|
|
 |
Рассказ №0818 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 02/05/2002
Прочитано раз: 129141 (за неделю: 49)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: ""Парадные ворота" Ларисы были несравненно шире ее ануса, но сейчас, когда она приняла в свое тело три немаленьких члена, мне предстояло основательно потрудиться. Я начал нежно массировать головкой своего гиганта ее клитор, захватывая большие и малые половые губки. Лариса блаженно закрыла глаза. Тогда я слегка надавил своим членом на орган Джека. Генри и Джон подстраховали меня снизу, не дав Ларисе опуститься. Но мне не удалось приоткрыть ее милую щелочку даже на миллиметр. Я снова надавил, прибавив к члену пальцы, но с тем же результатом. Лариса задергалась, но тем самым привела в движение доселе неподвижные члены в своей попке, и ей стало еще больнее. Тогда она снова покорно замерла...."
Страницы: [ ] [ 2 ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Я вдавился низом живота в ее аппетитные ягодицы, с трудом сдерживая неистовое желание излиться прямо на ее бедра. Каким-то чудом мне удалось слегка отодвинуть сладкий финал, тем более что Лариса, почувствовав первые прикосновения моего гиганта к своей израненной коже, начала стонать и извиваться. Я положил конец ее бессмысленным дерганьям, решительно взяв ее за бедра. Ее приподнятая попка располагалась как раз на нужном уровне, и поэтому мой член с легким чавканьем решительно вошел в ее расширенное анальное отверстие, не встречая никого сопротивления. Лариса покорно склонила голову, сосредотачиваясь на своих ощущениях. Я почувствовал, как стенки ее прямой кишки, конвульсивно дернувшись, обхватили мой шланг со всех сторон и размеренно запульсировали. Мы с Ларисой называли этот прием, которым она владела в совершенстве, внутренним массажем. Но сейчас мне было не до прелюдий, страсть во мне била фонтаном, и поэтому я, на мгновение подавшись назад, с силой ввел обратно все свои двадцать пять сантиметров перевозбужденной плоти. Лариса вскрикнула от неожиданности, но я повторил это снова и снова. В ее лоне я не мог себе позволить себе такого из опасений повредить ее матку, во втором же отверстии, казавшемся бездонным, мне предоставлялась полная свобода действий. Я плавно скользил вперед-назад в ее влажной податливой попке, изредка покачиваясь в разные стороны и не забывая ласкать руками ее восхитительные налитые груди. Долго так продолжаться не могло, и скоро я обильно излился, не покидая ее гостеприимных глубин и вторгшись в них так глубоко, как это только было возможно. Ремни и седло надежно держали Ларису, поэтому я навалился на нее всей тяжестью, вдыхая неповторимый аромат ее волос и кожи. На меня навалились слабость и усталость, член слегка поник, но по опыту я знал, что уже через несколько минут он будет готов повторить. Он даже не потерял полностью свои максимальные размеры и остался бы в анусе Ларисы, если бы я сам решительно не вынул его.
- Итак, продолжим, - сообщил я Ларисе и снова взял в руки хлыст.
Вторую серию ударов я обрушил на ее спинку. Поскольку сдерживаться уже не имела смысла, Лариса верещала во все горло, раскачиваясь под жалящими ее со всех сторон ударами и тщетно пытаясь предугадать место следующего удара, чтобы успеть хотя бы чуть-чуть отклониться. А я мучал ее не только ударами, но и их ожиданием, то выдавая настоящий шквал из восьми-десяти быстрых хлестких ударов, то делая паузу секунд на двадцать. После шестидесятого удара спинка Ларисы стала такого же цвета, как и ее ягодицы, а сама она уже заметно обессилела от криков. Да и ее руки, до сих пор крепко сжатые в кулаки, безвольно разжались. Она была в полубессознательном состоянии, но быстро вернулась к реальности после того, как шестьдесят первый удар обжег ее до сих пор не тронутые бедра. Началось все сначала - Лариса судорожно билась в кожаном капкане, а я, наслаждаясь ее беспомощностью, метко целил в ее еще не пораженные места. Последние десять ударов я сделал особо жестокими, вложив в них всю свою силу и направив их на бесстыже приподнятую попочку Ларисы. Первый же из них рассек израненную кожу, по которой тут же разлетелись мелкие капельки крови, а из широко раскрытого анального отверстия вылетели белые капли моей спермы. "Ничего себе" - подумал я и тут же вздрогнул от жуткого вопля, в котором не было уже ничего человеческого. Есть ли пределы ее выносливости - спросил я сам себя и решил ответить на этот вопрос немедленно. За долгие годы наших игр я отточил свою меткость до совершенства, и поэтому второй жестокий удар я направил параллельно предыдущему. Пять свистящих ударов извлекли из тела моей жены пять нечеловеческих воплей, в которых уже чувствовалось неподдельное страдание. Но заставить Ларису сказать заветное слово было не так просто. За годы нашей совместной жизни это случалось не больше десяти раз. Хлыст уже был влажным от пота и крови, когда мне в голову пришла еще одна замечательная мысль. Пять кроваво-красных полос, сочащихся яркими ручейками крови, завели меня до предела, и я, уже плохо соображая, что делаю, от души вытянул хлыстом прямо по открытой ране. Осознание того, что я сделал, пришло чуть позже, когда, к моему удивлению, последовавший крик был не таким сильным, но затем по всему телу Ларисы прошла крупная дрожь, а когда я уже заносил руку для нового удара, она вдруг выгнулась всем телом, насколько ей позволяли ремни, и закричала так, как не кричала никогда. Я опустил руку и сделал правильно, потому что следующим из ее голосовых связок вылетело ключевое слово, означающее немедленное прекращение всех игр. Я тут же отвязал ее руки и едва успел подхватить соскользнувшее тело. Лариса была без сознания. По ее ногам текли тонкие струйки крови, смешанные с моей спермой и ее кровью. Пока я нес ее в ванну, к ним прибавилась еще и моча.
