|
|
 |
Рассказ №2924
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 07/03/2024
Прочитано раз: 31123 (за неделю: 14)
Рейтинг: 86% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я хочу рассказать вам, про моего деда. Мой дед, бывший моряк, плававший по всему белому свету и повидавший на своем веку немало интересного, после выхода на пенсию жил в не большой деревне. Жена, его, моя бабушка давно умерла, а он так больше не разу и не женился. Я был маленький и часто проводил у него лето, где он обучал меня премудростям нашей не легкой жизни. Дед был строгий, но справедливый. Лет ему тогда было 54, а мне соответственно 12. У него был прекрасный дом, с огромными, светлыми ком..."
Страницы: [ 1 ]
Я хочу рассказать вам, про моего деда. Мой дед, бывший моряк, плававший по всему белому свету и повидавший на своем веку немало интересного, после выхода на пенсию жил в не большой деревне. Жена, его, моя бабушка давно умерла, а он так больше не разу и не женился. Я был маленький и часто проводил у него лето, где он обучал меня премудростям нашей не легкой жизни. Дед был строгий, но справедливый. Лет ему тогда было 54, а мне соответственно 12. У него был прекрасный дом, с огромными, светлыми комнатами, в которых по утрам играло солнце, а стены увешаны разными диковинными вещами.
Все время он проводил в заботах о своем хозяйстве и прекрасном саде, который заложил еще его дед. А я любил помогать ему, подражая и копируя все, что он делал и как. Но однажды я провинился, стреляя из рогатки по воробьям, я разбил стекло соседям, и те пожаловались на меня. Дед пообещал им наказать меня, но он был слишком занят и наказание перенес на субботу. И вот настала та суббота.
Он позвал меня в одну из своих огромных комнат, где стояла деревянная лавка с дырой по середине. Приказал мне снять с себя одежду. Я знал, что сейчас последует, до этого меня не разу не пороли розгами, но я читал об этом в школьных учебниках. Я страшно боялся, но знал, что заслуживаю это. Стянув с себя штаны и рубашку, я остался совсем голый и прикрыл руками свои яички. Стоя и переминаясь с ноги на ногу, смотрю на деда, может он отменит свое решение. Но он, выбирая розгу, глянув на меня и приказал:
- Ложись! И ложись так, чтобы твоя пиписька свисала в дыру в лавке!
Я послушно лег, а моя пиписька провалилась в дырку свободно покачивалась под лавкой. Я не отрываясь смотрел на деда, а он на меня. В руке он держал розгу, потом взмахнул ей и, рассекая воздух розга нанесла первый удар.
- А! - закричал я.
- Врешь, так не больно, а так больнее - и ударил, так что сразу вспухла, налилась кровью первая полоса.
- Смотри на меня - сказал дед. Он растягнул штаны и достал от туда огромный предмет похожий на мою пипиську, только такого размера, что я не мог оторвать глаз от этого предмета.
- Возьми в руки свой член и делай вот так - приказал он мне. Я смотрел, как он своей рукой мнет, и ласкает свой предмет. Я не мог отвести глаз от этого предмета, который стал набухать и выпрямляться, наливаясь силой. Мне нравилось на него смотреть. Я послушно дотянулся под лавкой до своей пиписьки, и начал глядя на деда делать такие же движения. А он окончательно снял с себя штаны, одним движением стянул рубашку и остался как и я совершенно голый. Он был прекрасен мой дед, его тело закаленное на семи ветрах в свои годы сохранило свою силу. Его черные волосы, тронутые легкой сединой переливались на свету, а серые глаза, блестели. Губы, приоткрываясь, произнося какие-то слова, но я не слышал их.
