|
|
 |
Рассказ №15459
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 24/07/2014
Прочитано раз: 50497 (за неделю: 23)
Рейтинг: 61% (за неделю: 0%)
Цитата: "Петр поработав поршнем минут десять, понял, что приближается извержение. Изливаться в соню ему не хотелось. Зачем барышне доставлять проблемы? Ребенка она не прокормит, а на аборт нужны деньги. Поэтому он развернул ее к себе лицом и с рыком стал брызгать ей на лицо, грудь. Часть молочной густой жидкости попала Соне на губы, она лизнула машинально языком и почувствовала солено-терпкий вкус с незнакомым, но почему то очень возбуждающим запахом! Она не знала, что это за запах, но интуитивно чувствовала, что запах ей нравится!..."
Страницы: [ 1 ]
Она осталась в чулках, панталонах и лифе. Белье действительно уже имело не презентабельный вид, хотя и чистое, оно было основательно застирано, и кое где даже подштопано аккуратными стежками. Расстегнув лиф, она сняла его и на свет появились аппетитные девичьи грудки. Они были не очень большие, упругие, с яркими ореолами сосков, торчавшими немного в стороны. Далее панталоны и чулки так же упали на ковер.
Петр Иванович внимательно рассматривал все в зеркало, стараясь не упустить деталей. Русый треугольник курчавых волос уходил между ног девушки. Наконец она прикрыв руками лобок и грудь сказала: - Я готова.
Мужчина повернулся, осмотрел ее с ног до головы. Соня стала пунцовой и от этого еще более прекрасной. Она опустила голову, стыдясь возникшей ситуации и не зная что делать дальше.
- Ну что ж, надевайте колье на шею.
Соня подошла к столику, достала из футляра украшение и замялась, для того, чтобы застегнуть колье на шее, надо было поднять обе руки и открыть сокровенный места. Поколебавшись, она все таки запрокинула руки и застегнула застежки на шее.
- Повернитесь ко мне! - потребовал владелец ломбарда. Девушка повернулась. Ах, как она была хороша в своей невинности!!! Петр Иванович мог бы ездить и в самые дорогие публичные дома, где поставляли девиц первого сорта, еще не истрепанных, говорящих по французски, с изящными манерами. Но разве можно их было сравнить с этим? Там заплатил деньги и пользуйся. Никакой интриги, игры!
Бугор на штанах предательски выдавал возбуждение хозяина, но тот и не стеснялся этого. Подойдя к девушке, глядя ей в глаза, он положил руку ей на грудь. Он вздрогнула, хотела отстраниться, но он ей не дал: - Спокойно, спокойно. Увяз коготок, пропала вся птичка. Чего уж стесняться то? - Обхватив ее руками, он стал целовать ей шею, спускаясь ниже к груди. Девушка опять начала сопротивляться, стараясь оттолкнуть мужчину. Тот остановился, глянул ей прямо в глаза и цинично сказал: Ты хочешь получить свою реликвию назад или нет???! Ублажишь меня - получишь сегодня же, без выкупа. Если нет - то и отсрочки никакой не получишь! Все Ясно?
Соня сникла и молча кивнула головой.
- Ну вот так то лучше, - удовлетворенно сказал Петр Иванович, - не держись ты за свою целку, все равно сломают же рано или поздно, да еще и бесплатно, а тут - на дело подойдет. - Он самодовольно хохотнул. - Или ты не целка?
- Я еще не вина, до свадьбы же нельзя, для мужа берегла. - Сквозь слезы ответила Соня.
- Ладно, значит раньше времени срок пришел, - усмехнулся Петр, расстегивая штаны. Он аккуратно разложил свою одежду на кресле, стараясь, чтобы она не помялась и повернулся к Соне. - Мужика то голого хоть видела? Подойди, потрогай...
Член у него был под стать хозяину - внушительных размеров, покрытый переплетенными толстыми венами, с крупной, словно слива, головкой. Он уже был в боевой стойке и при движениях Петра покачивался из стороны в сторону.