В ванной Ларису привели в чувство струи теплой воды. Она снова застонала и прильнула ко мне всем телом, как к единственному защитнику, словно не я минуту назад довел ее до такого состояния. Мой член тут же воспрянул духом от такого проявления чувств, но ни о какой близости не могло быть и речи. Тщательно обмыв ее тело, я завернул Ларису в полотенце и понес в спальне. Там я оказал ей первую помощь, положив на живот и смазав особенно пострадавшие места мазью. Кровь почти сразу остановилась, но на жуткие раны было страшно смотреть. Казалось, что с ее прелестных ягодиц кто-то нарезал кожу узкими полосками. Скорее всего, теперь там останутся шрамы, и ей снова придется делать безумно дорогую пластическую операцию. Однажды она уже ее делала и на том же самом месте. "Пора бы переключить свою энергию на кого-то другого и развлекаться с ней вместе с женой", в который раз подумал я и решил больше не откладывать разговор на эту тему, которого я и хотел и боялся одновременно.
2
Шанс пришел совершенно неожиданно. Руководство нашего Клуба не жалело денег на проведения всевозможных оргий и великосветских мероприятий, хитро под них замаскированных. Одна из них и планировалась под неуклонно приближавшийся Новый год. Ожидались гости и гостьи из-за границы, вроде бы даже из самой Голландии. Полный список ожидаемых мероприятий давно был распространен среди членов клуба, и в нем меня привлек конкурс, из которого я с почти стопроцентной уверенностью вышел бы победителем. Речь шла о выявлении обладателя самого длинного члена среди членов клуба (эта забавная тавтология так и была напечатана на дорогой бумаге под недвусмысленным рисунком). Победитель получал право выбрать любую партнершу среди присутствующих (никто не мог ему запретить это сделать, даже жена) и сделать с ней все, что ему заблагорассудится. При одной только мысли о том, что я смогу выбрать себе любую женщину из пышно разодетой толпы, меня бросило в сладкую дрожь, а член подскочил, как на пружине, резко подняв одеяло.
Мирно спящая рядом Лариса беспокойно зашевелилась, хотела по привычке перевернуться на спину, но, почувствовав боль в ягодицах, перевернулась на другой бок, нашла своими руками мои, обвила их, переплетя пальцы, и снова заснула. Прошло полторы недели с тех пор, как ей снова сделали пластическую операцию на ягодицах, правда, никто уже не гарантировал, что кожа на поврежденных участках у нее станет такой же гладкой и нежной, как и раньше. Лариса тем не менее была совершенно не в претензии ко мне, напротив, она говорила, что пережила в тот момент самый сокрушительный оргазм в своей жизни. Но при всей моей любви к жестоким развлечениям на первом месте у меня все же оставалась жена, поэтому на семейном совете было принято решение временно отказаться от наказаний поркой. Условия нашего семейного соглашения (см первую часть) менялись, точнее, в него вносились поправки. Теперь каждый из нас имел право развлекаться на стороне, с условием, что вторая половина тоже будет при этом присутствовать и контролировать ситуацию по своему усмотрению, вплоть до запрета того или иного элемента. В случае с Ларисой исключались любые средства наказания, связанные с повреждением кожи. Я сохранял право наказывать ее любым способом, не противоречащим вышеуказанным поправкам, разумеется, исключая способы, в любой степени задевающие ее честь и достоинство в ее же понимании.
