|
|
 |
Рассказ №12233
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Понедельник, 01/01/2024
Прочитано раз: 103548 (за неделю: 35)
Рейтинг: 86% (за неделю: 0%)
Цитата: "ОН отступает. ЛИНА в упор смотрит на ЛИКУ, и та начинает медленно идти к ней, как кролик к удаву. ЖЕНЩИНЫ чокаются бокалами, пьют на брудершафт. Долгий поцелуй. Пауза. ЛИНА тянется рукой к столу, берёт очищенную дольку апельсина, наполовину зажимает в своих зубах. . , ЛИКА тянется губами ко второй половинке апельсина и новый долгий поцелуй. С головы ЛИНЫ сваливается фуражка, не без лёгкой помощи ЛИКИ. ИВАН ПЕТРОВИЧ, как заворожённый, следит за непонятным ему ритуалом, механически поглатывая шампанское...."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Драма в 2-х актах /с юродством/
/трибадия - любовь между женщинами/
Действующие лица:
ЛИНА - женщина 42-х лет;
ЛИКА - женщина 33-х лет;
ИВАН ПЕТРОВИЧ - дедушка Лики, 73-х лет;
ЖОРА - его закадычный друг, 67-ми лет.
1-ЫЙ А К Т.
Перед нами внутренний интерьер хаты. Сейчас здесь темно, лишь светится шкала маленького радиоприёмника да тихо звучит музыка на какой-то радиоволне, вперемежку с текстовой информацией.
Раздаётся стук в двери и мужской голос: "Лина, Лина!" Дверь со скрипом отворяется и появляется чёрная фигура ИВАНА ПЕТРОВИЧА.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Лина. Лина-а. Лина Владимировна. /Проходит и останавливается у порога второй комнаты, где, впрочем, есть еле заметная точечка света, в углу под потолком - это лампадка под образами. / Ангелина Владимировна, . . это я - Иван Петрович. /Проходит в глубину тьмы, / Ангелина Владимировна.
В раскрытых дверях появляется чёрная фигура ЛИНЫ.
ЛИНА: Кто здесь? /Пауза. / Я спрашиваю - кто здесь?!
Раздаётся грохот и глухой звон чего-то упавшего и разбившегося вдребезги/.
ЛИНА /испуганно кричит/: А-а-а-а!!! /Исчезает за дверями, кричит/ Иван Петр-о-вич!!
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Я здесь! Я тута-а! Йитит твою мать! /Движется к двери. / Это я здесь! /Скрывается за дверями/.
Светает. Теперь мы понимаем, что это раннее утро. Слышится смех. Входит ЛИКА, а за ней ИВАН ПЕТРОВИЧ с ведром в руке. Они смеются.
ЛИНА: Боже, как вы меня напугали.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: А я проснулся и думаю сам себе - пойду-ка я пораньше, да побужу её. . , а то ведь праздник сегодня - архаровцы колхозные могут налететь да молочко сдоить на водку.
ЛИНА: Ха-ха, у дураков мысли сходятся! , я то же подумала и встала ни свет - ни заря.
/Смеются/.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: От, будь ты неладный. Свет-то зажги.
ЛИНА: Да нету свету, /щёлкает выключателем/.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: А приёмник работает.
ЛИНА: Он от батареек. У меня свеча в руках, сейчас зажгу.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: А я думал, пока из дома к тебе шёл, свет дали ради праздника - спозаранку.
ЛИНА/зажгла свечу/: А может здесь - он уже и не праздник?
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Ну что ты, . . День Победы! Что ты.
ЛИНА: Так всё ж делим, никак не поделим: флот, язык, писателей. Так, ставьте ведро сюда, на табурет: Сейчас я быстренько солью, процежу:
ОН ставит ведро с молоком на табурет. ОНА подставляет пустое ведро, накрывая и повязывая его марлей.
В окошки брызнул солнечный свет. Теперь мы видим перед собой, так называемые - большие сени /или вторые/, со старыми фотографиями на стене, с печью, которая служит и перегородкой с комнатой - где мы видим икону, в левом от нас, дальнем углу. Сразу после иконы - у дальней стены: шифоньер. Впритык к нему, высокая кровать, стоящая второй спинкой, что в головах, впритык к тыльной стороне печи, /кровать с ещё не убранной постелью, после сна/, рядом с кроватью, в головах, старая этажерка из бамбука, с книгами и тетрадями. Посредине: поваленный стол с белой скатертью. В сенях, на печи
72.
горит свеча, на дальней стене - рукомойник/ На маленькой скамеечке стоит транзисторный приёмник. Вся хата внутри побелённая.
ЛИНА, высокая стройная /изредка, слегка горбящаяся/ женщина, с крепкой поступью ног, одетая во всё чёрное /шерстяную кофту с длинным рукавом, юбку до щиколоток, ботинки и чёрный шерстяной платок, закрывающий её лоб, щёки и шею/, переливает молоко из одного эмалированного ведра в другое, через марлю.