Казалось, что Соне краснеть уже некуда, она и так была пунцовая, но посмотрев на голого Петра покраснела еще больше. Ей стыдно было смотреть, она старалась отвести взгляд, но покачивающаяся головка просто гипнотизировала ее как удав кролика.
Конечно же соня знала, откуда берутся дети. Один раз даже случайно подглядела за соитием дворника Остапа с поварихой Настеной. Тот загнув ее на столе в кухне и задрав подол имел размерянно и не торопливо. Соня тогда убежала. Но это холопы, что с них возьмешь? А она - урожденная дворянка. Да и не разглядела она тогда ничего, только двигающийся зад дворника.
А тут прямо перед ней покачивался член и рассмотреть его можно было во всех подробностях.
- Подойди, потрогай, - повторил Петр. Он сам подошел к соне, взял ее за руку и положил на свой член ее ладошку. Она почувствовала его в своей руке: горячий, твердый, пульсирующий. Петр обхватил ее руку своей и начал водить по члену: - вот так делай, натягивай кожицу на залупу, и обратно, туда и обратно. Ну давай, сама попробуй. Подрочи мне хуй.
Соню коробили его слова. Она, конечно же, их слышала и знала значение. Но употреблять их было постыдно в ее обществе и считалось крайне вульгарным. Тем не менее ее это начало возбуждать. Член был как живой и она даже стала забавляться им: натянет кожицу, а потом отпустит и головка выскакивала как чертик из табакерки. В этом было что то завораживающее.
Петр некоторое время с улыбкой смотрел на ее забавы, а потом протянул руку к лобку и стал мять срамные губы. Соня опять покраснела и попыталась отодвинуться. Но Петр не обращал на это уже внимания - он нащупал ее клитор, покатал бугорок между пальцев и сунул два пальца в щель. Та уже была мокрая. Петр хмыкнул и продвинул пальцы дальше. Они уперлись в прграду, Соня дернулась. - Действительно не врешь, что целка! - Сказал он и звонко хлопнул ее по заднице. Ну давай будем лишать тебя девственности.
С этими словами он взял ее за шею, повернул к софе и нажал на затылок. Соня нагнулась. Вставай коленями на софу и отклячь жопу! - приказал ей Петр. Соня подчинилась. - Софья на софе! - скаламбурил ювелир. Подошел к ней сзади, крепко ухватил за ягодицы истал их больно мять. Потом Соня почувствовала, что что то тупое тыкается ей в срамнее губы и догадалась, что это член. Петр не торопился, растягивая удовольствие. Он то вводил головку между губ, то вытаскивал ее, иногда касался целки, но надавливал на нее не сильно.
Страх Сони потихоньку проходил, ничего страшного вроде не было. Более того, было приятно и даже она получала какое то моральное удовлетворение, что она, дворянка, благородная девица, вот так вот голая раком (да, да именно раком мысленно смакуя это слово, повторила она) стоит перед мужчиной, который ее сношает как дворник обычную повариху! Соня даже ужаснулась своим вульгарным мыслям, но ей это действительно нравилось!
Наконец Петр при очередном проникновении головки резким движением надавил на преграду и член вошел глубже в Соню. Та не ожидала такого и вскрикнула от боли и неожиданности. - Поздравляю, целка сломана, - осклабившись сообщил Петр и начал мерно накачивать Соню. Боль постепенно начала уходить и стало приятно. Во влагалище захлюпало. Член входил и выходил с чавкающим звуком. Иногда ее похлопывали по ягодицам как породистую лошадь. Стыд у Сони уже совсем прошел. Ей хотелось даже помочь Петру, начать подмахивать ему тазом, но она этого не сделала, посчитав, что это уж будет совсем не прилично со стороны. Хотя с какой "стороны" , если они в комнате вдвоем!!! Но все равно это будет не прилично!
