|
|
 |
Рассказ №11479
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 15/03/2010
Прочитано раз: 36016 (за неделю: 22)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Пьяненький Миша Саенко, блистая лысиной от яркого костра, громко постучал шампуром по своему стакану и с большим трудом начал вставать, а сидящая рядом "Хакамада" участливо помогла ему, поддержав под локоть...."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ]
- Спасибо, император. Я буду стараться.
- Теперь слушай внимательно, - он повернул голову к наложнице, желая что-то сказать, и вдруг увидел, что пиала Май Цзе совсем нетронута.
Такое равнодушие к императорскому чаю вызвало со стороны Величайшей Особы немалое удивление.
Май Цзе поняла, опомнилась и быстро отхлебнула несколько глотков специально для него.
- Чудачка, - улыбнулся он, - ты не должна мне так ретиво показывать, будто действительно наслаждаешься утренней росой. Надо прочувствовать аромат этого бесценного бальзама и пить с истинным наслаждением. Кроме Ван Ши Нана, а сегодня и тебя никому не дозволено пробовать мой утренний чай, мой вкуснейший лечебный напиток, дающий ум и силы сАмого умного и сАмого сильного Будды АМИТАБХИ - Будды Бесконечной Жизни.
- Я поняла, император. Я пью и слушаю с ИСТИННЫМ наслаждением.
- Да нет же, Май Цзе, ты с наслаждением ПЕЙ, а вот СЛУШАЙ со вниманием.
- Извините, император, но я всегда думала, что наслаждение и внимание суть родственные слова.
Император на секунду задумался:
- Да? А что... может быть, может... А ты, я погляжу, не только озабочена плотью, но и умна мозгами.
- Стараюсь, император, - и Май Цзе выпила ещё четыре больших глотка.
- Молодец. И так, постарайся теперь вот в чём: оставь на время свои зарисовки исторической закладки дамбы и срочно займись рисунками личных встреч моего слуги Ван Ши Нана с моей наложницей Юй Цзе, то есть, с твоей младшей сестрой. Это не менее важно для нашей Империи, потому что жизнь в моём Дворце является для всей Империи образцом целомудрия и нравственности.
Май Цзе немного подумала и медленно проговорила:
- Я... не поняла...
- Чего тут не понять? - ответил он, словно речь шла о простейшем пустяке. - Тебе же сказали "личные встречи". А что такое личные встречи? Это есть встречи вдали от посторонних глаз, только наедине друг с другом: на пруду, в лодке, в парке, под кустом, в траве, в постели.
- А-а-а, - догадалась Май Цзе, - значит, следить за ними?
- Да, следить и рисовать. При этом для меня очень важным будет место, время и точность их действий. Чем скорей сделаешь, и чем больше будет этих разоблачительных рисунков, тем слаще и жарче будут мои императорские вознаграждения.
- Но как же можно следить за родной сестрой? . .
- Пусть твоя совесть останется чиста по отношению к сестре, и знай, что ты рисуешь исключительно похождения подлого Ван Ши Нана.
- Император, - взмолилась Май Цзе, - из рассказов сестры мне известно кое-что по этому поводу, позвольте Вам всё передать слово в слово, но следить и рисовать - избавьте меня, прошу Вас...
- Я не сомневаюсь, что тебе известны некоторые подробности. Между сестрами, как правило, нет секретов, две сеструшки - две болтушки. Ты мне непременно всё передашь, но только после принесённых рисунков. И запомни: от моих приказов никто и никогда не избавлялся, избавлялись некоторые от собственной жизни, не желая исполнять эти приказы, для такого случая у меня существует чудесный дворик пыток, не дворик, а просто сказка... ты разве не видела его? . .
Я только что закончил печатать, а губы по инерции прошептали:
- ... избавлялись некоторые от собственной жизни... - мне очень понравилась сочинённая фраза даже в отрыве от контекста, -... избавлялись некоторые от собственной жизни... некоторые... некоторые...
Передо мной стоял разложенный на столе походный ноутбук, лежало блюдце с тающими ледышками, дымился чай в большой алюминиевой кружке, и горела настольная лампа-грибок.
Взяв из блюдца кусочек льда и приложив к синяку под глазом, я сидел так некоторое время в глубоком раздумье в одной из комнат своей дачи около русской печки с приоткрытой дверцей, за которой словно патроны стреляли и трещали дрова, а красный огонь неуёмно бушевал и бушевал.
