Рассказ №11547

     А красный и щекастый заговорщик Чан Бу торопливо и растерянно прошептал Чжоу Дуню:
     - Вам не кажется странным, что вчера император отказался от Юй Цзе, а сейчас - от чая?
     - Ничего странного не вижу, - хладнокровно и с большим достоинством осёк его Чжоу Дунь, - он просто напросто заболевает "осторожностью" как собака, которая чувствует смерть. Чем больше будет заболевать, тем больше будет страха в глазах, а это нам как раз на руку. А по поводу чая успокойтесь: не выпил сейчас, выпьет завтра, главное - не спугнуть момент. И вообще не суетитесь, Чан Бу, и не трясите своими красными щеками, они могут нас выдать, вы весь горите и полыхаете.
     Дворцовый лекарь Сан Гуан уже подоспел к императору, уже заботливо подставил плечо, бережно обхватил за талию и осторожно повёл по ковру...
     Как только они шагнули в спальню, император отбросил свои ложные капризы, раздражённо скинул мягкие ладони лекаря и твёрдым, но негромким голосом сказал:
     - Не лапайте меня, пустите. Я совершенно здоров, но для всех остальных - я захворал, прошу запомнить это.
     Лицо Сан Гуана дрогнуло в растерянной улыбке, и он непонимающе развёл руками.
     Император, не спуская с него пристального взгляда, плотней прикрыл дверь и спросил:
     - Чему вы так удивлены?
     - Вашим превращением... из больного человека в здорового...
     - А я - вашим... из преданного Мандарина в гадкого обманщика.
     Сан Гуан стал медленно и широко открывать рот, словно всё сразу понял, и буквально остолбенел.
     - Мне необходимо сейчас же удостовериться в своей правоте и поставить окончательную точку в одном деле, - добавил император.
     Не медля ни секунды, он решительно подошёл к столу, где лежал большой фолиант, открыл первую страницу, вытащил исписанный лист бумаги, резко повернулся к лекарю и тут же зачитал:
     - "Его Императорскому Величеству от Главного Дворцового лекаря, сего дня и полчаса тому назад написанное. Понимая всю серьёзность вопроса, возложенного на меня императором, и получив лично из рук Главного Министра Чжоу Дуня два экземпляра продукта, я подверг то и другое тщательным лабораторным исследованиям, произведя тончайший анализ старого продукта и нового, который Главный Министр Чжоу Дунь искусственно вызвал в личной комнате".
     Не в силах больше слушать Сан Гуан отрицательно замотал головой, кинулся к императору, рухнул своим толстым телом на колени, протянул дрожащие руки и тоненько застонал:
     - Император, не читайте дальше, прошу... я не виноват, ваша жена угрожала и заставила меня...
     - Не читать?
     - Не надо, пожалейте меня...
     - Значит это - ложь?
     - Ложь:
     И тогда император прямо перед глазами стонущего толстяка начал комкать в кулаке исписанный лист, потом взял и обеими руками помял его, а затем швырнул Сан Гуану:
     - Можете с этой бумагой сходить в туалет, она вполне стала пригодной, сейчас же положите себе в карман.
     - Простите меня, император: - Сан Гуан запихнул бумагу в карман и спрятал лицо в ладони, - простите меня...
     - Как же вы дошли до такого позора? - с болью в голосе укорил император. - Вы, мой Главный Дворцовый лекарь, предназначение которого говорить правду людям, лечить, возвращать к жизни, беречь хрупкие человеческие организмы, у вас же профессия ТВОРИТЬ ДОБРО, а вы-ы-ы: вы предали меня, предали мою веру в истинность вашего врачеванья, в истинность ваших слов и поступков.
     - Император: я же говорю: меня заставила написать ваша жена, она угрожала:
     - Встаньте.
     Тяжело дыша, Сан Гуан с огромным трудом поднялся, его жалкий взгляд упёрся в ноги императора, а руки безжизненно повисли по бокам.
     - И чем она угрожала? - не без интереса спросил император.
     - "Если вы не напишите" , - сказала она, - "я вместе с охраной подброшу вам очень плохую травку, которая дурманит головы дворцовой молодёжи и отправлю вас вместе с семьёй в провинцию умалишённых, где вы всю жизнь будете лечить дураков, пока сами не свихнётесь!". Император, у меня же дети, молодая жена: - и он едва ни зарыдал. - Ой-ёй-ёй:
     - А может, вы и правда дурманили молодых людей? По какой цене продавали, Сан Гуан?