ИВАН ПЕТРОВИЧ/в расстёгнутой фуфайке, сапогах и фуражке на голове, проскальзывает в комнату. . , поднимает стол и оглядывает полы вокруг себя/: Ах, ты ж, ёж колючий!
ЛИНА: Что там? Зачем вы туда прошли?!
ИВАН ПЕТРОВИЧ: А с чем это баллоны были?
ЛИНА: Какие баллоны?
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Ну, банки трёхлитровые.
ЛИНА: С водой. Это я для сирени отстаивала. Что, разбились?
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Да. Мать честная! Надо тряпку и веник. /Собирает осколки/.
ЛИНА: Вы осколки вон - в шлаковое ведро соберите. . , а я сама там приберу.
ОН берёт у печи ведро и идёт собирать осколки. ОНА приносит, из первых /маленьких/ сеней, трёхлитровые стеклянные банки, снимает с ведра марлю и большой белой кружкой наливает молоко из ведра в банки, закрывая их полиэтиленовыми крышками, и ставя на печку.
ЛИНА: Утренняя зорька выдалась на славу. Небо ясное. Погода сегодня должна быть хорошей.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Это у нас на работе был один. Ребята были у нас заядлые рыбаки. . , а он так - не интересовался. . , но выпить был большой любитель. Вот этим-то, ребята и сманили его с собой на рыбалку, для смеха. Ага. Ну и поехали в ночь. Поужинали, с этим делом, как полагается, и ко сну укладываются. . , а он видит, что ещё! осталось, какой же сон?! . А они ему говорят, - это на утренней зорьке - как полагается. Он, бедолага, всю
ночь вскакивал и будил их. А они ему, - да спи ты, зорька ещё не началась! Ага. Просыпается он от страшного шума и мата. Они на него, - что ж ты нас не разбудил?! Зорька уже прошла! - А он со сна от солнца щурится, - Да ну её на хрен, вашу зорьку, её не поймёшь - то она ещё не началась, то она уже прошла!
Смеются. ОН выносит во двор ведро с осколками; ОНА берёт тряпку, ведро, веник, совок, и идёт прибираться в комнату. ОН возвращается в сени, ставит ведро к печи и гасит свечу спичечным коробком, лежащим на печке.
ИВАН ПЕТРОВИЧ/заглядывая в комнатный проём/: Я принесу тебе баллоны, у меня их:
ЛИНА: Да ладно.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: А что, они всё одно мне уже не нужны.
ЛИНА: Вы лучше налейте из оцинкованного ведра пару баллонов воды, там за дверями. Пусть отстаивается.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Есть такое дело. /Выносит из малых сеней две трёхлитровые банки и льёт в них воду из ведра. / А зачем ты её отстаиваешь?
ЛИНА: Сирень люблю. Должна вот-вот распуститься.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Так я ж тебе про то и говорю - нашу воду-то ни к чему отстаивать.
ЛИНА: Почему?
ИВАН ПЕТРОВИЧ: По кочану и по нарезу. Отстаивают от хлорки, а её в нашей воде нет. А вот, что я слышал, так это то, что надо сирень в горячую воду ставить, до кипения доведённую.
ЛИНА /возвращаясь в сени, и ставя орудие уборки на место/: Я знаю, но печь из-за этого топить глупо, а кипятильник у меня маленький, да и току у нас почти не бывает, не мне вам рассказывать.
73.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: А у меня большой имеется.
ЛИНА: Что7
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Кипятильник.
ЛИНА: А-а /пошла с ведром и тряпкой во двор/.
ИВАН ПЕТРОВИЧ /ей вслед/: Могу принести. Дадут же свет хоть к вечеру-то. /Про себя/ йитит иху мать!
ЛИНА/возвращаясь, весело кричит и хлопает в ладоши/: А-а-а-а!!
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Что?? !
ЛИНА: Сирень распустилась!
ИВАН ПЕТРОВИЧ/шутя/: Та ты с ума сошла.
ЛИНА: Да-а!
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Ну, пропало дело.
ЛИНА: Та-ак, сейчас застелим свежую белую скатерть, /моет руки под рукомойником/:
ИВАН ПЕТРОВИЧ/напевает/: "Скатерть белая залита вином, все цыгане спят непробудным сном:"
ЛИНА/подхватывая песню, идёт в комнату/: "Лишь один не спит - пьёт шампанское, за любовь свою - за цыганскую! . . /Теперь она заправляет постель/.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: А что ты всё в чёрном ходишь? Бабка Дуся уж год как померла, . . ещё в том апреле.
ЛИНА: Можно подумать, я по бабке траур ношу. Я же не мужа схоронила, чтобы траур носить.
ИВАН ПЕТРОВИЧ: А кстати, замужем-то ты была или есть, . . всё никак тебя не спрошу?
ЛИНА/весело/: У меня же два сына, Иван Петрович!