Петр поработав поршнем минут десять, понял, что приближается извержение. Изливаться в соню ему не хотелось. Зачем барышне доставлять проблемы? Ребенка она не прокормит, а на аборт нужны деньги. Поэтому он развернул ее к себе лицом и с рыком стал брызгать ей на лицо, грудь. Часть молочной густой жидкости попала Соне на губы, она лизнула машинально языком и почувствовала солено-терпкий вкус с незнакомым, но почему то очень возбуждающим запахом! Она не знала, что это за запах, но интуитивно чувствовала, что запах ей нравится!
Член Петра стал опадать. Он был в сперме и крови. Как клюквенный кисель, который варила нам Настена в детстве, почему то подумала Соня и улыбнулась. Петр достал из кармана брюк большй клетчатый платок, тщательно протер член и кинул его девушке: На, вытрись и одевайся!
Соня наспех привела себя в порядок, сунув незаметно платок в лиф. Потом еще понюхаю этот запах, подумала она. И кинулась к дверям на выход.
- Стой, - услышала она голос Петра. - Футляр то забери! - В его голосе слышалась доброжелательная насмешка. - Ишь, как поскакала, аж забыла зачем приходила!!
Соня подхватила футляр, пробормотала - Прощайте, сударь! - и выскользнула за дверь. За дверью она оказалась в задней части ломбарда. Парамошка уже поджидал ее. Увидев в руках футляр с колье, а так же несколько помятый вид барышни, понимающе осклабился и сказал: - Ну теперь береги колье. А ежели если приспичит сдавать, то неси только к нам. Петр то Иванович вряд ли тобой уже заинтересуется, а я чем смогу, подсоблю, чай все таки и свой капитал какой никакой имеется! - И подмигнул Соне на прощание, открывая входную дверь.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 34%)
» (рейтинг: 52%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 51%)
» (рейтинг: 0%)
|
|
|
|
| |
| | Раздевайся-раздевайся, прокричал я из-за ширмы, при этом я сам сначала испугался своих слов. Я сейчас выйду, добавил я, что бы избавиться от мучительной тишины безответности. Сам же стал одеваться медленнее и не отрывался от щели. Наталья уже покраснела. Она повернулась спиной к целителю, скрестив руки перед собой, взялась за краешки обтягивающей фигурку кофточки и потянула ее вверх. Она всегда очень трепетно подходила к выбору нижнего белья, поэтому сейчас она была даже рада возможности покрасоваться перед посторонним мужчиной, нечасто приходится показывать себя кому-то, кроме собственного мужа. Я, немного полюбовавшись столь волнующим зрелищем сквозь ширму, оделся и вышел. Мне было предложено присесть на стул, пока целитель осмотрит Наташу. Она стояла, максимально выпрямив спину и, по просьбе врача, выполняла различные манипуляции телом. Он же водил пальцами вдоль ее позвоночника, местами надавливая и прощупывая что-то. Было интересно наблюдать за действом со стороны. Когда человек мастер своего дела, за ним всегда интересно понаблюдать, а когда в его руках слегка прикрытое тело вашей жены, это тем более привлекает внимание. Я вдруг понял, что его фоновое до этого момента бормотание, это комментарии процесса. Стало немного неудобно, ведь он старался рассказать мне что-то, а я погрузился в свои фантазии. Теперь я внимательно слушал все, что он говорил. Собственно он лишь проговаривал названия мышц и сообщал их состояние. Периодически он просил свою пациентку принять то, или иное положение. То, как он ее ставил, смущало и мою супругу, и меня самого. Не то, чтобы это были слишком непристойные позы, просто сам процесс был нестандартен. Хоть и врач, но все же мужчина ощупывает женщину в присутствии ее мужа, да еще и просит ее всячески выгибаться и наклоняться. Пока он осматривал спину, я еще успокаивал себя, но принципом его метода было то, что он за время сеанса не оставлял без внимания ни одной мышцы, пусть даже она и не беспокоила пациента. Я понимал, что он вот-вот