     Дворцовый лекарь весь затрясся как хлипкий холодец и снова хотел плюхнуться на колени.
     - Стоять, - приказал император, - стоять и смотреть мне в глаза.
     Сан Гуан едва удержался, чтобы не свалиться, поднёс ладони к сердцу, поднял мокрые глаза и пролепетал слезливым голосом:
     - Я в жизни не торговал подобной гадостью, вы прекрасно об этом знаете, император: не шутите так, прошу вас:
     - Я знаю одно: если вы сегодня обманули меня этой бумагой, то могли обмануть меня и раньше. А почему бы и нет? Мне помнится, что не так давно я отправлял вас по Великому Пути вместе с торговцами шёлком, у вас был особый интерес - лекарства. Как известно караван всегда проходит по Чуйской долине Кыргызстана, вот там-то вы и могли тайком купить дурную травку, а?
     - О, ВЕЛИКИЙ БУДДА, - взмолился Сан Гуан и посмотрел на потолок, - помоги мне объяснить моему императору, что этого не было и не могло быть:
     - Хватит призывать ВЕЛИКОГО БУДДУ, если гнусное дело уже сделано, - прервал император.
     - Но только не травка, только не травка: - содрогнулся несчастный лекарь. - Вы же прекрасно знаете: как только эта молодёжь выходит за ворота Дворца, она тут же находит себе и травку, и горькое вино, и любую гулящую девчонку: вы же об этом прекрасно знаете, император:
     - Прошу не тыкать мне на больные язвы дворцовой молодёжи, я всеми силами стараюсь удалить эти язвы: и не только эти.
     - Но травка не моя, не моя: - простонал Сан Гуан.
     - Испугались?
     - Испугался, потому что никогда не травил молодёжь:
     - Зато стали обманывать императора. Почему, когда моя жена Чау Лю начала шантажировать вас, вы раскисли как гнилой овощ и поддались на провокацию? Почему сразу не пришли ко мне и всё не рассказали?
     - Испугался вашей жены:
     - Она что - имеет полномочия судить и наказывать?
     - Нет, только вы:
     - Так почему же?
     - Она могла повлиять на вас и выставить меня в плохом свете:
     - Интересно как это можно повлиять на императора, который имеет собственное мнение?
     - Через постель мужа и жены, через ласки, нежность и прочие интимные вещи. С точки зрения медицины всё это очень действует на сознание мужчины, и даже на принятие им важнейших решений. Император, я испугался этого:
     - Вы - дурак, Сан Гуан, - вдруг сказал император. - Вы, оказывается, плохо меня знаете. И вообще как вы можете жить в постоянном испуге, вы - такой большой, крупный и, безусловно, умный человек? Этот испуг вас и сделал предателем. Что же с вами станет, когда я прикажу вам выпить полную пиалу? Придётся вливать насильно?
     - Как? . . Я уже приговорён к пиале? . . - безумным взглядом посмотрел Сан Гуан. - О, ВЕЛИКИЙ БУДДА: - он зашатался и готов был тут же упасть.
     - Не падать, - велел император, - если упадёте, выпьете немедленно.
     - Пощадите: пощадите:
     - Вон отсюда, и дайте мне подумать: пощадить вас или нет. И учтите, если кто-нибудь из дворцовых людей узнает о нашем разговоре, ни о какой пощаде не может быть и речи. Вы были у меня, потому что я немного прихворнул. Ясно?
     - Да-да-да: - закивал головой Сан Гуан и словно каракатица попятился к двери.
     - Вон, и быстрей, - поторопил император.
     Лекарь собрался с силами, утёр мокрое лицо и вышел вон.
     Император положил руку на фолиант, прикрыл глаза и тихо проговорил:
     - Всё, точки поставлены. "МУДРОСТЬ И ДОБРОДЕТЕЛЬ ПРЕОБРЕТАЮТ НОВЫХ ЛЮДЕЙ" :
     
     Я проснулся от того, что никак не мог найти подушку под своей головой. Окончательно открыв глаза и резко вскочив с дивана, я увидел, наконец, что подушка вместе с одеялом валялась на полу.
     "Да-а-а" , - подумал я, - "однако во сне меня сильно крутило!".
     Я поднял своё постельное хозяйство, без малейшего удовольствия потянулся вялым телом и огляделся сумрачным взглядом.
     В приоткрытой печной двери дышал редким умирающим огоньком чёрный пепел, и последний жар, уходящий в трубу, ещё что-то шептал таинственно-прощальное.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ]

Читать из этой серии:

Читать также в данной категории:

© Copyright 2002 Лимона. Все права защищены.