ИВАН ПЕТРОВИЧ: Та знаю. Хотя-а, не точно. Раньше, к бабке Дусе, на лето, приезжали разные внуки да правнуки: А какие, чьи: У неё ж - у старой - ничего не дознаешься - молчить да ворчить. Казачура ещё та.
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 69%)
» (рейтинг: 57%)
» (рейтинг: 23%)
» (рейтинг: 70%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 46%)
» (рейтинг: 72%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 54%)
» (рейтинг: 52%)
|
|
|
| |
| | Вновь перехватывая Стаса обеими руками - прижимая его к себе, Валерка снова упёрся своим пахом Стасу в зад... и вдруг почувствовал, как член у него неожиданно стал подниматься; зад был упруго-мягким, аккуратно оттопыренным - член, оказавшись между ягодицами, уютно вписался в ложбинку, и, хотя никаких конкретных мыслей в голове у Валерке не возникло, Валерка вдруг почувствовал, что ему это приятно... да-да, это было приятно - прижиматься сзади к Стасу, точнее, вжиматься стремительно твердеющим членом в Стасову задницу, и это чувство приятности было совершенно неожиданно для Валерки, - ещё ни о чём не думая и ни о чем не помышляя, Валерка непроизвольно двинул бёдрами, подталкивая Стасика вперёд. | | |
| |
|
| |
| | Закончив свою работу, я смазала ее откровенную наготу кремом после бритья, на мгновение я залюбовалась своей работой. Бесцеремонно согнув ее ножки в коленях и чуть приподняв их я развела коленки в стороны, голый лобок буквально светился, ложбинка, что до этого момента была скрыта под зарослями ее кустарника, теперь нагло выступал. Я развела еще чуть шире ее коленки, Ирка охнула, но на этом ее реакция на мою бесцеремонность закончилась. Подождав несколько секунд, я продолжила разводить коленки в стороны. Ложбинка, что до сих пор так платно была сжата, вдруг разошлась, открыв моему взору алую плоть, от неожиданности я вздрогнула.
Мои руки скользили от ее коленок к ее лобку, что торчал вверх, нежная, гладкая кожа, она светилась в этой полутемной комнате. Проведя пальцами по полянке, что я подстригла, я ахнула, до чего же она нежная, настоящий розовый бархат. Теперь ее ложбинка расцвела, как расцветает цветок, раскрывая лепесток за лепестком, медленно выворачивая их на изнанку, показывая всем свою скрытую красоту. Я нагнулась и поцеловала ее цветочек, он благоухал, нежно, отдавал пряным и в то же время терпким запахом.
Нехотя я отпустила Ирку, вставая с дивана, я не отводила взгляда от нее. Юбка по прежнему была задранной к верху, решила поправить ее, но остановилась. Покрутив головой, нашла свой телефон, включила команду на фотоаппарат и стала делать снимок за снимком. Ирка не вовремя перевернулась на бок, закрыв то, что хотела сфотографировать, сделав еще несколько снимков, так, что бы было видно и Иркино лицо, я снова бесцеремонно отвела ее ногу в сторону обнажив голый лобок, еще снимки, потом согнула ногу в колене и отвела ее в сторону, теперь ее цветок снова раскрылся, но сейчас это выглядело уже нагло, вызывающе. Еще снимок, еще и еще.
Закончив свою тайную фото сессию, я подошла к Иркиному телефону, нашла команду приему фотографий по блютузу и сбросила ей все снимки, что только, что засняла. Прикрыв Ирку пледом я пошла к выходу, хотя уходить не хотелось, за час я так срослась с этим домом, что казалось прожила в нем не один год. Зазвонил мой телефон. Кому еще я понадобилась в столь поздний час. Посмотрев на табло, я узнала номер Игоря, я задумалась, палец робко нажал на кнопку "ОК". | | |
| |
|
| |
| | Мне в жопу сразу вставили член и начали бешено долбить. Когда я услышала стоны мамочки, я совсем потеряла контроль над собой: я двигалась навстречу трахающим меня членам, насаживаясь так, чтобы яйца шлепали по пизде. Мой анус горел, моментами мне было больно, но никто не останавливался на протяжении часа-полтора. Когда из меня вытащили член, я поняла, что из-за выпитого мужиками алкоголя ни один из них еще не кончил. Мама насасывала поочереди их члены, когда я подошла к ней, и шепнула на ушко то, что я хотела сейчас сделать. Мама оторвалась от члена, подняла голову вверх, и спросила: | | |
| |
|
|
| |
| | Я обычно отпихивала его, если он начинал интересоваться моей грудью или засовывал голову между ног. Теперь я позволяю ему полизать мои груди и писечку если нас никто не видит. Меня так волнует и заводит мысль, что меня когда-нибудь увидят, что я рискую это делать в общественных местах. Я не хочу открываться, это скорее желание быть пойманной, потому что тайна пропадет и мне не придется больше притворяться. Я с нетерпением жду дня, когда я смогу почувствовать его член глубоко внутри. | | |
| |
|