попросит развернуться мою жену. Если бы она готовилась к такому осмотру, то, конечно, надела бы закрытое белье, больше похожее на одежду для занятий спортом. Сейчас же на ней был настолько открытый бюстгальтер, что кружевная линия проходила над самым выступом сосков. Мне очень нравилось, когда Наталья надевала такое белье. Грудь была высоко поднята, и каждое движение открывало взору розовый ореол, а иногда и сам сосок. Я сидел за спинной врача, чуть правее от него. За время осмотра он не раз просил Наталью поднять руки вверх, и я ни разу не замечал, что бы она поправляла бюстгальтер после каких-то телодвижений. Я замирал при каждом слове доктора, ждал, что он попросит ее повернуться, но эта фраза все равно словно ударила меня. Повернитесь, пожалуйста, произнес он. Движения моей супруги казались мне кадрами замедленной съемки. В висках тарабанил пульс, все сжалось внутри и лицо охватило жаром. Наверняка, многие из вас бывали в ситуациях, которые вызывали подобные ощущения. Очень волнующее и возбуждающее чувство. С одной стороны ревность, стыд, какая-то непонятная жадность будто бы он собирался воспользоваться ею, одновременно с этим, желание предложить отложить осмотр на другое время, но с другой стороны, где-то в глубине, не давала покоя мысль о том, что сейчас я буду свидетелем чего-то необычного. Попытка успокоить себя тем, что это всего лишь врач и для него это стандартная ситуация, не дала никаких результатов. Когда она повернулась, я заметил, что врач на какое-то время отвлекся, он осматривал мою жену, как и я. Мы смотрели на женщину, взволнованную ситуацией, ее дыхание участилось. При каждом вдохе, грудь поднималась. От этого, и без того уже заметный контур ореола, открывался все больше. Она явно была возбуждена, кожа вокруг сосков приобрела характерный, более темный, чем обычно цвет и немного сморщилась, кроме того, стали заметны увеличившиеся соски. Она знала об этом, старалась не встречаться глазами ни с кем из нас. Этот знакомый мне блеск в глазах: Похоже ей нравилось шокировать меня. В таком наряде, она казалась еще более развратной чем, если бы она была совсем голой. Белоснежный, почти не скрывающий грудь, бюстгальтер, длинная черная юбка и обнаженные ступни ног, давали странный эффект, как бы недосказанность. Юбку чуть выше колен поднимите, попросил доктор. Наталья покорно, как мне показалось, излишне низко нагнулась и, взяв руками край юбки, выпрямилась. При этом она задрала подол намного выше, чем ее просили. Когда врач, осмотрев суставы, предложил провести первый сеанс прямо сегодня и сказал, что в обход кассы, это будет дешевле, я уже был не способен над чем-то думать. Ну, как вы? Он переспросил, так и не получив ответа. Если не начнете сейчас, то вас второй раз сюда не затащишь, почувствуете эффект и решите, продолжать или не стоит. Даже если бы мы и решили отказаться, то хотя бы оправдывающую причину нужно было выдать. В общем, так или иначе, мы согласились. Вернее ответ дала моя жена, а я лишь одобрительно кивнул. И снова последовала обжигающая слух фраза. Раздевайтесь, произнес доктор и жестом показал на ширму. Насколько нужно было раздеться, он не сказал, жена моя не спросила, а я не находил себе места. В каком же виде она выйдет? Вышла она, обернув себя простыней, которая лежала в пакете забытом мной. Простыню она держала рукой на груди. Однако простыня должна была лечь покрывалом на кушетку и жене моей пришлось остаться в одних трусиках. Это были скорее маленькие шортики из плотного кружева. Вещица довольно таки красивая и не открывающая лишнего. Началась процедура. Я уже со странным ощущением удовольствия наблюдал, как по телу моей супруги скользят смазанные каким-то маслом руки доктора. Пациентка тоже вкушала прелести массажа. Разогрев, довольно приятная процедура, а после, очень болевые воздействия