Вся история подлой измены моей жены: будущей жены: взвинтила мне нервы до окончательного предела, но я на удивление себе продолжал работать, каждый раз находя силы, потому что скоро сдавать роман. Порой я ловил себя на том, что моя незавидная житейская ситуация, обозляя меня, в какой-то степени помогала писать, собирала творческую фантазию в жёсткую систему мышления, шлифовала слова, оттачивала образы персонажей, рождала резкие зигзаги в их поступках и необычные повороты в сюжете. Порой я ловил себя на том, что всё сочинённое мной начинает отдалённо перекликаться с моим личным сюжетом, где драматично завязаны я, Ольга, отец и теперь уже Наталья.
Я встал со стула, плотно запахнул на себе потёртую безрукавку, покрепче затянул её ремнём, поднял повыше воротник толстой водолазки и решительно зашагал в здоровых деревенских валенках к выходу.
Я распахнул уличную дверь и огляделся, стоя на пороге террасы.
Серое мрачное утро глубокой осени совсем не радовало, голый участок моей дачи не радовал тоже - он был завален листьями, гнилыми сучьями деревьев, почерневшими кусками фанеры и распиленным горбылём от летнего строительства.
Напялив калоши на валенки, я ступил на крыльцо, спустился вниз и направился к своему гаражу по грязной и влажной дорожке, ровно выложенной кирпичом. Подойдя к длинной скамейке, которая тянулась под навесом вдоль гаража, я сел на неё, вынул из кармана мобильник и быстро набрал номер.
- Здравствуйте, Тамара Петровна, - начал я официально и скупо.
- Костик, ты?! - взволнованно спросил её голос.
- Да-да, я. Спешу сообщить, что вчера мне звонила Наталья, просила передать: срочно уехала к подруге на дачу, будет вам звонить, не волнуйтесь. У неё, правда, телефон немного барахлит, но всё равно дозвонится.
- Господи! А я-то приехала домой, гляжу - ни Наташи, ни записки, и время очень раннее, звоню на мобильник, а он недоступен! А что за дача такая, господи, что за подруга?! Наталья в жизни ни на чью дачу не ездила! И вообще как можно... - она стала сильно возмущаться и наезжать на мои уши.
- Секунду, Тамара Петровна, я ничего больше не знаю.
- Но как же так?! А где эта дача находится?!
- Не имею понятия. За что купил, за то и продаю, как говорится.
- Ой, спасибо, Костик, конечно спасибо! Значит, будет звонить?!
- Будет.
- А когда, Костик?!
- Не знаю! Всё! Очень спешу, Тамара Петровна! Всё!
Я скривил недовольную рожу, нажал кнопку отбоя и набрал без промедления другой номер.
- У телефона... - вяло ответил мой бывший одноклассник Майкл или просто блатной Миша.
- Привет, Майкл.
- Не понял... - он не узнал мой голос.
- Костик Ларионов. Вот что значит стирать телефоны.
- Опана! - Майкл слегка повеселел. - Привет, Костяшка! Да тут недавно шухер писанулся, вот и пришлось почистить циферки!
Я тут же озадачил:
- Хочу подъехать сегодня. Примешь?
- Фу ты, ну ты, ножки гнуты! - он удивился моему тону. - А чего, внатуре, такой серьёзный?
- Приеду - расскажу.
- Горит?
- Горит, Майкл, полыхает. Надо увидеть тебя.
- Та-а-а-к... - протянул он, секунду подумал и предложил. - Ну, давай забьём стрелку на десять вечера у меня во дворе за детской площадкой. Помнишь где?
- Помню.
- Там сейчас "Москвич" брошен, весь обглоданный фраером, давай около него, люблю это место. На хату пригласить не могу, ко мне один кетмень приехал, не хочет светиться.
- Понял тебя.
- А я не сомневаюсь, ты же у нас не бажман какой-то, а всё-таки писатель Костяшка, цинтряк.
- Да хорош тебе, Майкл!
- Ладно-ладно, - закончил он, - давай, подгребай.
- Добро. До встречи.
Я убрал мобильник, глубоко вдохнул свежий осенний воздух и поднял глаза на крышу своего дома.
Из белой трубы спокойно струился белый лёгкий дымок.
Я встал и быстро пошёл обратно.
