|
|
 |
Рассказ №7173
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Пятница, 18/04/2025
Прочитано раз: 70943 (за неделю: 16)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "(НОВОГОДНЯЯ ИСТОРИЯ
..."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
(НОВОГОДНЯЯ ИСТОРИЯ
О БЕДНОМ МОНТЁРЕ
И НЕ ТОЛЬКО
О НЁМ...)
risu inepto res ineptior nulla est...
поехали?
1. ВСТРЕЧА В ПУТИ
Я оказался
в случайной компании...
О голубых зашел разговор...
тема избитая! . .
но - один парень
заволновался, - типичный монтёр!
Забеспокоился...
Нервный... субтильный, -
право, такому лучше не пить! -
он то смеялся...
то гневался сильно...
и всё порывался кого-то убить...
Кого? . .
Мы сидели под Петербургом
в деревне глухой, занесённой снегом...
а за окном
бушевала вьюга...
и мат прерывался взрывами смеха...
Тема -
избитая?
В пьяном угаре
под Петербургом семь молодцов
"тему избитую"
вновь избивали -
дым содрогался от злых голосов...
Громко
кричали о пидарасах,
пьяно смеясь над каким-то Серёжей...
"Пидоры
все!" И я соглашался,
не признаваясь им, что я тоже...
"Все!"
(кроме этих, тесно сидящих
вечером поздним под Санкт-Петербургом?) , -
нервно кричал
возбудившийся мальчик...
А за окном куролесила вьюга...
Я думал
о них... о себе... и о многих,
живущих и живших под вечной Луной...
и что
у монтёра стройные ноги...
и что он такой же, как я, голубой...
и что
его тёмная ненависть - это
неясное чувство, что он за бортом...
Звенели стаканы
в дыму сигаретном...
вопило в монтёре его естество...
кричал он -
пристрастно, угарно и пьяно...
а в этот момент австралийский моряк
на сухогрузе,
идущем в Панаму,
юнге ломал пацанячий целяк...
Громко
смеялись они... а в Маниле
в эти мгновения - что за страна? -
неутомимо
друг друга любили
два черноглазых, как ночь, пацана...
С жаром
кричали... а в это же время
члены в сушилке стояли упруго -
в воинской
части южнее Тюмени
два новобранца ласкали друг друга...
Шумно
они возмущались... а где-то
в эти минуты в далёком Чикаго
старший
кадет молодого кадета,
изнемогая, в гостинице трахал...
Слушал я
молча... а в Сан-Себастьяне
в эти минуты французский матрос,
голубоглазый,
весёлый и пьяный,
лапал мальчишку, целуя взасос...
"Пидор!" -
кричали... и в эти минуты
парню Серёже где-то икалось, -
смачно
его обсуждали, как будто
в нём было дело... Вьюга металась
под
Петербургом... а в Кисангани
в это же - в это же самое! - время
трахались в зад
африканские парни...
трахались парни южнее Тюмени...
дёргалось тело
смазливого юнги...
жарко сопели два голых кадета...
я - в это время! -
под Санкт-Петербургом
весело думал, дымя сигаретой,
что
у сидящего рядом монтёра
стройные ноги... и что их на плечи
я бы
забросил, и - до упора...
вмиг бы забыл он дурацкие речи!
Никем
не согретый
в задроченном детстве, -
я таких в жизни видел не раз, -
он оказался
со мной по соседству,
несостоявшийся педераст...
Пили...
а рядом, в соседнем доме,
под одеялом членом играя,
мальчик
Андрюша о мальчике Роме
думал и думал... и, замирая,
слушал
Андрюша стенания вьюги, -
выла она, лютовала за стенкой...
Мальчик
Андрюша думал о друге,
под одеялом сжимая коленки...
2. КСТАТИ...
бывает нечто,
о чём говорят... "смотри, вот это новое" ,
но это было уже в веках, бывших
прежде нас*...
Адам,
воспылавший к Еве,
сотворённой из его ребра...
Христос,
тридцатитрёхлетний,
выделявший ученика Петра...
Зевс,
влюбившийся страстно
в отрока по имени Ганимед...
Солон...
Гиппократ... Гораций -
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
|
|
| |
| | Иван уже успел стянуть штаны и трусы, пока Юля пыталась расстегнуть лифчик. У неё это не сразу получилось, видно предыдущий учитель биологии жил в глубине души Юлии. Наконец, когда они разделись, Юля отпустилась на колени и начала сосать небольшой обрезанный член Вани. "Эй, я что еврей? И почему небольшой?" Скажи спасибо что не 3-сантиметровый. | | |
| |
|
| |
| | Клиторок был малюсенький, едва выглядывал между булочек. Как же это хорошо, что всё здесь на месте! Я опять испытал реальное облегчение от того, что не натворил ничего непоправимого ночью. Я стал посасывать её клиторок, его едва можно было ухватить губами. Но я изловчился и стал сосать его неистово, как в последний раз в жизни. Ей было кайфово, она сунула пальцы в мои мокрые волосы и ворошила их всё сильнее. Я запустил язык ниже, в попку и заметил, что она дёрнулась, когда язык прошелся по промежности. Ага! Нашёл! Я прошелся ещё разок, ещё. Она обхватила мою шею ногами довольно крепко и стала нанизываться попкой на мой язык, елозя под ним вправо-влево. | | |
| |
|
| |
| | Кончиками пальцев она коснулась твоего левого запястья и неспешно начала подниматься ими вверх. Легкая дрожь охватила всё тело. Она упрямо смотрела на тебя снизу вверх, демонстрируя свою негласную власть. Её пальцы коснулись ткани рубашки. Минуя плечо, едва задевая ключицу, спускаясь ниже по груди. Дыхание сбилось напрочь, принося с собой пьянящее головокружение. Затем её рука скользнула выше. Нежные подушечки пальцев коснулись твоей щеки. Движения были невероятно легкие, но очень уверенные. Ты тяжело дышал, жадно вдыхая воздух, всеми силами пытаясь не показывать ей своего возбуждения. | | |
| |
|
|
| |
| | К вечеру султанова жена была божественна - пышное зелёное платье с золотыми узорами, огромное количество драгоценных камней и брилиантов, высокая корона из золота, и кожаные зелёые туфли, увешаные золотыми цепочками. Волосы кадин были распущенны, а корона увенчана прозрачной фатой зеленоватого цвета. Гюльзарин кивнула служанкам. Они поклонились и вышли. Эсма поставила кальян на стол и тоже ушла. А кадин мирно опустила голову назад и прикурила кальян. Так она просидела два часа. | | |
| |
|