Рассказ №7173 (страница 6)

     Подумаю...
     и - добавлю,
     палкой взрыхляя снег...
     
     С НОВЫМ
     ВАС ГОДОМ! ПАВЕЛ, -
     
     под
     куполом голубым
     
     я
     на снегу оставлю
     этот автограф им,
     
     в жизни
     не прочитавшим
     ни одного сонета -
     
     ни
     одного! - и даже
     не слышавшим о поэтах
     
     Дмитриеве... Уайльде...
     Уитмене... Кузмине...
     
     Монтёр -
     длинноногий парень -
     проснётся... и обо мне
     
     спросит...
     "А где же Паша?"
     Услышит в ответ... "Ушел..."
     
     "Жалко..." -
     невольно скажет...
     и - поспешит за стол,
     
     чтобы
     опохмелиться...
     Вот, собственно, весь сюжет
     
     про то,
     как пацан томится
     в свои двадцать девять лет
     
     и очень
     "не любит" - очень! -
     Серёжу и голубых...
     
     над ними
     взахлёб хохочет,
     клеймит неустанно их,
     
     а
     в это же время где-то...
     А ранее - остров Крит...
     
     Солдаты...
     Юнцы... Поэты...
     Ах, как голова болит!
     
     Нальёт
     себе. Застаканит.
     И снова... О чём рассказ?
     
     О том,
     как обычный парень -
     нетрахнутый педераст -
     
     в деревне,
     от снега белой,
     под городом Петербургом
     
     томится
     душой и телом...
     мечется, словно вьюга,
     
     между
     своей ПРИРОДОЙ
     и ПОЛОВОЙ МОРАЛЬЮ, -
     
     не
     для него свобода...
     вечно провинциальный,
     
     злится он,
     что не может
     сделать свой личный выбор,
     
     и...
     жарко клеймит Серёжу, -
     ещё бы! ему обидно,
     
     что парень -
     Серёжа этот,
     застигнутый им в сарае -
     
     сумел
     одолеть запреты...
     Бедный монтёр! едва ли
     
     осознаёт
     он внятно,
     что не в Серёже дело...
     
     просто
     ему приятно
     порассуждать на тему...
     
     и он
     говорит... хохочет...
     стучит кулаком... грозит...
     
     Глупый
     пацан... А впрочем,
     кто ему объяснит?
     
     
     5. ПОСТПОСТСКРИПТУМ
     (варианты последней строфы)
     
     1. Никем не проткнутый, в школе
     он чаще других парней
     ругался словечком "гомик" ,
     и вот - извращённый гей.
     
     2. "Педики!" , "Пидарасы!" -
     тащится он вербально
     и так ненавидит страстно,
     что впору... помочь бы парню!
     
     3. Видно же, что он хочет,
     не понимая сам...
     А то, что взахлёб хохочет...
     жалкий самообман!
     
     4. Такие, как он, рисуют
     фаллосы в туалете...
     Томятся... а жизнь - впустую...
     Монтёр - непроткнутый педик.
     
     5. Будировал он компанию...
     "Повсюду они!" - хрипел...
     ПОДАВЛЕННЫЕ ЖЕЛАНИЯ
     СТРАШНЕЕ ИНЫХ ХИМЕР.
     
     6. Он голову всем морочил,
     и голос его звенел...
     Бедный пацан... А впрочем,
     я его отымел.
     
     7. Монтёр хохотал полночи -
     о голубых вопил...
     Глупый пацан... А впрочем,
     я б его полюбил...
     
     8. "Педики!" - это слово
     с губ его поминутно
     слетало... и тут же - снова
     билось в губах. Как будто...
     
     9. ТЕМА ДАВНО ИЗБИТА,
     И ВРОДЕ ВОПРОСОВ НЕТ...
     НО - НЕ ВЕЗДЕ ИЗЖИТО
     НЕВЕЖЕСТВО... Всем привет!
     
     
     31. 12. 1999
     20 час. 40 мин.
     
     
     
     
     -----------------------------------------
     
     * Книга Екклесиаста, или Проповедника, 1... 10;
     ** Любимый город может спать спокойно. В действительности младшему участнику гомоэротической сцены накануне, то есть за день до участия в описываемых событиях, исполнилось полных четырнадцать лет, и, таким образом, лирический герой, от лица которого ведётся повествование, как законопослушный гражданин и добросовестный налогоплательщик даже во сне - даже во сне! - не позволяет себе нарушить действующий на момент сна УК РФ, - герою, законопослушному гражданину, заплатившему все налоги, снится секс с четырнадцатилетним тинэйджером, но никак не с тринадцатилетним малолетком. Употребление слова "тринадцать" для указания возраста сексуального партнёра, добровольно выполняющего пассивную роль в анально-генитальном акте, обусловлено здесь подходящим количеством гласных звуков в слове, - слово "тринадцать" вместо слова "четырнадцать" употребляется автором исключительно во избежание нарушения гармонии стихотворной формы. Таким образом, пламенные борцы с педерастией (а также разнообразные пидоры - латентные либо неудовлетворённые гомофилы, вольно или невольно маскирующиеся под гомофобов) , могут, как принято говорить в таких случаях, отдыхать, - my favourite town can sleep queitly. (Прим. автора.) ;
     *** Фрагмент (окончание главы седьмой - начало восьмой) из сожжённой поэмы "О!" (Прим. автора.) ;


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ]

Читать также:

© Copyright 2002 Лимона. Все права защищены.