Он был высок, плотен, не много выдающийся в перед животик, придавал ему очарование. Волосатая грудь его был широкой и сильной с розовыми острыми сосками. На правой груди возле соска была не большая родинка, еще одна была по ниже солнечного сплетения. Точно такие же родинки были и у меня. А в низу живота, вздыбился огромного размера предмет, увитый курчавыми волосками, с розовой головкой, которая блестела и так и притягивала к себе взгляд. Я смотрел на деда, и он позволял рассматривать себя, нисколько не смущаясь. Он стоял рядом со мной, взмахивая рукой, нанося мне удары, а его член дрожал от напряжения перед моим лицом. А я одной рукой дрочил свой уже напрягшийся писюн. И кричал при каждом ударе, но это уже скорее была игра, чем порка. Розги били меня, но мне они уже доставляли скорее не боль, а наслаждение. Я закрыл глаза. За тем настал момент, который я до этого не разу не испытывал, мой член напрягся до такой величины, что казалось сейчас лопнет, я стал все быстрей и быстрей тормошить его и в этот момент, что-то взорвалось внутри меня и я почувствовал такое наслаждение, которое можно было сравнить лишь со смертью. На мои пальцы брызнула какая-то липкая жидкость. Я подумал, что дед засек меня насмерть, но рядом раздался смех, открыв глаза, я увидел моего деда. Он стоял рядом, и гладил меня по только что выпоротой попке, и спине. Мне вдруг захотелось, дотронутся до дедовых родинок. Я смотрел в глаза деда, а потом бросился к нему в объятья. Я плакал, а он нежно стал целовать меня в губы, опускаясь, поцелуй за поцелуем все ниже и ниже. Чуть дотрагиваясь губами до моих сосков, а потом жадно засасывая их. Прикасаясь губами поочередно то к одной, то к другой родинке. Я вновь почувствовал, как мой член напрягается. А дед ласкал меня своими грубыми руками, с синим якорям на левой руке.
Слезы, кончались, я стал целовать, деда, его сильные руки, волосатую грудь и такие же родинки как у меня. Он смотрел на меня, и тихо повторял - Так, так, мальчик.
Его член, снова напрягся, и головка, вновь заблестела.
- Дотронься до него, не бойся.
Я взял в руки его пенис, а он задохнулся от блаженства.
- Делай, так же я тебе. Он взял мой член в свою руку, и начал дрочить, при этом целовал меня то в одну то в другую грудь, нежно покусывая мои соски. Затем отстранился от меня и дал проделать тоже самое с ним. Я просто сходил с ума от удовольствия. Мне нравилось держать его член в своей руке, чувствуя как каждое мое движение приносит ему огромное наслаждения. Я целовал его соски, которые сжимались от прикосновений моих губ, ласкал их языком, а сам задыхался от нежности. Затем дед, повернул меня к себе задом, поставил на четвереньки, и сказал:
- Не бойся. Он нежно поцеловал меня туда, от чего я расслабился, потом смазал слюной мне задний проход, и свои два пальца. А затем нежно вошел в меня пальцами. Мне стало больно, но я ласкал свой пенис, и вдруг боль сменилась новым наслаждением. Дед медленно, а затем все быстрее и быстрее стал двигать пальцами, моя попа стала одним большим раем, а затем дед вынул пальцы и я почувствовал, как он водит по моему заду своим членом. Мне захотелось, что бы эта громадина вошла в меня сейчас же, и я поймал дедовский член и стал вставлять его в себя. Дед застонал. Миллиметр за миллиметром он проникал в меня, но я уже был на верху блаженства и мне хотелось вобрать его всего в себя целиком. Я сам насаживался на его член, пытаясь съесть его попой целиком. Мы двигались в одном бешенном ритме, который не мог долго продолжаться. Дед уже не стонал, а просто кричал, и все сильнее и сильнее насаживая меня на свой горячий член. Затем резким движением вошел в меня до упора, и его член кончил на мою выпоротою спину. Дед руками растер по мне то, что из него выплеснулась. И сказал, что так моя спина быстрее заживет. Затем он развернул меня к себе посмотрел в глаза, и поцеловал. Больше он меня не когда не наказывал, что бы я не вытворял. Я приезжал к нему каждое лето и мы с ним спали в одной кровати прижавшись, друг к другу, но это уже другие истории.
