|
|
 |
Рассказ №9827
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Пятница, 01/05/2026
Прочитано раз: 45665 (за неделю: 3)
Рейтинг: 53% (за неделю: 0%)
Цитата: "Когда он вошел, на главном ложе в середине пещеры уже предавались страсти две его наложницы. Ему повезло купить этих двойняшек - тогда он выложил немалую цену и никогда не жалел об этом. В их внешности явно проскальзывало что-то, выдававшее благородные корни. Обе они были великолепно сложены, среднего роста, и при этом были награждены довольно внушительной грудью (портнихи у которых Динин заказывал наряды для своих девочек, называли этот размер четвертым) . Не смотря на свой внушительный размер груди девушек не подавали и намека на обвислость. О, это было поистине завораживающее зрелище - две пары больших правильной круглой формы грудей с большими ореолами вокруг сосков. Сейчас они как раз предавались любви в классической позиции и Динин с удовольствием наблюдал как четыре возбужденных шара с набухшими сосками трутся друг о друга. На девушке, что была сверху - ее звали Зэзла - не было ничего кроме тончайших кожаных трусиков, к которым был приделан изящный искусственный член из чистого золота, инкрустированный изумрудами и рубинами. Мастера ювелиры говорили, что ребристая огранка камней, расположенных в правильном месте, может довести женщину до исступления куда лучше, чем любой естественный фаллос. Динин не без скепсиса относился к утверждениям торгашей, нахваливавших свой товар, однако, когда сестра Зэзлы - Шисла попросила купить еще несколько таких побрякушек, убедился, что мастера свое дело знают. Сейчас ноги Шислы плотно обхватывали упругий зад Зэзлы их груди терлись друг о друга, движения становились все интенсивнее. Шисла стонала, и что-то страстно шептала на ухо сестре. Ее руки в истоме рвали покрывало, на котором лежали сестры. Похоже, приближалась кульминация их соития...."
Страницы: [ 1 ]
Динин - Старший Сын Дома До'Урден праздновал победу. Только что, произошло множество событий, давших тому сразу несколько поводов.
Во-первых, дом До'Урден, к которому он принадлежал, нанес сокрушительный удар по дому ДеВир - четвертому дому города. Убив всех благородных представителей дома ДеВир, дом До'Урден обретал новый статус и превратился из десятого в девятый дом Мензоберранзана. Теперь они стали так близки к восьмому дому, матрона которого входит в совет Великой Ллот. У них будет больше власти, а богатая добыча станет приятным дополнением к ней.
Во-вторых, во время битвы Динин убил своего старшего брата. Он не испытывал угрызений совести. Ведь воткнуть в спину брата адамантовый меч было очень просто, и уж это точно стоило того, чтобы стать Старшим Сыном Дома До'Урден.
Но была и третья причина, по которой похотливая улыбка не сходила с лица Динина.
Когда наконец солдаты нашли тайник, в котором прятались дети дома ДеВир, то это был отряд под его командованием. Приказ матроны был суров - убить всех. И этот приказ был разумен, ибо любой оставшийся в живых член поверженного дома мог подать в суд на дом До'Урден и тогда... Думать об этом не хотелось.
Но похоть была тайной страстью Динина и он не устоял. Когда резали детей, он начал первым и троих лично хлестанул отравленным хлыстом. Остальное завершили солдаты... Но только пятеро самых верных воинов знали секрет его хлыста. На самом деле, он был смочен в парализующем зелье, и трех жертв по безмолвно отданному приказу вынесли из дома вместе с добычей, которой было много в ту ночь. Но эти три мешка отправились не в сокровищницу дома До'Урден, а в маленькую глубокую пещеру неподалеку, вход в которую был столь неприметен и столь удачно прикрыт заклятием отвода глаз, что подозревали о ее существовании лишь самые близкие друзья Динина. Это была пещера его наложниц.
Простолюдинки дроу считали счастьем пойти в содержанки к богатому господину из благородного дома. Но такие союзы были редкостью, благородные дроу предпочитали идти по другому пути. Динин покупал у дилеров юных девушек дроу, подсаженных на эрхаз - особый наркотик, действующий только на женщин. Суточная доза приводила девушку в состояние сильнейшего вожделения, в котором она пребывала большую часть суток, а потом впадала в недолгий, но очень глубокий сон. После сна нужна был новая доза, а если ее не было, то наступала ломка, о силе которой ходили легенды. Для благородного дроу не было проблемой достать эрхаз - его мог изготовить любой маг средней руки, да и стоил он не дорого. Но по неписаному закону эрхаз никогда не продавали простолюдинам...
Положение подсаженных на эрхаз девушек было не лучше чем у рабынь, каковыми они, по сути, и являлись. Пять прекрасных наложниц жили в темной пещере Динина в ожидании, пока кто-нибудь из слуг принесет дозу эрхаза и немного еды. Что они должны были делать за это? Абсолютно все, что скажет хозяин. Нужно отдать должное Динину - он был изобретателен в своих желаниях.
Впрочем, сегодня был особый день. Все указания были отданы через слугу и приготовления закончены.
