|
|
 |
Рассказ №23262
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Понедельник, 13/07/2026
Прочитано раз: 39606 (за неделю: 50)
Рейтинг: 67% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я почувствовал неописуемое блаженство, оттого, что первый раз в жизни по-настоящему на яву засунул свой член в женское лоно. Мне хотелось поглубже войти туда, и я сильнее прижался всем телом к тёте Люсе, что аж сдвинул её с места. Но в тот момент мне было безразлично, я уже ничего не соображал, мною руководил дикий, животный инстинкт самца. Полежав так какое-то время без движения с членом в её пи*де, и насладившись первоначальными впечатлениями, я потихоньку начал е*ать тёть Люсю, двигая тазом взад-вперёд...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Пока мы жили в коммуналке родители скопили немного денег и заняв недостающую часть у матереной сестры тёть Даши купили земельный участок в черте города с огородом, банькой, летней кухней и недостроенным большим домом, который родители за лето достроили, и мы переехали жить в частный дом.
А тёть Люся получила двухкомнатную благоустроенную квартиру на другом конце города далековато от нас, где они со Стасиком стали жить.
Встречаться мы стали реже, и наша дружба со Стасиком постепенно сошла на нет. У него появилась своя компашка с его района - у меня своя, а мать с тёть Люсей продолжали дружить так как вместе работали в железнодорожной больнице мать была медсестрой, а тёть Люся санитаркой.
Тёть Люся иногда по выходным приезжала к нам попариться в баньке - сперва со Стасиком, а потом стала ездить одна.
Ну после баньки как всегда была грандиозная пьянка, мать выпивала немного для компании, а батя с тёть Люсей поддавали изрядно после чего естественно тёть Люся оставалась ночевать у нас.
Чаще всего пьяную тетю Люсю ложили спать одну в летней кухне так как она напивалась до чёртиков и не в состоянии была передвигаться сама.
Вскоре батя загулял даже иногда даже не приходил домой ночевать: в оправдание он рассказывал байки, что пьяный спал у друга. Естественно после каждой его такой выходки дома был грандиозный скандал, иногда переходивший в драку.
Мать терпела-терпела всё это, но после того как "добрые люди" донесли е, что батя не только пьёт, но и гуляет вовсю с одной шалавой у матери наконец лопнуло терпение, и она подала на развод и раздел имущества.
Заняв опять у тёть Даши приличную сумму денег мать выплатила бате половину стоимости дома и имущества после чего, они разошлись, и батя уехал жить к своей матери, а мы остались жить втроём мать я и моя младшая сестрёнка Светка.
Конечно жить в частном доме без мужика сложновато, поэтому вся мужская работа по дому почти полностью легла на мои плечи. Но были в этом и свои плюсы: батя был таким занудой, что портил мне всю жизнь.
В отличии от него мать ко мне относилась хорошо, и я даже рад был тому что родители разошлись мне была предоставлена свобода.
Мать всё также рано уходила на работу вначале седьмого утром и возвращалась около шести вечера, а в выходные была занята домашними делами.
Обычно мать была пунктуальной и никогда не задерживалась на работе, а в эту пятницу, она задержалась дольше обычного и пришла домой поздно вместе с тёть Люсей, с которой они продолжали по-прежнему дружить и после развода стали ещё чаще встречаться.
Они отмечали на работе, какое-то мероприятие и были изрядно подвыпившими, принеся с собой ещё закуски и спирта.
Я понял, намечается продолжение банкета. Вообще-то мать до развода с отцом редко пила, только в гостях изредка и то чуть-чуть. А тут я был удивлён, в таком состоянии свою мать я видел первый раз.
Мать была прилично пьяна, не говоря о тёть Люсе, которая была вообще в хлам. Но, тем не менее, мать собрала на стол в летней кухне, и они с тёть Люсей ещё долго сидели там за столом, понемногу выпивали обсуждая женские проблемы.
Этот раз по-видимому тёть Люся приехала с матерью прямо с работы потому что Стасика с ними не было. Я поинтересовался у тёть Люси где он, на что она заплетающимся языком пробормотала что уехал в деревню к бабуле.
Потолкавшись немного дома, я ушёл на улицу к пацанам, пришёл домой поздно, когда все уже спали. Зайдя в дом, и услышав громкое храпение, я подумал, что все спят в доме включая тёть Люсю.
Чтоб никого не разбудить я, не включая свет сразу пошёл в летнюю кухню.
Я летом иногда ночевал там, когда поздно приходил домой. Вот и в этот раз я решил переночевать в летней кухне, чтоб не слушать музыкальный храп разносившейся на весь дом.
Водя на кухню, я увидел на столе остатки пиршества, две рюмки, чашки с закусками и недопитую бутылку медицинского спирта.
