастную Люсю полежать спокойно пять минут и дышать глубоко ртом, позабыв про засунутый туда кляп. Сначала она как будто не слышала мои уговоры, но потом всё-таки задышала ротиком, всасывая воздух мимо кляпа. Я предложила Люсиной маме выбрать кляп, но она ответила отказом, ибо боялась, что дочь опять начнёт громко реветь. Мы продержали девочку в той же позе положенное время, затем её мама велела мне принести из ванной комнаты пластмассовое ведро, а сама начала понемногу развязывать дочь, чтобы та могла подняться с кровати и сесть на него покакать. Это ей удавалось с большим трудом, ибо узлы были завязаны очень туго, боясь, что девочка вырвется во время проведения клизмы. В одном месте пришлось даже пользоваться ножом, позже принесенным мною из кухни. Как только Люсины руки были освобождены, она вырвала ими кляп себе изо рта. "Мама, ты могла меня убить" , она впопыхах сказала, "у меня ведь насморк, а ты заставляла меня дышать носом, заткнув рот. Я еле не задохнулась". "Ничего, зато теперь хотя бы от запора не погибнешь" , ответила мать, "я же тебя знаю, не заткни тебе рот, ты такой шум подняла бы, что соседи вызвали бы милицию, думая, что тут происходит убийство. Теперь быстро подымайся на ноги и садись на ведро!". Люся не заставляла себя долго умолять, мигом вскочила с кровати и камнем упала на ведро так, что оно зашаталось и еле не опрокинулось. Девочка начала обильно опорожняться, хотя даже после двух сделанных клизм кака у неё выходила с трудом, после сильного тужения. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Лехин член неутомимо мелькал в промежности матери, не собираясь кончать. Надо его как-то подстегнуть - решил я. Зачерпнув еще немного крема, я смазал Лехину качающуюся задницу и ввел ему два пальца в анус. Мне даже не пришлось ими двигать - Леха сам, вытаскивая член из матери, насаживался на них. Вскоре пальцев в нем стало три. Анус принимал их совершенно свободно. Мое возбуждение выросло до предела. Я не мог больше ждать, пока Леха насытится и освободит мне место. Пристроившись сзади, я смазал член и выбрав момент, когда Леха в очередной раз соскользнул с пальцев, подставил его вместо них. Двинувшийся назад Леха с размаху насадился на торчащую палку. Член вошел наполовину. Ощутив заметное увеличение предмета в заднем проходе, Леха замер. Я качнул тазом, загоняя член в него до конца и заодно втолкнув его в тетю Люду. Слегка отодвинувшись, позволил ему вытащить член из нее, при этом вновь нанизавшись на меня, потом подтолкнул вперед. Дальше Леха продолжил сам. Тетя Люда ничего не заметила. Леха набрал прежний темп, то вгоняя в нее свой член, то насаживаясь на мой. Все трое стонали на разные голоса, особенно выделялся Лехин. Но первой кончила его мать, затем он, так при этом сжав анусом мой член, что я сразу же выпустил тугую струю ему в зад. |  |  |
| |
|