Когда он вошел, на главном ложе в середине пещеры уже предавались страсти две его наложницы. Ему повезло купить этих двойняшек - тогда он выложил немалую цену и никогда не жалел об этом. В их внешности явно проскальзывало что-то, выдававшее благородные корни. Обе они были великолепно сложены, среднего роста, и при этом были награждены довольно внушительной грудью (портнихи у которых Динин заказывал наряды для своих девочек, называли этот размер четвертым) . Не смотря на свой внушительный размер груди девушек не подавали и намека на обвислость. О, это было поистине завораживающее зрелище - две пары больших правильной круглой формы грудей с большими ореолами вокруг сосков. Сейчас они как раз предавались любви в классической позиции и Динин с удовольствием наблюдал как четыре возбужденных шара с набухшими сосками трутся друг о друга. На девушке, что была сверху - ее звали Зэзла - не было ничего кроме тончайших кожаных трусиков, к которым был приделан изящный искусственный член из чистого золота, инкрустированный изумрудами и рубинами. Мастера ювелиры говорили, что ребристая огранка камней, расположенных в правильном месте, может довести женщину до исступления куда лучше, чем любой естественный фаллос. Динин не без скепсиса относился к утверждениям торгашей, нахваливавших свой товар, однако, когда сестра Зэзлы - Шисла попросила купить еще несколько таких побрякушек, убедился, что мастера свое дело знают. Сейчас ноги Шислы плотно обхватывали упругий зад Зэзлы их груди терлись друг о друга, движения становились все интенсивнее. Шисла стонала, и что-то страстно шептала на ухо сестре. Ее руки в истоме рвали покрывало, на котором лежали сестры. Похоже, приближалась кульминация их соития.
Но Динин не собирался ждать. Его глаза уже достаточно привыкли к свету свечей, горевших в пещере (как любой дроу он, конечно, прекрасно видел в темноте - в тепловых лучах, но ублажать свою похоть предпочитал, все же, при свете естественном) . Он сделал решительный шаг вперед и закрыл за собой дверь.
Увидев хозяина, сестры, повинуясь доведенной до автоматизма дисциплине, мгновенно вскочили, спрыгнули с кровати на пол и, встав на колени, полонились хозяину. Им нельзя было подниматься из поклона или поднимать глаза, пока хозяин не позволит.
Динин повесил ножны с адамантовым клинком на вешалку. Звук был условным знаком. Сестры мгновенно поднялись - одна чубы снять плащ с господина, другая вновь встала на колени, чтобы помочь ему разуться. Пока Зэзла возилась с завязками камзола Динин сделал условный знак и Шисла быстро добравшись до его члена начала возбуждать его губами. Тем временем, ее сестра продолжала раздевать господина до тех пор, пока он не остался в одной просторной нижней рубашке.
Он снова сделал знак: сестры могли быть свободны. Его ожидало главное блюдо. Взгляд Динина обратился трем нишам, находившимся в глубине пещеры. Не смотря на то, что они были отгорожены только плотными черными занавесями, определить что происходило внутри было невозможно - на занавесях лежало заклятие звукового барьера. С какой же начать? Он не сказал слугам в какую именно нишу поместить каждую из девушек. Ну что ж, предоставим выбор Фортуне.
Он вошел в среднюю нишу. Там Гйела - самая юная из его наложниц - заканчивала приготовления самой юной из жертв. На кушетке лежала маленькая, но совершенно очаровательная девочка лет шести-семи. Светлые волосы, огромные слегка красноватые, как у всех дроу, глаза, благородная осанка, уже начинавшая складываться женственная фигура, которой придавала особенную пикантность трогательная детская худоба. Во всем в ней чувствовался аристократизм - представительница одного из лучших домов Мензоберранзана несомненно через несколько лет стала бы одной из самых блестящих красавиц города. Но пока... Пока от нее нельзя было ждать любовных утех, можно было насладиться лишь насилием, замешанным на сексуальности. Она лежала лицом вверх на низкой и короткой бархатной кушетке. Ноги ее были разведены настолько широко, что бедра девочки лежали на самом краю кушетни, открывая прекрасный доступ к генеталиям. Голени и лодыжки были прикреплены небольшими медными обручами к ножкам кушетки. Руки были прикреплены подобным же способом к поручням, располагавшимся по бокам. На уровне ключиц ее тело было перехвачено шелковым платком, завязанным под кушеткой, а голова и шея свисали, оставаясь без всякой опоры.
Было бы неверно отправлять на тот свет такое прекрасное создание не позволив ей познать радость плотских утех. Половые губы и девственная плева уже были смазаны обезболивающим составом. Девочка почти ничего не почувствует, а ему будет приятно.