Видно хорошо погуляли допоздна, даже свет забыли выключить на кухне, размышлял я.
Только я собрался попить чая, как услышал негромкое похрапывание, доносившееся с соседней комнаты.
Я удивился, кто же это там? Вроде все в доме спят? . .
Быстро подойдя к двери, я приоткрыл шторку, и заглянул в спальню.
На кровати, на которой я собирался спать, лежала пьяная тёть Люся. Она спала на правом боку, полураздетая, в одних трусах и бюзгалтере, её юбка с блузкой висели рядом на стуле.
В спальне было душно, и поэтому тёть Люся полностью раскрылась, сбросив на пол одеяло.
Я стоял возле двери в спальню и смотрел на спящую тёть Люсю, припоминая рассказы Стасика, о том, как он пользовался таким состоянием своей матери, когда они жили ещё с нами в коммуналке, а тёть Люся даже не разу не просыпалась и не догадывалась об этом.
А может это действительно правда, размышлял я. И Стасик на самом деле имел свою мать.
Чем чёрт не шутит?
Не зря ведь говорят: "у пьяной бабы - пи*да чужая".
Постояв так в раздумье какое-то время, я решился хотя бы попробовать пошарить тёть Люсю между ног, когда выпадет ещё такая возможность побыть на едине с спящей пьяной полуобнаженной женщиной. От этих мыслей у меня даже похолодело в низу живота, яйца сжались в комочек, а член стал наливаться кровью.
Набравшись смелости, я потихоньку направился к кровати, и, подойдя к ней вплотную, начал трогать тётю Люсю за ляжку, чтобы убедится, крепко ли она спит. Погладив несколько раз, я, затаив дыхание прислушивался к её храпу, и, не заметив никаких изменений, стал действовать дальше, медленно поднимая руку в верх по тёть Люсиной ляжке к её пи*де, чтобы пощупать её хотя бы через трусы. Прикоснувшись пальцами к матне, я осторожно стал всё там ощупывать, изучая рельеф тёти Люсиной промежности, при этом продолжая следить за тем, чтобы она не проснулась.
Пьяная тётя Люся скорее всего с вечера была не в состоянии подмыться и поэтому вся матня её трусов была мокрой, насквозь пропитанная вагинальными выделениями, перемешанными с остатками мочи. Пока я шарил тётю Люсю между ног она продолжала мелодично похрапывать, не подавая признаков для беспокойства. Тогда я уже осмелев совсем, засунул ладошку вниз под матню трусов, и осторожно потрогал рукой у тёть Люси голую пи*ду. Она у неё, как и у мамани была обильно заросшая от лобка до жопы густыми зарослями волос, которые мешали прощупать все прелести запретного плода, и, к тому же ещё матня ограничивала перемещение руки.
Видя, что тётя Люся никак не реагирует на моя интимные домогательства и продолжает спокойно спать, я решился на дерзкий поступок, приспустить ей трусы, и продолжить обследование запретного плода, а, если она будет также продолжать крепко спать, то попытаться хотя бы потеряться писуном по её голой пи*де.
Вытащив руку из матни, я, взяв обоими руками за резинку и стал приспускать трусы с тёть Люсиной жопы, чтоб не мешали исполнению моих дерзких планов.
Правда мне удалось приспустить трусы у тёти Люси только на левой ляжке - правая часть трусов была придавлена её попой, и я побоялся что тётя Люся хоть пьяная может почувствовать, как я стаскиваю с неё трусы, но этого было вполне достаточно, матня на трусах приспустилась и теперь была возможность оттянув матню вниз подобраться к голой
тёть Люсиной пи*зде и пощупать её.
Пока я приспускал на ней трусы, тётя Люся во сне пробурчала что-то невнятное, и тут-же опять захрапела, давая мне повод дальше продолжать свои сексуальные домогательства.
К тому времени во мне пробудился животный инстинкт и уже взял верх над разумом, я, ничего не соображая, быстро стянув с себя штаны вместе с трусами, и прилёг сзади к тёть Люсе на кровать, не обращая внимания на раздавшийся громкий скрип панцирной сетки. Тёть Люся лежала в той же позе на правом боку, подогнув ноги к стене и выставив в мою сторону как специально свою соблазнительную попу.
Я стал сзади энергично пристраиваться к ней, двигаться всё ближе, пока мой возбуждённый член не упёрся тёть Люсе между ляжек. Дальше оттянув матню тёть Люсиных трусов в сторону, я стал толкать свой упругий член ей между ног пытаясь всунуть его в тёть Люсину пи*ду - благо что она была влажная от вагинальных выделений, и твёрдая головка моего члена без особого труда проскользнула между половых губ тёть Люсиной пи*ды до самого клитора.
