|
|
 |
Рассказ №2836
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Воскресенье, 10/08/2025
Прочитано раз: 17230 (за неделю: 11)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Когда погода - на нуле,
..."
Страницы: [ 1 ]
Когда погода - на нуле,
Когда ни шатко и ни валко,
Когда жить больше на земле
Не хочется, в башке - мочалка,
Короче - скука, и тоска,
И беспросветная забота,
И одиночество. Носка
Грязно дырявая зевота.
От червоточины хандры
Тогда любовь одно лекарство.
Но избавленье от беды
Приносит новое мытарство...
В интимной сутолоке бара
Сидел мужчина, пил коньяк,
Глядел, насупившись, как пара
Лизалась, лапалась внагляк.
Вокруг грустило море телок,
Но все страшенные как смерть.
Сидел мужчина, невеселый,
В сомненьях, сможет ли суметь.
Но преодолевая страхи,
Мужчина ловит нужный взгляд.
Что? Некрасива? - Это враки!
Завистники так говорят.
Любовь рождается внезапно
Почти что как лесной пожар:
Сама подсела - выпил залпом
И, осмелев, пал жертвой чар.
О чем они там говорили
Не передать - сплошной восторг,
Смеялись, сходство находили,
Свободу чуяли, простор.
Как ветерок промчался вечер.
Квартира, пусто, никого.
- Всю жизнь я ждал такой вот встречи,
- Всю жизнь искала одного.
Осенней ночью тусклой серой
Холодной ночью городской
У них царило царство света
И полыхал в сердцах огонь.
Они, как завещал нам пращур,
Чтобы разжечь себе очаг,
Об друга терлись быстро, часто
До взрыва пламени в очах.
И после, остывая с жаром,
Готовясь к новому рывку,
Стирали пот со лба и даром
Произносили - "не могу".
... Проходит ночь, приходит утро,
На смену утру новый день,
За ним еще, и это мудро,
Что жизнь - сплошная дребедень.
Он не хотел забыть, как звали,
Но третий день и память - швах.
Где был, чего там обещали,
Что говорили - все впотьмах.
Остался только тонкий запах,
Приглушенный гортанный смех,
Чувство свободы и досады,
И мысли о себе и всех.
Через неделю новым тоном
Судьба свою запела песню.
Мужчина писать стал со стоном,
Стал мочеток его болезнен.
Пришла расплата за удачу,
Цена бесстыдницы свободы,
Жизнь отстегнула щедро сдачу,
Поссать охота - больно, что ты!
О долгий, долгий путь к здоровью,
Учет, анализы, уколы.
Никто не сядет к изголовью,
Лишь жалят, как весною пчелы.
Но месяц отсчитал тридцатку
Иудиных продажных дней.
Идет мужчина на разрядку
В знакомый бар и у дверей
Ее встречает. Сердце - молот,
Виски сдавило, злость и страсть.
- Ты что болел? - А ты? - С какого
Мне кобеля заболевать?
- Но ты больна. - Я знаю это.
- Не лечишься? - Я разношу.
Они стоят в потоке света
И говорят...
...а я пишу:
Любовь глупа, слепа, капризна,
Любовь жестока, холодна.
Любовь не прочь поставить клизму,
Пробрать до самого до дна.
Все мы страдаем от последствий
Случайно встреченной любви
Осуществляем массу действий
Но приключение - в крови.
И если страх тебя тревожит
Схватить болезнь на свой конец,
Знай, громким именем не можешь
Ты называться - ЖЕРЕБЕЦ.