На мгновение Динин залюбовался Гйелой. Ей было едва семнадцать. Она была худой и высокой - почти шесть футов. Ее маленькая, будто заостренная грудь с торчащими в разные стороны ярко красными от возбуждения сосками, пожалуй, не уступала по красоте грудям сестер. Точеная талия, небольшая, идеальной формы упругая попа придавали ей непередаваемое очарование, а одна мысль о том какие узкие отверстия она скрывает сводила Динина сума.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 48%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 74%)
» (рейтинг: 78%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 60%)
» (рейтинг: 82%)
|
 |
 |
 |
 |  | Сначала мы вели себя как ни в чем не бывало: ржали, бухали... . но через 2 часа все были пьяны, в том числе и мы с Дэном. Внезапно отключили свет. Что то произошло в электронном щите. Мы заорали. Вдруг, внезапно, я почувствовала чью-то горячую ладонь на моей попе. Я обернулась. Было темно, но я почувствовала, что это был Дэн. Он под шумок вывел меня из комнаты и, прижав к стене, начал неистово целовать меня, сжимая в руке мою грудь. Я застонала. Он толкнул меня в пустую комнату, где было еще темнее и, разорвав на мне колготки, сдвинул вбок трусики и начал массировать мой клитор. Я вся намокла и он резким движением вставил в меня свой огромный член. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Лицо Толи исказила злобная гримаса, и он разразился тирадой, что он не знал, что Марина грязная шлюха, и не просто грязная шлюха, но и извращенка, и что ей надо срочно обратиться к психиатру, и что больше видеть ее он не хочет, так как она подло надругалась над его светлыми к ней чувствами. После чего быстро оделся и ушел, громко хлопнул входной дверью. Марине показалось, что ее сильно ударили пыльным мешком по голове, и что ей было бы не так противно, если бы ее с головой окунули в чан с дерьмом. Через несколько секунд слезы брызнули из ее глаз, и она в голос разревелась. А вот вытереть слезы и закрыть лицо руками, несмотря на инстинктивные попытки, она не могла - руки были скованы за спиной. Она попыталась стянуть наручники со своих рук, но ничего не получилось, от этих ее попыток они только защелкнулись на еще один щелчок. Марина никак не предвидела такого оборота событий, поэтому не поставила их на блокировку. Потом ее начал бить сильный нервный озноб. Трясущимися руками и обливаясь слезами, она, достала из прикроватной тумбочки ключ от наручников и попыталась их открыть, однако руки у нее тряслись и она никак не могла попасть в замочную скважину, хотя до этого она это неоднократно проделывала. Ей нравилось быть связанной по рукам и ногам, и еще у нее с юности была странная, как ей казалось, фантазия, чтобы ее молодой человек крепко ее связал, а потом от всей души оттрахал в рот. Но сейчас ей никак не удавалось снять с себя эту ее стальную "игрушку". В довершении всего, Марина уронила ключ на пол и он, звонко отскочив от паркета, как и положено, отлетел под кровать. Марину охватила паника. Запасной ключик она спрятала на кухне в настенном шкафу в банке с крупой, скованными за спиной руками его было тем более не достать. Глубоко униженная в своих искренних порывах, она в довершении всего не могла освободиться от наручников, будучи совершенно обнаженной. Мысль просить чей-то помощи усиливала панику. В голове у нее крутилось - Лучше умереть вот так, в наручниках, чем еще раз испытать позор при освобождении посторонними. Она попыталась пропустить руки через попку, в положение руки спереди, что бы легче достать ключ из-под кровати. Однако очень быстро бросила это занятие, так как довольно широкие бедра, не позволили провести ей это трюк. Проревев в подушку довольно продолжительное время, Марина немного успокоилась и, всхлипывая, пошла на кухню, взяла швабру, найдя глазами ключ под кроватью, очень осторожно, чтобы не загнать его еще дальше, все-таки вытащила его, положила на тумбочку, выждала еще некоторое время, пока окончательно пропала дрожь в руках, сидя на кровати, чтобы ключу на сей раз некуда было падать, наконец сняла с себя наручники. Как результат всей этой истории, у Марины образовался сильнейший панический страх, что новый молодой человек рано или поздно узнает о ее "странностях" , но второго такого унижения Марина не пережила бы. Поэтому она тихо, временами, занималась не экстремальным самосвязыванием, когда это позволяли условия. Она очень любила заморозить в пластиковой бутылке ключ от наручников, раздевшись до гола, сковать себе руки и ноги браслетами, потом сцепить их еще одной парой наручников и ждать долгие часы, пока из подвешенной бутылки не выпадет спасительный ключик. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | -Давай кончай. Я потом в купе оттянусь- прошептала она и я не заставил себя долго упрашивать, а сильно прижав её ягодицы, впрыснул впервые туда, куда мечтал уже не один год. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Кирилл, не переставая фистить бабулю, жестом приказал Даше залезть под нее и заняться ее клитором. Когда Дарья устроилась под Ниной и стала ласкать ее клитор, Кирилл опять сложил фистящую бабушку ладонь. Ладонь, не сжатая в кулак легко входила и выходила из ануса бабушки, но тут ей на помощь пришла вторая ладонь молодого человека. Спустя мгновение уже две руки оказались в анале его бабушки. Фистинг продолжился двумя руками. Вскоре тело Нины Васильевны свела сильная судорога и она бурно кончила. Кирилл вытащил две испачканные в говне руки из зада своей бабушки и полюбовался ее широко раскрытым анусом. Затем протянул свои руки уже стоящей рядом на коленях Дарье и приказал: |  |  |
| |
|