Войдя на террасу, скинув калоши с валенок, закрыв за собой дверь на ключ и положив его в карман, я шагнул к газовой плите, открыл сковородку,
положил на тарелку сосиску с вермишелью и двинулся в комнату, где работал за ноутбуком. Здесь находилась смежная дверь за тёмными шторами, я распахнул шторы, освободил задвижку, толкнул дверь вперёд, переступил порог маленького подсобного помещения и с раздражением сказал:
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
 |
 |
 |
 |
 |  | Она шла вдоль платформы, а сзади послышался гул: подъезжал поезд. И вдруг машинист дал резкий сигнал. Рев электропоезда напугал Висс. На мгновение она потеряла контроль, и в ту же секунду гуано (назовем это так, слово "говно" уж как-то совсем не эстетично) мощным движением раздвинуло створки ее ануса, уперлось в трусики и начало плющиться, потому что трусики подпирались зелеными джинсами. Висс замерла на месте, мимо нее с ревом катил поезд, а ей хотелось кричать от внезапно нахлынувшей страсти. Она чувствовала, как толстое гуано проходит через ее анус, и испытывала фантастическое наслаждение. Это длилось не больше секунды, но этого хватило, чтобы Висс оказалась на грани оргазма. Когда же рев поезда прекратился, девушка поняла, что обосралась. Висс застыла, как вкопанная. Попыталась сдавить мышцы ануса, но добилась лишь того, что гуано переломилось, и ощутимая порция осталась в трусиках. В то же время задницу распирало, поскольку вырвавшаяся на свободу порция оказалась лишь частью, к тому же меньшей, того, что накопилось в кишечнике. Ее охватило мощное сексуальное возбуждение - чувство, которое она давно уже не испытывала. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Димка сначала подошел к нам, ухватил левой рукой сестренку за грудь, потеснив мою руку, не забывая надрачивать член. Маринка сладко застонала, изогнулась к брату, который сразу же впился своим ртом в ее губы. Димка перестал терзать член, погладил свободной рукой крепкую попку сестры, провел вниз по ложбинке до самого ануса, осторожно просунул палец, ухитрившись при этом погладить мои яйца. Я вздрогнул от неожиданности. Не скрою, хоть я и не сторонник однополой любви, но это поглаживание мне было приятно. Маринке ласки брата тоже понравились, включая палец в анусе. Она задышала чаще и глубже, потом резко выдохнула, замерла, выгнув спину. Димка продолжал крутить пальцем у нее в попке, легонько касаясь моих яиц. Я даже подумал, что его касания, более похожие на поглаживания, были вполне умышленными. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Привет! и тут-же поцелуй в губы, а рукой лапает за ягодицу! на нём один домашний халат, а под ним ого! Сегодня будет весело! было-бы жаль просто так трахнуться и разойтись. в моей голове тут-же идея, хочу два, три раза сегодня, и уверен мы сможем! если знать как Всё получится, можно было-бы не торопить события:) итак смотрю стол накрыт! закусь коньяк! по телеку порнуха, комп включен, видимо общается Ещё с кем-то. и вот мы выпиваем, болтаем он гладит меня под столом ногой, я замечаю у него стоит. |  |  |
| |
 |
 |
 |
 |  | Я проснулся первым. В окошко пробивалось солнышко. Было воскресенье, никуда не надо было спешить. Моя голова покоилась на лобке Ксюши, на моих ногах лежала Юлькина голова. Мелькнула мысль: а не повторить ли нам то, что было ночью уже при свете? Ксюшина пизда источала такой пикантный аромат, что у меня кружилась голова. Я осторожно раздвинул ножки и прикоснулся губами к нежной мякоти. На лепестках малых губок блестела влага. Язычком я раздвинул их и проник внутрь, нащупал горошину клитора и начал лизать. Ксюша во сне тяжело задышала, ноги её раскинулись в стороны, открывая доступ к самому сокровенному, на язык мне потёк пикантный сок. Ксюша, не открывая глаз, повернула голову и, найдя хуй, нежно взяла в ротик и начала посасывать. В это время я почувствовал, что к Ксюшиному язычку присоединился ещё кто-то. Это проснулась Юлька и, увидев у себя под носом такую картину, не смогла удержаться и присоединилась к Ксении. Два язычка порхали над моим хуем, два ротика поочерёдно нанизывались на него. В яйцах стал собираться заряд спермы, и я стал изливаться. Девочки по-честному разделили сперму между собой. Ксюша тоже начала кончать, на язык мне вылился целый водопад её сока. Мы откинулись на кровати. |  |  |
| |
|