Я стал двигать тазом взад в перёд, но не имея полового опыта я никак не мог попасть в тёть Люсино влагалище. Член всё время проскальзывал поверху её гениталий, то между половых губ в сторону лобка, то в разрез между ягодиц. После нескольких неудачных попыток, засунуть член в тёть Люсину пи*ду, я от перевозбуждения начал кончать, спустив первую струю спермы ей между ягодиц, а при попытке встать, вторая партия спермы брызнула тёть Люсе прямо на наружную сторону матни её приспущенных трусов. Я даже не сразу понял, что кончил.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 48%)
» (рейтинг: 62%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 71%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 79%)
|
 |
 |
 |
 |  | Пусть твое сердце принадлежит достойному человеку. Мое принадлежит тебе. Пожалуйста, расчитывай на меня в трудную минуту. Дай мне знать, если тебе нужна помощь. Позови меня, если будет грустно, если понадобится крепкое плечо человека, который никогда не предаст и не бросит, спасая свою шкуру. Прошедшего огонь и воду, и споткнувшегося только на медных трубах. Любящего тебя больше своего бренного тела, готового отдать свой разум и сердце, если ты только попросишь. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Придя домой, посмотрев еще немного порно, я иду в ванну, там откручиваю у душа головку и делаю себе клизму. Потом я намазываю попу кремом для бритья и хорошенько ее выбриваю, не забыв и волосики вокруг ануса. Это чувство, когда сам себя трогаешь за гладко выбритую попу и пальчик скользит к колечку ануса, которое сладко замирает в предчувствии... Хорошенько смазав дилдо и попку я привычно насаживаюсь на него и вот уже его большая головка входит в мою дырочку. Мне немного больно, но смазка помогает и, немного подождав, начинаю приседать и приподниматься, от чего моя попка, разгоряченная согревающей смазкой и возбуждением, сладко горит. Я насаживаюсь на него до присоски на его дне и приподнимаюсь, чтобы он выскочил из меня, и снова сажусь, и он как-будто бы сам скользит в знакомые глубины моей попки. Член уже легко входит и выходит из моей задницы, иногда причмокивая, приходится включить душ, чтобы приглушить звуки. Через полчаса, когда ноги устают от приседаний, я встаю на колени, отклячив попку и опираясь на одну руку второй ввожу себе в зад свою любимую игрушку... После хорошей разминки анус уже не сопротивляется и охотно впускает в себя резиновый член, которым я работаю как поршнем, время от времени добавляя смазки, шум душа приглушает хлюпанье, которое издает моя попка, выпуская воздух, когда я полностью вынимаю и вставляю. Я в изнеможении падаю на спину не вынимая дилдо из попки, передергиваю пару раз свой уже час стоящий колом член и обливая себя спермой впадаю в легкое забытье... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | И еще я помню, что было больно: Саня, приоткрыв рот - глядя мне в глаза, ритмично двигал бёдрами, до основания вгоняя член в моё пацанячее "влагалище", а я, уже "отстрелявшийся" - уже его трахнувший, лежал под ним с поднятыми вверх ногами и, кусая губы, чувствовал, как от боли и напряжения на лбу у меня выступают крупные капли пота... так это было у нас во второй раз. А потом мы трахались хотя и не очень часто, но достаточно регулярно, и делали это до самой армии... но теперь, спустя годы, когда я бываю дома - когда вижу Саню по телевизору, вспоминается мне не первый наш раз, и не второй, и не другие разы, когда мы, юные, с наслаждением, с упоением скользя членами в туго обжимающих, жаром опаляющих норках, поочерёдно натягивали один одного то дома у меня, то дома у него, каждый раз делая это "по полной программе", а вспоминается мне совсем другое... |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Опустим все что было до и перенесемся в своих грезах в то время когда он уже в руках, когда я могу дотронуться до него, сделать все, что хочу. Я повожу руками, нежно, еле касаясь, самыми кончиками пальцев, по его бокам, скрытым за фантиком. Я ощущаю его, представляю себе какой он. Потом мои руки находят завязочки фантика, сначала одну, распускаю ее, проскальзываю пальчиками под фантик, слегка поддразнивая. Потом другую. Я снимаю с него фантик, он падает на землю уже не нужный. Но на нем еще остался нижний фантик, совсем тоненький. Поглаживаю его руками через фантик, я знаю, что он чувствует мои прикосновения, хочет встретиться с моими пальчиками и не только пальчиками. Он такой твердый. И разогрет моими руками. Я медленно стягиваю с него последний фантик, теперь на нем ничего нет. Мне интересно какой он, я себе представляла это, а теперь мне хочется посмотреть его поподробнее. Я рассматриваю его, трогаю. Чувствую как он отзывается на мои прикосновения. |  |  |
| |
|