Исходя из принятых поправок, Лариса не могла мне запретить пороть и мучать других женщин. Более того - она сама могла принимать в этом активное участие. С годами я заметил, что она тоже неравнодушна к чужим страданиям, и ей больше нравилось мучать женщин, чем мужчин. К тому же, уступая мне в жестокости, она обладала гораздо более извращенным воображением. Вместе мы должны были составить неплохой тандем.
3
Оргия проводилась в последних числах декабря. Такого наплыва участников наш клуб еще не видел. Чтобы никто друг другу не мешал, ее проводили в три этапа. Мы как почетные члена получили приглашение первыми и приехали в первый день. Лариса к тому времени совершенно оправилась от последствий страшной порки и была весьма возбуждена, не столько возможностью освежить впечатления, сколько самой обстановкой. Вокруг мелькало множество молодых мужчин, и она сразу положила глаз на статного мулата с кудрявыми волосами и обилием татуировок на мускулистых руках. Смерив взглядом бугор, выросший у него в штанах после парочки взглядов в сторону Ларисы (она оделась очень сексуально, в короткую мини-юбку и откровенный топик, а сверху накинула норковую шубу, чтобы, придя с мороза в клуб, не тратить время на переодевание), я забеспокоился насчет своей победы в конкурсе. Все же в этот раз в клубе было много новичков, и всякое могло случиться.
Лариса и приглянувшийся ей мулат, которого, как выяснилось, звали Генри, а также еще двое крупных мужиков, ярких представителей того гориллообразного типажа, который всегда заводил ее до безумия, почти сразу откололись от основной компании и затеяли игру в карты, проигравший в которой должен был выполнять желания остальных. По предварительной договоренности, Лариса должна была развлекаться в их компании примерно час, пока я буду принимать участие в конкурсе, после чего они понаблюдают, что сделает победитель конкурса с выбранной им дамой. Затем она вместе со своими тремя своих партнерами по игре уединится в отдельной комнате, а я буду наблюдать за ними и присоединюсь, когда пожелаю.
Страницы: [ ] [ 2 ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 57%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 41%)
» (рейтинг: 81%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 86%)
|
 |
 |
 |
 |  | Как прилежная ученица, Бекки проводила свое время за чтением книг по сексу. Сначала она думала, что это ни к чему и начала их читать чисто из любопытства. Но начав читать, она нашла что находит новые штучки и "фокусы". Вечеринка была очень важна, и ей необходимо было быть в наилучшей форме. Ей был необходим весь арсенал чтобы впечатлить боссов. К тому же само чтение этих книг ее заводило. Бекки не раз мастурбировала читая их. В это время она представляла себя, ласкающей своими губами и языком неизвестных боссов. Внизу ее все становилось влажным - и она даже применяла очищенные бананы для отработки новых оральных техник. Шарлотта с ума сойдет, когда увидит ее навыки в действии. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Вдруг по прозрачной трубе пошло белое яичко, это и вправду было настоящее яйцо, а за ним устремились еще несколько. Они опускались по трубе и наконец опустились мне в рот. Я не могла даже представить, что смогу проглотить твердое яйцо целиком, но яйца продолжали забивать трубу, скапливаясь в ней, давя друг на друга. И вот, когда яиц стало слишком много, первое вошло мне в горло. Ужасная боль пронзила меня. Мой пищевод расширялся до предела. Даже на курсах глубокого минета, которые я посещала, такому не учили, но, возможно, именно подготовка меня и спасла. Яйца проходили по моему пищеводу прямо в желудок, одно за другим. Боль не унималась. Слезы текли из высохших глаз. Я считала каждое яйцо, надеясь, что оно будет последним, но последним было лишь двадцатое. Мой желудок растянулся до предела. Живот сверху вздулся, а яйца внутри иногда перекатывались, доставляя и удовольствие, и боль. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Сняв с ветки мою блузку, он стал обтирать ею снег с меня. Стоя босиком на куртке я одела джинсы, сапожки. Блузка была вся мокрая от снега и одевать её я не стала. Отряхнув от снега куртку, и надев её я уже хотела застегнуть молнию, но Рома меня остановил. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Кто-то опрокинул на Шейлу ведро воды, и она с визгом очнулась. Новый оргазм не заставил себя ждать. К Маку подбежали какой-то мужчина с женой. Мужчина засунул Шейле, а жена встала на колени перед Маком. Он запихал член в её рот и через пару секунд извергался в него, как зерновоз, высыпающий зерно в силос, - непрерывным и густым потоком. Она сглотнула, наверное, раз десять. |  |  |
| |
|