Страницы: [ 1 ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 63%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 54%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 85%)
|
 |
 |
 |
 |  | Она приостановилась, привыкая к новым ощущениям, горячий член как будто заполнил ее всю. "Очнувшаяся" сестра, гладила их обоих, помогая ей, выпрямляя член, когда тот слегка сгибался под напором. Галя останавливалась время от времени, когда боль становилась нестерпимой и немного приподнимала бедра, чтобы снова начать опускать их, навстречу новым испытаниям. В какой-то момент ей показалось что дальше опуститься уже не было никакой возможности, она несколько раз пыталась пройти этот рубеж, но боль заставляла приподниматься. Она хотела уже сдаться, но сестра в последний момент, подтолкнула ее, надавив на попку. Галя вскрикнула и замерла, почувствовав, что мальчишеский член вошел в нее полностью. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Затем Дмитрий встал и мягко и уверенно жестом предложил Оле встать, после чего подвёл её к стене над кроватью, где висел ковёр. Сел перед ней на колени и стал ласково и осторожно обрабатывать своим языком Олину киску. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Оставшись наедине со Светой, дядя Миша не стал терять времени и быстро стащил с нее трусики. Затем введя руку между ее ног, начал аккуратно массировать лобок, постепенно опускаясь все ниже. После легких прикосновений к клитору он ввел сначала один, а затем два пальца во влагалище. К этому моменту она сама широко раздвинула ноги, предоставляя полный доступ. Дядя Миша освободился из объятий Светы. Поглаживая ее по спине и поднимаясь все выше, он достиг шеи и начал легонько наклонять ее вниз. Света подчинилась и стала разматывать полотенце на бедрах дяди Миши. Она не очень любила минет и нечасто баловала им мужа, но в данной ситуации начала действовать охотно, стараясь угодить незнакомому мужчине, который за полчаса до того успел овладеть ее лучшей подругой. Для Светы в этом было что-то притягательно-грязное. Тем более что из парилки уже раздавались громкие Юлькины стоны и шлепки Петра по ее упругому телу. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Мария Александровна усадила её на стул, обернула по шею фартуком, и вытащила из под фартука длинные волосы Лены. Лена плакала. Мария Александровна взяла расчёску и ножницы, провела расчёской ото лба чуть-чуть назад, зажала прядь волос между указательным и средним пальцами и срезала Лене чубчик под корень. Лена зарыдала. Мама сделала второе движение, чуть дальше ото лба и срезала вторую прядь под корень. Лена тихо всхлипывала и хватала воздух. На месте лба оставался короткий ужасный ёжик. А мама продолжала брать пряди дальше к макушке и состригать длинные тонкие волосы лены под корень. Волосы падали на пол и на фартук, а Лена постепенно стала напоминать зэчку. Затем Мария Александровна принялась убирать волосы с боков, и вот уже по бокам тоже ничего не осталось. Мария Александровна слегка наклонилась набок и наконец последний хвостик сзади был со стрижен. Мария Александровна пробовала, но под пальцы уже нигде ничего не бралось. Лена сидела тихо вся красная. По щекам её текли жгучие слёзы. Мария Александровна вставила шнур Брауна в розетку, сняла все насадки, включила машинку и наклонила голову Лены вперёд. Лена ощутила холодное прикосновение Брауна к затылку. Машинка стала двигаться от затылка к макушке. Потом от висков к макушке. Потом, перехватив руку, Мария Александровна тщательно обрила Лене голову ото лба к макушке. Она ловко орудовала машинкой, как будто делала это не в первый раз. Вскоре Лена была полностью обрита под ноль. Почти закончив, мама на всякий случай прошлась ещё несколько раз машинкой ото лба к макушке, разметав последние надежды Лены, что на её голове хотя бы что-то останется. Но это было ещё не всё. Затем Мария Александровна намылила Лене голову и обрила её станком, так, что по окончании голова Лены блестела. Когда всё было закончено, Мария Александровна с облегчением сказала "Ну вот и всё". Лена выскочила из ванной убежала к себе в комнату и заперлась. Она нашла в шкафу старую бандану и обвязала себе голову. Следующее утро было ужасным. Нужно было появиться в школе. Лена шла по направлению к своему классу, стараясь потянуть время. Но рано или поздно это должно было случиться. Она зашла в класс. Не все сразу поняли, почему она в бандане. Подошла Анжелка. |  |  |
| |
|