во время которых, даже мне хотелось взвыть от боли, но после которых, в теле ощущалась такая легкость, что хотелось повторить. Она ели сдерживала крик, на глазах появились маленькие капельки несдержанных слез, от которых немного потекла тушь. Болевые приемы чередовались успокаивающими, почти ласкающими поглаживаниями и растираниями. В такие моменты на лице появлялось блаженство. Она уже не стеснялась смотреть на меня, даже дразнила. Когда было больно, она прикусывала губу. Ее негромкие вскрикивания, стали больше похожи на сладострастные постанывания. Дыхание стало тяжелым, лицо сильно раскраснелось. Она была очень возбуждена и даже не старалась скрыть это. Наоборот всем своим видом она подчеркивала это. Когда врач работал над ее поясницей, она прогибалась изо всех сил, то выпячивала попку, то прижималась лобком к кушетке. Не заметить ее странного поведения уже было невозможно. Наверное, и на моем лице было написано, что я готов кончить от одного прикосновения к члену. Тем временем, руки доктора опускались все ниже. Он уже приспустил широкую резинку белья на несколько сантиметров. Он ничего не говорил, но и мне, и моей жене была понятна причина небольшой паузы. Растирать нежную кожу через кружево было не очень то удобно. Супруга не стала дожидаться предложения. Она приподняла попку и медленно спустила трусики почти до колен. При этом, она так согнулась, что ее попка едва не коснулась груди сидящего позади ее доктора. Все это время она, не отрываясь, смотрела мне в глаза. Ее глаза были преисполнены похоти. Опускаясь, она расправляла перед собой простынь, а когда руки были на уровне груди, она поправила ее, но не просто удобно уложила, сильно сжала и оттянула соски. Сидящему сзади врачу, не было заметно этих подробностей, но акт ласки не остался незамеченным. Он уже понял, что является участником некой игры. Он давно заметил, что супруги, находящиеся в его кабинете, оказались в подобной ситуации впервые, что ситуация эта вызвала интерес у обоих, и что они совсем не против подобного эксперимента. Дошла очередь до ног. Я уже говорил, без внимания не оставлялась ни одна группа мышц. Естественно было необходимо немного расставить ноги, но этому мешали трусики, которые так и остались на уровне колен. До последнего момента, я надеялся, что это небольшое развлечение, игра закончится на этом. Трусики должны были оказаться на прежнем месте, они больше не мешали. Я ошибся! Моя супруга села на кушетку и сняла их совсем. Она стояла абсолютно голая. Ты не против, милый, неуверенно сказала она. Не знаю почему, но я не стал возражать, хотя сам вопрос и голос были поставлены так, что она как будто спросила разрешения на то, что бы ее поимели на моих глазах. Самое интересное то, что я был согласен и на это и всем своим видом давал им обоим понять это. | | |
| |
|
| |
| | Её не не нужно было долго уговаривать, широко раскрыв рот она жадно захватила член в рот. Почти сутки она не держала во рту мужских отростков, и успела соскучиться по этому солоноватому привкусу, смеси пота, мочи и спермы, когда-то для неё противному... | | |
| |
|
| |
| | - А теперь, вытри ее мокрым полотенцем, и привяжи ноги под скамейкой! - девушка после изнасилования обкакалась, и Борис, разрядившись, пошел мыться. - Я скоро приду! | | |
| |
|
| |
| | Через некоторое время она отодвинула голову назад и из её рта вышел уже стоячий и не малых размеров член. Я даже удивилась, как он у неё там поместился. Он вошёл обратно и она стала быстро крутить головой подавая её в зад и в перёд скользя губами по члену, иногда вытаскивая его полностью и облизав головку засовывала обратно. Так продолжалось не долго. Парень поднял её и стал перед ней на коленях. Она поставила ногу на стул, а парень засунул голову ей между ног. Сестра закрыла глаза и опрокинула голову на зад. | | |
| |
|