Страницы: [ 1 ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 71%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 23%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 78%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 89%)
|
|
|
| |
| | Она приостановилась, привыкая к новым ощущениям, горячий член как будто заполнил ее всю. "Очнувшаяся" сестра, гладила их обоих, помогая ей, выпрямляя член, когда тот слегка сгибался под напором. Галя останавливалась время от времени, когда боль становилась нестерпимой и немного приподнимала бедра, чтобы снова начать опускать их, навстречу новым испытаниям. В какой-то момент ей показалось что дальше опуститься уже не было никакой возможности, она несколько раз пыталась пройти этот рубеж, но боль заставляла приподниматься. Она хотела уже сдаться, но сестра в последний момент, подтолкнула ее, надавив на попку. Галя вскрикнула и замерла, почувствовав, что мальчишеский член вошел в нее полностью. | | |
| |
|
| |
| | Затем Дмитрий встал и мягко и уверенно жестом предложил Оле встать, после чего подвёл её к стене над кроватью, где висел ковёр. Сел перед ней на колени и стал ласково и осторожно обрабатывать своим языком Олину киску. | | |
| |
|
| |
| | Оставшись наедине со Светой, дядя Миша не стал терять времени и быстро стащил с нее трусики. Затем введя руку между ее ног, начал аккуратно массировать лобок, постепенно опускаясь все ниже. После легких прикосновений к клитору он ввел сначала один, а затем два пальца во влагалище. К этому моменту она сама широко раздвинула ноги, предоставляя полный доступ. Дядя Миша освободился из объятий Светы. Поглаживая ее по спине и поднимаясь все выше, он достиг шеи и начал легонько наклонять ее вниз. Света подчинилась и стала разматывать полотенце на бедрах дяди Миши. Она не очень любила минет и нечасто баловала им мужа, но в данной ситуации начала действовать охотно, стараясь угодить незнакомому мужчине, который за полчаса до того успел овладеть ее лучшей подругой. Для Светы в этом было что-то притягательно-грязное. Тем более что из парилки уже раздавались громкие Юлькины стоны и шлепки Петра по ее упругому телу. | | |
| |
|
|
| |
| | Мария Александровна усадила её на стул, обернула по шею фартуком, и вытащила из под фартука длинные волосы Лены. Лена плакала. Мария Александровна взяла расчёску и ножницы, провела расчёской ото лба чуть-чуть назад, зажала прядь волос между указательным и средним пальцами и срезала Лене чубчик под корень. Лена зарыдала. Мама сделала второе движение, чуть дальше ото лба и срезала вторую прядь под корень. Лена тихо всхлипывала и хватала воздух. На месте лба оставался короткий ужасный ёжик. А мама продолжала брать пряди дальше к макушке и состригать длинные тонкие волосы лены под корень. Волосы падали на пол и на фартук, а Лена постепенно стала напоминать зэчку. Затем Мария Александровна принялась убирать волосы с боков, и вот уже по бокам тоже ничего не осталось. Мария Александровна слегка наклонилась набок и наконец последний хвостик сзади был со стрижен. Мария Александровна пробовала, но под пальцы уже нигде ничего не бралось. Лена сидела тихо вся красная. По щекам её текли жгучие слёзы. Мария Александровна вставила шнур Брауна в розетку, сняла все насадки, включила машинку и наклонила голову Лены вперёд. Лена ощутила холодное прикосновение Брауна к затылку. Машинка стала двигаться от затылка к макушке. Потом от висков к макушке. Потом, перехватив руку, Мария Александровна тщательно обрила Лене голову ото лба к макушке. Она ловко орудовала машинкой, как будто делала это не в первый раз. Вскоре Лена была полностью обрита под ноль. Почти закончив, мама на всякий случай прошлась ещё несколько раз машинкой ото лба к макушке, разметав последние надежды Лены, что на её голове хотя бы что-то останется. Но это было ещё не всё. Затем Мария Александровна намылила Лене голову и обрила её станком, так, что по окончании голова Лены блестела. Когда всё было закончено, Мария Александровна с облегчением сказала "Ну вот и всё". Лена выскочила из ванной убежала к себе в комнату и заперлась. Она нашла в шкафу старую бандану и обвязала себе голову. Следующее утро было ужасным. Нужно было появиться в школе. Лена шла по направлению к своему классу, стараясь потянуть время. Но рано или поздно это должно было случиться. Она зашла в класс. Не все сразу поняли, почему она в бандане. Подошла Анжелка. | | |
| |
|